Он усмехнулся, покачал головой, напомнил адрес ближайшей аптеки и многозначительно сообщил, что сегодня его не будет дома до позднего вечера.
Так завязались первые серьезные отношения Антона.
Они были ровесниками, но Антон все-таки постоянно чувствовал, будто Алек старше.
Он был более спокойным, его решения более взвешенными, а эмоции – сдержанными.
И снова Антон закрывал свои старые долги.
Время от времени вспоминался тот взрослый кавказец в машине на кладбище. Антон не помнил лица, только какие-то смутные очертания, широкие плечи и похабные хлюпы смазки, которой он вылил половину флакона.
Однажды, во время секса с Алеком лицом к лицу, Антон вдруг некстати вспомнил тот случай.
Он рассказал Алеку свою историю еще давно, рассказал почти все подробности, включая и свое удовольствие тогда, на кладбище.
Воспоминания сейчас наслаивались на реальность, в голове завертелись мысли и Антон, видимо, перестал подмахивать, потому что Алек внезапно остановился и спросил, все ли в порядке. Антон смотрел в любимое лицо, отмечая нахмуренные густые брови и внимательный взгляд, и уже знал, что надо делать.
Мотнул головой, давая понять, что все хорошо, и вместо того, чтобы привычно закрыть глаза, потому что стеснялся смотреть на Алека, широко их распахнул.
Алек снова задвигался, а Антон все смотрел ему в лицо.
Вот она, реальность – его трахает Алек, его любимый мужчина, его друг и опора во всех начинаниях.
Именно с ним сейчас Антону хорошо. Нет никаких посторонних, нет машины и кладбища.
Все прошло давным-давно, и сейчас Антон живет настоящим. Хорошим, светлым и чистым.
Алек закинул ноги Антона себе на плечи, и ускорился – видимо, уже готов был кончить.
Поза была слишком правильной – в лицо плеснуло жаром, яйца поджались, и Антон принялся торопливо дрочить, стараясь попасть в ритм и шептал:
- Да, да, да.
Алек улыбнулся, также прошептал в ответ:
- Тоша…
И через несколько глубоких толчков кончил, в неровном ритме двигая бедрами.
В кулаке у Антона было мокро, по телу пробегали остаточные судороги наслаждения. Он обнимал одной рукой Алека, тяжело прижимавшегося к нему всем телом, и мысленно ставил галочку.
Сделано.
*
- Понимаешь, избавиться от последствий пережитого можно по-разному. Все зависит от степени травмы, от личности жертвы и от внешних обстоятельств.
Антон смотрел на Тему, медленно допивающего уже вторую кружку чая, и пытался понять, какое впечатление произвел на него рассказ.
- Ты должен помнить самое главное – ты не виноват ни в чем.
Тема поднял голову, оторвавшись от разглядывания скатерти, и, немного помявшись, все же спросил:
- А можно мне к вам в Центр? Я бы хотел посмотреть на тренировки у Резо Отаровича.
Антон одобрительно улыбнулся.
Жизнь не заканчивается после изнасилования.
Все будет хорошо.
