Вулкан Капитал: Орал на Работе 2 (СИ) - Некрасов Игорь

Игорь уже готов был погрузиться в пучину нового монолога, но Семён Семеныч неожиданно закончил, снова понизив голос до конспиративного шепота:

— Конечно же, я вам помогу, дружище.

Он поднялся, поправил пиджак, снова став воплощением служебного рвения.

— А теперь пройдемте со мной к моему рабочему месту. Нам предстоит незамедлительно приступить к исполнению прямого указания начальницы. — его голос зазвучал громче, приобретя торжественные, почти пафосные нотки. — Ибо промедление в таких вопросах равносильно саботированию рабочего процесса, что, как вы сами понимаете, неминуемо ведет к…

В этот момент Алиса, видя потерянное лицо Игоря и явно желая его спасти, решила вмешаться.

— Игорь, ты же хотел помочь мне с… — начала она, но Игорь, поймав ее взгляд, резко перебил:

— Всё нормально, Алиса, спасибо! — сказал он чуть громче, чем нужно, стараясь передать ей взглядом: «Я сам справлюсь, не усугубляй».

Семен Семеныч медленно повернул голову в сторону Алисы. Его взгляд был не грубым, но леденяще-формальным.

— Коллега Петрова, — произнес он бесстрастно. — Если ваше обращение к Игорю Семенову не касается неотложных вопросов, связанных с выполнением прямого поручения Виктории Викторовны, предлагаю отложить его на более позднее время. В данный момент мы с ним осуществляем совместную проработку операционного задания.

Не говоря больше ни слова, он развернулся и четким шагом направился к своему столу. Игорь, сгоряча бросив Алисе извиняющийся взгляд, послушно последовал за ним, чувствуя себя ведомым на самую странную в его жизни консультацию.

Они дошли до рабочего места Семена Семеныча, которое снова было образцом педантичного порядка. По пути тот, не колеблясь, подкатил к своему столу свободное кресло от соседнего островка и жестом указал Игорю занять его. Игорь молча уселся, чувствуя себя школьником, вызванным к директору.

— Та-а-ак, — протянул Семен Семеныч, усаживаясь за свой монитор и потирая руки. Его пальцы заскользили по клавиатуре с отточенной быстротой. — Рассмотрим возможные векторы решения поставленной задачи. — Он открыл несколько окон с базами данных и графиками. — Прямые продажи на открытом рынке, как вы успешно успели убедиться, результата не приносят. Следовательно, необходим обходной маневр. Мы можем рассмотреть вариант свопа с последующей продажей производного актива, либо… — он щелкнул еще по нескольким вкладкам, — … обратиться к узкому кругу инвесторов, чья стратегия предполагает работу с низколиквидными и высокорисковыми бумагами в расчете на их потенциальную консолидацию или последующий выкуп эмитентом.

Игорь удивленно смотрел на мелькающие экраны.

— Погодите… То есть, кому-то действительно могут быть нужны эти акции?

— Коллега, — Семён Семеныч посмотрел на него поверх очков, — на рынке есть место для любого актива. Вопрос лишь в цене и в правильном представлении его… специфики. — Он снова углубился в записи. — У меня как раз есть на примете несколько контактов. Это… скажем так, инвесторы с особым взглядом на вещи. Их не пугает временная недооценённость. Их интересует стратегический потенциал. Пусть даже и весьма отдалённый.

Он взял свой рабочий телефон, поправил галстук и повернулся к Игорю, и в его глазах горел странный огонёк — смесь азарта и служебного рвения.

— А теперь, дружище, — сказал он, и в его голосе впервые прозвучали почти отеческие нотки, — смотрите и учитесь. Первый звонок — господину Свиридову. Человеку, который… — он сделал многозначительную паузу, — … ценит нестандартные возможности.

Семен Семеныч набрал номер. Раздались гудки, и его поза мгновенно изменилась — спина выпрямилась, голос приобрел ровные, уверенные интонации, лишенные привычной душности.

