Вместо того чтобы дожидаться реакции, разворачиваюсь и быстрым шагом иду в свой угол темницы. Блядь. Зачем вообще влез? И почему она меня так заинтересовала? Я вымотан, должно быть, дело в этом. Посплю — и смогу выкинуть ее из головы.
Ложусь на койку. Остальные мужчины — включая Картера — оставляют ее в покое. Теперь, когда напомнил им, как, блядь, всё здесь работает, ее не побеспокоят.
Беру ту же потрепанную книгу, которую листаю каждый вечер. Но краем глаза слежу, как новенькая тащится к краю холодной темницы, прижимается спиной к каменной стене и сползает на пол.
Если бы был способен проявлять участие, наверное, посочувствовал ей.
Но у всех нас есть прошлое. У всех есть свои истории. Никто не заслуживает больше сочувствия, чем другие, а у меня оно давно закончилось.
— Ну? — спрашивает Мэгс из-под одеяла на соседней койке. — Что это всё было? Кто она?
— Тш-ш. Ты должна сидеть тихо и не высовываться.
— Ой, да ладно тебе, — она садится в постели. — Тут темно, а эта девушка, похоже, сейчас вырубится от полного истощения. Что ты узнал?
Что я узнал?
Оказалось, что я полный кретин, и тело, судя по всему, намерено меня предать в присутствии… ну, чем бы она, черт возьми, ни была.
— Не знаю, — отвечаю, уткнувшись взглядом в строчки на странице. — Она кажется другой.
Мэгс взволнованно вдыхает.
— Другая — это хорошо, да? Можно мне с ней поговорить?
— Нет, ни в коем случае. Оставайся тут и прячься, пока мы не узнаем больше. Ты не можешь дружить с каждым, кого бросают в эту темницу, мы это уже обсуждали.
Она надувает губы.
— Ты такой властный, Элайджа. Я бы никогда не запрещала тебе общаться. Это полезно, знаешь ли.
— Не называй меня так, — напоминаю с угрозой во взгляде. — И тебе не следует общаться ни с кем из находящихся здесь.
Она переворачивается на спину и забрасывает руку на лицо.
— Ладно. Будь по-твоему. Но если мое психическое здоровье пошатнется из-за недостатка женской дружбы, это будет на твоей совести.
Заставляю себя еще несколько минут таращиться в книгу, а потом всё же бросаю еще один взгляд на новенькую. Мэгс была права. Ее голова откинута назад, к стене, глаза уже закрыты, грудь медленно вздымается и опускается в такт дыханию.
Сердце колотится сильнее обычного. Ладони становятся влажными на книге. «Другая» — это хорошо? Понятия, блядь, не имею.
Но такое чувство, что эта девушка — начало чего-то очень, очень большого и важного…
Перевод телеграм-каналов:
Bookish Heart translate и Good Girls Grave Sin
[
←1
]
Sinner — с английского переводится как грешник.
