Суккубы предпочитают погорячее (ЛП) - Майлз Джилл

— Думаешь, мне есть дело до её желаний? — презрительно спросил Люк. — Думаешь, мне нравится в любое время суток подчиняться ей и её прихвостням? Исполнять их приказы из-за связи с хозяином? Всё ради этого. Всё, что я делаю. — Он с грохотом швырнул на столешницу большой нож, и я вздрогнула. — Больше никаких требований. — Захлопнул ящик. — Никаких её поручений. — Поднял нож. — Только свобода. Рома ценят свободу превыше всего. — С ножом в руке он направился ко мне.

— Наверное, рома от тебя тошнит, — сказала я, поднимаясь у стены. — Смазливая королевская болонка. Да, хозяин. Нет, хозяин. Как скажете, хозяин. — Я заставила себя усмехнуться, глядя, как его пальцы крепче сжимают нож.

В следующий миг он оказался рядом, схватил меня выше локтя и прижал нож к горлу.

— Мне надоела твоя болтовня.

Я в страхе замерла. Перерезанное горло меня не убьёт, но испытывать, каково это — захлёбываться собственной кровью, пока рана не заживёт, — совершенно не хотелось. Если я вообще выберусь живой, конечно.

— Сними браслет, — велел он с убийственным взглядом.

— Нет, — ответила я, с трудом сглотнув, когда нож придвинулся ближе. — Сам снимай.

Он подался ко мне, и я почувствовала, как эрекция упирается в низ моего живота. Синие глаза изучали моё лицо, его дыхание участилось.

— Помнишь, как стонала и извивалась у меня на коленях в машине? Тебе нравились мои прикосновения. — Нож скользнул вниз, прохладным лезвием лаская шею. — Хочу ещё раз это увидеть, прежде чем убью тебя. Хочу засунуть в тебя член и заставить кричать часами. — Он посмотрел на мой рот и поднял нож, слегка коснувшись нижней губы. — В конце концов, через несколько часов убить тебя будет так же легко, как сейчас.

Я сдержала дрожь. Если он снимет браслет, это не будет изнасилованием. Я так возжелаю этого мерзавца, что сделаю что угодно, лишь бы он оказался внутри. От одной мысли становилось тошно.

— Ты позволишь мне прожить ещё день? — выдохнула я, проводя ладонью по его груди и животу, стараясь показать, будто готова на всё ради ещё одного дня.

— Возможно, — ответил Люк, не отрываясь от моего лица, пока моя ладонь скользила за пояс его боксёров.

Я обхватила его член, многозначительно погладила по всей длине и прикусила губу настолько соблазнительно, насколько умела.

— Хочешь меня трахнуть? — прошептала я ему в лицо, выгибая шею так, словно нож был частью любовной игры, а не угрозой.

Синие глаза полыхнули — большего ответа мне не требовалось. Он хотел закончить начатое в машине несколько дней назад.

— Хочешь выторговать себе несколько часов, ma belle?

— Хрена с два, — выдохнула я и, обхватив его член, жестоко крутанула, впиваясь пальцами в кожу.

Он закричал и рухнул на пол, закрыв руками яйца. Я не удержалась и дважды со всей силы пнула его между ног. Наверное, большую часть удара приняли ладони, но мне было плевать.

— Надеюсь, тебе пиздец как больно, ублюдок!

Люк стонал, корчась от боли, а я схватила нож. По-пиратски зажала его в зубах, обеими руками ухватилась за цепь и потянула изо всех сил.

Ни на дюйм.

— Ну пожалуйста, — простонала я и дёрнула снова. Ведь раньше так легко шаталось! Ладони скользили от нервного пота. Я быстро вытерла их, и тут Люк схватил меня за щиколотку. Страх придал сил следующему рывку.

Болт вылетел вместе с изрядным куском стены.

— Маленькая сучка, — выдавил Люк, всё ещё скрюченный над своим пахом. Его пальцы сжались на моей щиколотке. — Ты за это заплатишь.

Меня охватила паника. Я быстро дважды обмотала цепь вокруг кисти и ударила его кулаком в лицо. Благодаря ужасу и цепи удар получился хорошим. Люк отшатнулся, отпустив ногу.

Я кинулась на кухню искать его телефон и ключи от машины. Пешком далеко не уйдёшь — я достаточно смотрела ужастиков, чтобы это понимать.

Ни телефона, ни других вещей Люка на столах не оказалось. Ключей нигде не видно. В панике я обернулась, сжимая нож.

У другого конца кухни стоял Люк. Лицо было в крови там, где я разбила ему нос. Он всё ещё горбился, словно не мог выпрямиться, но смотрел убийственно. Единственный выход с кухни оказался перекрыт: он стоял между мной и свободой.