— Аркадий Степанович? Семён Семеныч из «Вулкан Капитал». Беспокою вас по поводу уникальной ситуации. — Пауза, он слушал, кивая. — Совершенно верно. Но речь идёт о пакетах «Сибирского цемента» и «Дальневосточной энергетики». Да, понимаю вашу реакцию. Однако, рассматривайте это не как активы, а как опционы на будущую реструктуризацию долгов. Вероятность, разумеется, невысока, но в случае успеха… — Он позволил многозначительной тишине сделать свою работу. — Именно. Я предлагаю вам приобрести их по цене, компенсирующей ваши риски. — он говорил, затем слушал, его лицо оставалось невозмутимым. — Блестяще. Бумаги будут переведены. Всего наилучшего.

Он положил трубку, не меняя выражения лица, и тут же набрал следующий номер.

— Елена Станиславовна? Семён Семеныч. У меня на повестке дня пакет «Дальневосточной Энергетики». Нет, не для дивидендов. Для хеджирования вашего портфеля в волатильный период. Они движутся в абсолютной независимости от рынка. — Пауза. — Десять тысяч штук? Договорились.

Третий звонок был короче.

— Борис? Да, это Семён! Да. «Сибирский Цемент». Номинал минус сорок процентов. Нет, аукциона не будет. Бери или оставь. — Пауза. — Хорошо.

Он клал трубку, его пальцы летали над клавиатурой, оформляя сделки. Он не спорил, не уговаривал. Он констатировал факты, предлагал условия и заключал соглашения своим сухим, безапелляционным тоном, который, видимо, внушал необъяснимое доверие.

Не прошло и двадцати минут, как он откинулся на спинку кресла и повернулся к Игорю, который сидел с открытым ртом.

— Пакет акций «Сибирского Цемента» и «Дальневосточной Энергетики» реализован полностью, — произнес он своим обычным, душным тоном, как будто сообщал о смене картриджа в принтере. — Так что прямое поручение руководства выполнено в установленные сроки.

Игорь смотрел на него, не в силах вымолвить ни слова. Он видел, как за двадцать минут этот занудный педант сделал то, что ему самому казалось абсолютно невозможным. В глазах Игоря смешались шок, облегчение и неподдельное восхищение.

— Да ты… чертов гений, — наконец вырвалось у него, голос срывался от нахлынувших эмоций. — Как ты это делаешь? Ты же чертов финансовый Эйнштейн!

Семен Семеныч, услышав такой комплимент, заметно воспрял. Его щеки даже порозовели от смущенной гордости. Он откашлялся в кулак и принял свой самый наставительный вид.

— Коллега, здесь нет места ни гениальности, ни, упаси боже, волшебству, — произнес он с подобающей серьезностью. — Весь успех кроется в скрупулезном анализе рыночной конъюнктуры, тотальном ведении клиентской базы и неукоснительном следовании отработанным алгоритмам взаимодействия. Каждый контакт в моем списке сопровождается исчерпывающей аннотацией о его инвестиционных предпочтениях и аппетите к риску. Следовательно, задача сводится не к продаже, а к грамотному позиционированию актива в рамках заранее известных параметров.

Он поправил очки, явно наслаждаясь моментом, но тут же вернулся к делу.

— А теперь, Игорь Семенов, вам надлежит незамедлительно отправиться к Виктории Викторовне и доложить о выполнении поручения.

Игорь был на таком подъеме, что, не сдержавшись, импульсивно обнял Семена Семеныча за плечи.

— Семен Семеныч, да вы просто… — он не нашел слов, но его восторг был красноречивее любых фраз.

Семен Семеныч резко отстранился, как от прикосновения раскаленного металла. На его лице промелькнула смесь крайней неловкости и… смущенного удовольствия.

— Игорь Семенов! Что это за… несанкционированный физический контакт! — провозгласил он, но в его голосе не было настоящего гнева, лишь привычная автоматическая отповедь. — Пункт 7.4.3 внутреннего трудового распорядка недвусмысленно регламентирует соблюдение профессиональной дистанции между сотрудниками!

— Всё, всё, извиняюсь, — поспешно отступил Игорь, понимая, что перешел границы, но все еще сияя.

Семен Семеныч выпрямил пиджак, на его губах играла едва сдерживаемая довольная улыбка. Ему явно нравилась эта вспышка человеческих эмоций, даже если она нарушала все его своды правил.

— Что ж… Учитывая экстраординарность обстоятельств и очевидную эмоциональную перегрузку, на первый раз ограничимся устным замечанием. Составление служебной записки о нарушении субординации считаю излишним.