— Я приму любой, но хочу, чтобы ты осталась. А ты?
— Я хочу остаться. Пожалуйста, позволь мне остаться, — часто моргаю влажными ресницами, чтобы снова не плакать.
— Это желание продиктовано долгом или благодарностью? Ты не должна мне ничего.
— Я испытываю благодарность за то, что ты спас меня и сестру, — стараюсь быть предельно честной.
— Понимаю…
Теперь пришла моя очередь прикладывать палец к его губам, чтобы дал договорить.
— Я хочу остаться не поэтому.
— А почему? — коснувшись губами фаланги, он мягко убирает мою руку в сторону.
— Потому что ты вот здесь, — беру его ладонь и прикладываю к груди. — Глубоко, глубоко.
Мирон гулко сглатывает, скользит обеими ладонями на талию, подается вперед и утыкается носом мне в шею. Его сухие губы касаются кожи, вызывая взрыв в животе и острый приступ счастья.
— Нам будет трудно, — тихо говорит он.
— Я знаю.
— Я бываю невыносимым и занудно-правильным.
— Знаю, — улыбаюсь и трусь об него щекой.
— У нас будет секс, — нервно смеется он. — Совершенно точно будет.
— Я готова, — закусив губу, зарываюсь пальцами в его мягких волосах на затылке и стараюсь не думать об этом. Но он прав, я должна осознавать на что соглашаюсь.
— Сомневаюсь, — Мир нежно меня целует, — но ты научишься не бояться. Обещаю тебе, моя любимая девочка. Я сделаю тебя счастливой.
Глава 48
Мирон
— Я готова, — Лия обнимает за шею и тянет свои сочные губки ко мне.
Улыбаюсь и целую ее, едва не мурлыкая, как довольный сытый кот. Моя… От осознания этого факта тепло ползет по позвоночнику, наполняя энергией и жаждой жизни.
— Мирон, тише, — шепчет девочка, а сама прижимается теснее. — Все смотрят на нас.
Ее голос, нежный и бархатистый, как музыка для моих ушей. Никак не привыкну, но готов слушать вечно. Она стесняется и пытается отстраниться, а мне все равно. Пусть смотрят. Я готов кричать о наших отношениях на каждом углу.
— Ладно, — смеюсь, сдаваясь. — Поехали. Демьян уже заждался.
— Он все знает? — Лия невольно напрягается.
— Не все, только то, что нужно было сказать. Не переживай, — обнимаю за плечи и целую в макушку. Подробности не касаются никого. Это наше, сугубо личное и останется таковым.
Выходим на улицу, на стоянку, где стоит моя машины. Юми держится настороженно и сторонится меня. Вроде и все осознаю, но все же цепляет ее недоверие. Прекрасно понимаю, что беру ответственность за обеих девочек. Без вариантов.
— Не бойся меня, — улыбаюсь ей и протягиваю ладонь. — Я не обижу.
Ее глаза становятся больше, а крылья носа нервно раздуваются. Прижимает руки к груди и проходит к машине.
— Она оттает, — шепчет Лия и трется щекой о мое плечо, будто котенок, а я улыбаюсь.
— Ничего. Все наладится.
Открываю двери, помогая им обоим забраться в салон. Юми садится на заднее, а Лия рядом со мной. В белом длинном платье. Постоянно улыбается и словно светится изнутри. Такая красивая и счастливая. Словно и не было в ее жизни двух лет ада. Не могу налюбоваться на нее.
— Ты так смотришь, — голос Лии подрагивает от волнения.
— Как? — хитро прищуриваюсь, считывая ее такие искренние эмоции.
Облизывает свои пухлые губки и смущенно опускает глаза. Такая настоящая, наполненная жизнью и теплым светом.
— Поехали домой, — сглатываю я, чтоб не захлебнуться слюной. — Нас ждут.
Пока едем, в зеркало поглядываю за Юми. Девочка нервно кусает губы, хлопает ресницами и от волнения ерзает на кресле. Улыбаюсь и перевожу взгляд на дорогу. Она восстановится. Обязательно все получится. Вернется к нормальной жизни и все у нее будет хорошо.
Откидываюсь на спинку и расслабляюсь. Ладошка Лии покоится на моем бедре и незаметно поглаживает. Щекотно и очень приятно. Вот теперь все просто идеально. Я рад, что наши отношения не откатились назад. Мы в той же точке узнавания друг друга, но сегодня я намерен пойти дальше. И так слишком долго ждал. Лия боится. Я знаю это. Чувствую. Но я разрушу все ее страхи, не оставив им ни единого шанса.
