Алый бант в твоих волосах. Том 6 (СИ) - Седов Павел

От произведённого эффекта по затылку прокатилась волна приятных мурашек, и мне резко расхотелось отказываться от такого неожиданного удовольствия.

— Тогда теперь ты! — Мика внезапно убрала от меня руки, вернув из грёз в реальность.

— А? — слишком поздно опомнился я. Это что, всё?

Когда оглянулся, Микаэла уже стояла перед столом спиной ко мне в ожидании массажа.

Что ж. Услуга за услугу. Так и быть.

Я протянул руки к её шее и, следуя показанному мне примеру, начал массировать воротниковую зону.

— Ах, боже! Какой кайф… Тебе говорили, что у тебя чудесные руки? А-ах… Продолжай. Да, немножечко ниже. Ага, вот там. Ох… Да-а! — почти стонала она.

Наклонилась, вынуждая меня сократить расстояние, и упёрлась ладонями в край стола. Я продолжал массировать плечи и шею девушки, надавливал подушечками больших пальцев на мышцы вдоль позвонков, а она тихо сопела от наслаждения.

— Всё, достаточно, — решил я заканчивать это безобразие.

От подобного просто невозможно не возбуждаться! И ладно бы это происходило с кем-нибудь из моих девушек. Но сейчас я стою позади Мики и едва не упираюсь пахом в её нарочно оттопыренную пятую точку.

— Нет, нет, ещё немножко. Ну, пожалуйста, Артемис! Нереальное блаженство! Умх…

После столь лестной просьбы я не решился отказать. Да и чего скрывать, мне самому было приятно делать массаж. Микаэла млела под моими руками, таяла словно горячий воск и, похоже, с трудом сдерживала рвущиеся наружу томные стоны.

Но, как рано или поздно заканчивается всё хорошее, пришло время закругляться с массажем.

Мика ткнулась в меня своей попкой и ойкнула, будто сделала это нечаянно. Развернулась и впилась в меня осоловевшим взглядом.

— Благодарю. Я твой должник. Проси о чём хочешь, — проворковала она, заправляя за ухо выпавшую прядку светлых волос.

— Э-э… — только и смог промычать я. Отчего-то все мысли разом исчезли из моей головы. — Ну… хорошо.

— Хорошо? А-ха-ха! Ты такой забавный. Ладно. Давай его уже сюда! — отсмеявшись, скомандовала она и ввергла меня в недоумение.

— Кого? — опешил я, и мой перегруженный мозг принялся рисовать до ужаса неприличные картинки.

— Колечко, что у тебя в кармане! Забыл? — кокетливо напомнила девушка.

— А! Точно! Сейчас…

Вспомнив, что взял на хранение её украшение, я с облегчением выдохнул. Сунул руку в карман шорт и достал оттуда красивое кольцо из платины, искусно инкрустированное голубым топазом. А Мика с готовностью выставила свою ладошку, растопырив тонкие пальчики.

— Надевай! На какой, сам догадаешься? — подначила она меня.

Сомневается, что ли? Да запросто!

Немного помешкав, я прикинул размер кольца и аккуратно надел его на самый подходящий палец. Село идеально. Меня даже не смутило, что этим пальцем оказался безымянный. Тот самый, на который обычно надевают помолвочное кольцо.

И только я подумал об этом, как Микаэла поспешила радостно воскликнуть:

— Боже, Артемис! Это мне⁈ Ох… Я согласна!

Чего? Нет! Что за идиотские шутки?

Глава 5  

Твое сердце меня волнует

Стоя сбоку от письменного стола, Микаэла крутила ладошкой перед своим лицом и любовалась «новым» колечком, которое ей якобы подарил я, и сам же надел на её безымянный палец. Как символ предложения о помолвке. Не иначе.

Задурила мне голову массажем, а я и не подумал, что это всё такой хитрый план. Просто хотел вернуть вручённое мне на хранение кольцо и повёлся на очередную провокацию этого белокурого недоразумения.

Естественно, никто из нас не принимал шутку всерьёз. Ни я, ни она. И раз это игра, я сначала решил подыграть, перевернув всё с ног на голову, чтобы из чистого любопытства посмотреть на реакцию Мики.

Однако едва появившаяся на моём лице улыбка исчезла, когда я подумал, что этим дам девушке лишний повод. Ведь я не планирую строить с ней романтические отношения. Да и ей это совершенно не нужно.

Поэтому я сделал сердитое лицо и громко рявкнул:

— Мика, хватит!!! Это не предложение руки и сердца!

Но, похоже, слегка переборщил с выражением эмоций и невзначай перепугал бедную девушку.