— Идиотка, — сказал он, надвигаясь. — С каким удовольствием я сверну тебе шею.

Я попятилась в угол к плите. Лихорадочно шарила глазами по маленькой кухне в поисках хоть чего-нибудь полезного. Дотянуться можно было только до сахарницы, но она бесполезна.

Или нет?

В голове мелькнула идея, и я начала действовать раньше, чем успела её обдумать.

— Мэй, я приглашаю тебя! — крикнула я и перевернула сахарницу в тот самый миг, когда Люк схватил меня за руку.

Маленькую кухню заполнили багровая вспышка и запах серы. Сила её появления отбросила нас обоих назад.

— Так-так-так, — произнесла Мэй, нависнув над нами, распростёртыми на плитке. Рядом Люк тяжело дышал, задыхаясь от страха. Привычного благопристойного костюма деловой женщины не было: на этот раз Мэй явилась настоящей демоницей: раздвоенные копыта, острые, как бритвы, зубы, пылающие глаза. — Чем обязана такой чести, мерзкая маленькая шлюшка?

Я отползла в угол кухни.

— Я принесла тебе подарок, — выдохнула я, указывая на Люка. — Он твой в обмен на моё спасение.

Её красные глаза радостно заблестели, остановившись на Люке. Он съёжился. Потом она снова посмотрела на меня.

— А почему бы мне сначала не забрать тебя? Ты меня предала.

Когда она приблизилась, гри-гри на шее нагрелся.

— Потому что ты не можешь, — сказала я, надеясь, что магия Делилы ещё действует.

Иначе мне конец.

Демоница немного поразмыслила, глядя на меня. Затем медленно улыбнулась, обнажив слишком много зубов.

— А ты хитрая. Хорошо. — Её красно-чёрная рука обхватила горло Люка и подняла его в воздух. — Вот это лакомый сюрприз. Благодарю.

Пока она поднимала его, я на четвереньках проползла у них под ногами и выбралась из кухни. Позади Люк выдавил невнятную череду слогов. Демоница укоризненно цокнула.

— Никаких заклинаний, сладкий. — Он захрипел и умолк. Я представила, как когтистая ладонь сжимает ему горло.

Цепь хлестнула по ноге, напомнив о проклятии, и я застыла в коридоре.

— Подожди, — сказала я, оборачиваясь. — Прежде чем ты сделаешь с ним… что собираешься… мне нужно снять проклятие.

Мэй погладила когтистыми пальцами тёмные волосы Люка и пренебрежительно посмотрела на меня.

— Мы обменяли его свободу на твою, драгоценная. А теперь беги, пока я не передумала.

Я в нерешительности сжала гри-гри на шее. Без снятия проклятия я обречена, а сделать это может только Люк.

— А если заключить ещё одну сделку?

Красные глаза сузились.

— Я слушаю.

Боже, глупее идеи и быть не может.

— Если ты заставишь его снять с меня проклятие, я… — Я замолчала, раздумывая. — Я буду должна тебе ещё одну услугу. Сможешь потребовать её позже.

— Договорились, — быстро сказала Мэй.

— Не так быстро, — спохватилась я в панике. — У меня есть несколько условий.

Она раздражённо посмотрела на меня и притянула ближе Люка, извивавшегося в попытке вырваться.

— Глупые людишки с вашими условиями. Ладно. Называй.

Я усиленно задумалась.

— Ты предложишь три задания, а я выберу, какое выполнить. И ничего, что противоречит моим принципам… Я не хочу никого убивать или делать что-то подобное. Ничего, что склонит чашу весов моей души в ту или иную сторону. — Господи, согласится ли она на всё это?

Она посмотрела на меня.

— Надо бы отказаться, но мне любопытно. Ты ведь понимаешь, что я постараюсь найти обход твоим условиям?

Я вздохнула.

— Понимаю.

Мэй улыбнулась.

— Тогда договорились. — Схватила Люка за челюсть и заставила приоткрыть рот. — Ну же, любимчик. Сними с неё проклятие, и я буду с тобой нежной.

Его дикий взгляд метался между мной и Мэй. Горло судорожно дёрнулось, и я услышала два сдавленных слова:

— Пошла ты.

— Ай-ай-ай, — ласково сказала Мэй. Провела раскалённым когтем по его груди, оставляя дымящуюся полосу. Люк забулькал от боли. — Нехорошо, сладкий. Знаешь, что бывает с теми, кто плохо себя ведёт? — Дымящаяся ладонь скользнула ему в трусы, и оттуда вырвалось облачко дыма. Крик Люка снова оборвала хватка на горле. — А теперь снимай проклятие, иначе будет плохо.