Въезжаю в ворота и паркуюсь. Нас на улице встречает Алина, Демьян и, конечно, Хард. Смотрит на мою машину и нетерпеливо крутит задницей вместе с обрубком хвоста. Скучает бедолага, в последнее время не много моего времени ему доставалось.
Первым выхожу из машины, Хард рвется ко мне. Подпрыгивает радостно, дожидаясь пока поглажу, а потом со всех ног бежит к пассажирской двери, где сидит Лия. Вот обормот, предал хозяина.
Открываю дверь и помогаю любимой выйти. Хард едва не визжит от радости.
— Хард, хороший мальчик, — с нежностью говорит Лия, а он зависает на пару мгновений, не понимая, что происходит. Она смеется и тянет к нему руки. — Узнал?
Конечно, узнал и уже облизал всю с ног до головы. Открываю заднюю дверь и подаю руку Юми. Осторожно вкладывает ладошку и выбирается на улицу.
— Это Хард, — показываю на собаку, которая снова облизывает Лию. — Он не опасен.
Тот увидев новую жертву оказывается около нас. Юми взвизгивает и прячется за мою спину.
— Не бойся. Хард, сидеть!
Он послушно плюхается на жопу и нетерпеливо виляет ей целиком, качаясь из стороны в сторону.
— Свои, — строго предупреждаю его и оборачиваюсь к Юми. — Девочка, не бойся. Он не укусит.
— Можно? — она осторожно протягивает к его морде руку.
— Конечно, — улыбаюсь и контролирую ситуацию. — Хард, не пугай.
Он аж вытягивается по струнке в желании выслужиться. И не шевелится, пока Юми проводит по его голове и шее ладонью.
— Молодец, — треплю его по мощной шее и отпускаю. — Беги гуляй.
Идем за ним к дому, где нас ждут мои родные.
— Юми, познакомься, это моя сестра Алина, а это мой сын Демьян, — представляю я. — А это наша Юми.
— Мы уже знакомы, — улыбается Алина, но все равно пожимает ее руку. — Мне очень приятно.
— Сеструха, — хмыкает Дема, хватает Юми за ладонь и тянет ее на себя. — Мелкая какая, — сгребает в охапку, а девочка замирает в ужасе.
— Демьян, — строго смотрю на него.
— Да ладно вам, — расплывается в дерзкой улыбке, отстраняется, но продолжает удерживать Юми за талию. — Нормально все будет. Да?
Она кивает и внезапно улыбается. А щеки вспыхивают от смущения. Слава богу, кажется, все налаживается. Главное ничего не испортить.
— Пойдемте в дом, — зовет всех Алина. — Лия, твою комнату отдали сестре. Ты же не против?
— Нет, — смущается она, а я прижимаю ее к себе и целую в щеку. Не нужна ей своя комната. Нам одной на двоих хватит.
День в хлопотах пролетает незаметно. Перестановки, обустройство, прочие мелкие дела. Девочки командовали, а мы с сыном послушно исполняли. Мой дом перевернулся с ног на голову, стал совершенно другим, наполненным жизнью. Я действительно словно вернулся домой.
Тихий, семейный день плавно перетекает в вечер. Девочки режут салаты, а мы с Демьяном заготовили угли и жарим на мангале мясо. Запах стоит фантастический. Из беседки слышатся женские голоса и смех, играет тихая, ненавязчивая музыка. Хорошо, как никогда. Все на своем месте. Идеальный вечер в кругу семьи.
— Все закончилось? — спрашивает сын, пиная кроссовкой камень.
— Что все? — переворачиваю шампура и поднимаю на него глаза.
— Ну это… — Дема рисует пальцами в воздухе. — Как по-русски? — когда волнуется забывает слова. — Проблемы у Лии.
— Да, — отвечаю уверенно. — Теперь все будет хорошо.
Напряжение не ослабевает, но Демьян не спешит продолжить разговор, и я молчу. Даю ему возможность собраться с мыслями. Спешка здесь ни к чему.
— Мне надо будет уехать? — все же спрашивает он и не отводит взгляд.
— Почему? — удивленно дергаю бровью и открыто смотрю в глаза. — Я хочу, чтобы ты остался.
Вот так. Просто и искренне. Без ненужного пафоса.
— Правда? — в голосе сына столько неуверенность, что мне становится не по себе.