— Ой… Что-то у меня коленки затряслись… — Мика вся сжалась, пошатнулась, и её пятая точка удачно нашла опору в виде края стола. — У-ух… И ноги в-ватные стали.

Она испуганно завела руки за спину и опёрлась ими на столешницу. Её налитая грудь выпятилась вперёд, а набухшие соски призывно встали торчком под розовым топом. Будто два мощных магнита, они тотчас притянули к себе мой настороженный взгляд.

Я всё ждал, что девушка побледнеет и упадёт в обморок. Только вот её щёчки почему-то становились лишь ярче, наливаясь краской с каждым ударом сердца, пульсирующего на тонкой шее.

Несмотря на найденную опору, через мгновение Микаэла продолжила медленно сползать ниже. И тогда мне срочно пришлось сжать руками её тонкую талию, чтобы не дать девушке упасть на пол.

— Что же ты со мной делаешь, Артемис? Не кричи на меня так! Это дико возбуждает, — чуть ли не простонала она и прикусила краешек нижней губы.

Ах ты, симулянтка! Опять разыграла комедию?

— Ты… Какого чёрта⁈ — выпалил я и моментально убрал свои руки. В тот же миг Мика начала сползать вниз ещё быстрее, чем прежде, и мне снова пришлось вцепиться в её талию.

— Сожми меня крепче, — захлопав ресничками, тихо, словно из последних сил, попросила она, а затем хитро улыбнулась и добавила: — Это приятно.

— Приятно ей, — не убирая рук, с досадой повторил я и ощутил себя мотыльком, угодившим в липкую сеть паучихи. Однако стоит признать, паучихи красивой и весьма соблазнительной. Да и вряд ли она желала мне зла. — Ты понимаешь, что я не железный? Я ведь могу и сломаться!

— А как же наш поцелуй? — напомнила она, заставляя меня вновь задуматься о том, где проходит красная черта.

Да и при чём здесь поцелуй? Намёк, что я уже сломлен? Ни фига!

Недолго поразмышляв, я решил говорить прямо, без намёков:

— Поцелуй во сне — не измена. Но ты ведёшь себя так, будто хочешь, чтобы я тебя тр… — Я вовремя осёкся. Ну да, хотел сказать «трахнуть». Самое подходящее слово! Мысли опять вернулись ко сну и идее, что сновидения — всего лишь фантазия. А ограничивать себя в фантазиях не только глупо, но и вредно. Однако сейчас речь идёт о реальном мире. Собравшись с духом, я закончил свою фразу: — Словно хочешь, чтобы я занялся с тобой сексом.

— Ну, прости меня! Да! — расстроенно ответила Мика, совсем не скрывая своих намерений, и от её слов по моей спине пробежал холодок. — Что я могу поделать, если мне очень хочется⁈ Вы трахаетесь ночью. Трахаетесь днём. Потом девчата спорят до драки о том, кто из них сделает тебе минет первой. А я… Я что, дура, по-твоему? Я всё это вижу… Слышу… И ничего не могу с собой поделать! — Сейчас Микаэла была абсолютно серьёзна. Настолько, что готова была в любую секунду зареветь или впасть в истерику. — Думаешь, я не давала себе обещания прекратить это? Ага, как же! Я даже Лере поклялась, что между нами не будет… Хм… Да ты всё равно не изменишь своим девушкам! Если бы хотел, уже сто раз мог со мной это сделать… — обиженно фыркнула напоследок она и, отвернувшись, стыдливо опустила взгляд в пол.

Вот так признание. Накипело, похоже.

И что мне делать? Злиться глупо. Ругать бессмысленно. А помня о наследственной гиперсексуальности девушки, пытаться её «вылечить» — только всё портить. М-да…

Я молча сжимал талию Мики, машинально оглаживая большими пальцами её нижние рёбра, и думал. Думал, снова думал и молчал.

Она медленно повернула голову и подняла на меня свои красивые, голубые, намокшие глаза. Её нижняя губа затряслась.

— Артемис, ты меня хоть немножечко любишь? — дрожащим голосом едва слышно спросила меня Мика.

— Чего⁈ — Я шире распахнул глаза, но моя визави тут же вновь отвернулась.

Нет, я не ослышался! И еле сдержался, чтобы как следует не встряхнуть девушку. Вспомнил наш последний ночной разговор и ещё одно её признание. Вспомнил, как она говорила, что первый раз — это важно, и что она сделает это с тем, кто будет любить её и дорожить ей. А ещё вспомнил ванную комнату, где моя рука указала на неё.