Герцоги налево, князья направо - Крамер Киран

— Отличная идея! И куда же мы пойдем?

— О, вы нам не понадобитесь, — возразил Сергей. — Я уверен, что не заблужусь в поместье.

— Да, Драммонд, — твердо произнесла Поппи. — Вам не о чем беспокоиться.

В глазах у нее появилось то же выражение, как в ту минуту прошлым вечером, когда она заявила, что сама о себе позаботится. Она обратилась к леди Колдуэлл:

— Я могла бы показать князю Сергею несчастного соломенного вдовца.

— Сомневаюсь, что вдовец понимает по-русски, — сказал лорд Колдуэлл.

— Макс! — Леди Колдуэлл состроила недовольную мину. — Что на тебя сегодня нашло?

— Ничего особенного! — бросил тот в ответ и подмигнул Николасу.

«Он сообразил, что к чему, — подумал Николас. — Он понимает, что я презираю Сергея, и видит, что этот грубый, самодовольный хам уделяет слишком большое внимание моей нареченной».

Леди Колдуэлл снова проигнорировала слова мужа и улыбнулась Поппи.

— По пути вы можете рассказать князю историю соломенного вдовца, — посоветовала она и указала на маленький пруд в дальнем конце поместья.

— Не уходите надолго! — крикнул Николас вслед удаляющейся парочке и впился зубами в сдобную булочку, которую до сих пор держал в руке.

Лорд Колдуэлл рассмеялся.

— Что тут смешного? — пробурчал Николас, откусив половину сдобы и разом проглотив кусок.

— Помните, что сказал Эразм Роттердамский о женщинах? — спросил лорд Колдуэлл. — «Невозможно жить с ними…»

— «И невозможно жить без них», — закончил цитату Николас и вдруг подумал, что ему нет дела до Эразма. Он сунул остаток булки себе в карман. — Я пойду за ними.

— Это разумно с вашей стороны, — заметила леди Колдуэлл. — Князь ведет себя до ужаса развязно. Я не склонна одобрять его манеры.

— Вперед, Николас, — сказал лорд Колдуэлл. — Покажи ему, кого на самом деле любит Поппи.

— Я готов, — ответил Николас, которым снова завладело скверное настроение. Он-то уж точно не тот, кого любит Поппи.

Однако он твердо вознамерился стать ее мужем, нравится ей это или нет.

Поппи находилась в достаточно затруднительном положении, и чтобы найти из него выход, ей нужно было остаться наедине с Сергеем. Потому она и настояла на прогулке и посещении злополучного гусака без участия Драммонда.

— Итак, — заговорил князь мягким, ну прямо-таки бархатным голосом, — мы с вами наедине. Вы заинтересованы, не так ли?

— В чем?

— Во мне.

Поппи рассмеялась и спросила:

— Что вы имеете в виду?

Он пожал плечами и ответил:

— Мои поступки. Мое обаяние. В ту минуту, когда я увидел вас в Грейнджерфорд-Холле, я понял, что вы могли бы стать моей.

Господи, она была настолько ослеплена собственной влюбленностью, что не увидела очевидного — Сергей самовлюбленный глупец.

Теперь она набрала в грудь побольше воздуха и заговорила так:

— Хм, что касается нас с вами, то вы, пожалуй, правы. На балу я не могла думать о вас иначе, нежели в то время, когда мне было пятнадцать лет. Однако те давние чувства со временем стали воспоминаниями, которые, как мне думалось, мы могли бы оживить. Но теперь мы повзрослели, и за шесть лет произошло многое. Мы уже другие люди. И к тому же я помолвлена с герцогом.

— Разве мы больше не друзья?

Поппи поморщилась от его деланно мрачного тона.

— Разумеется, мы друзья, — заверила она Сергея. — Но не более того. Вы живете далеко отсюда. Я живу здесь. Много времени прошло с тех пор, как мы пережили милое романтическое увлечение, и мы должны продолжать нашу жизнь каждый по-своему.

Сергей уставился на нее с таким напряжением во взгляде, которое напомнило Поппи о ее злосчастном недоразумении с лордом Уошберном. Правда, в отличие от Уошберна на князя по крайней мере было приятно смотреть. Его великолепные золотые волосы так и сияли на, солнце, а мужественному складу его фигуры мог бы позавидовать любой представитель сильного пола.

— Я не могу жить так, как вы предлагаете, — заговорил он, глядя ей прямо в глаза. — Я обнаружил в себе новое стремление, и это стремление к Старым Девам.

— К Старым Девам?!

Сердце у Поппи забилось сильнее.

— Да. Я знаю, что такое ваш Клуб Старых Дев, Поппи.

У Поппи захватило дух.

— Как вы…

— Слуги расскажут о чем угодно. — Он усмехнулся. — А все эти женщины, которые жаждут выйти замуж? Они глупые и скучные. А вы, с другой стороны, запретный плод. Вы Старая Дева. Уже от одного звука этих слов я с ума схожу от желания. Забудьте о том, чтобы выйти замуж за герцога или какого-нибудь другого мужчину. Я могу купить вам великолепные драгоценности. Доставить вам наслаждение, какого вы никогда не знали. И вы можете оставаться Старой Девой все то время, пока будет длиться наше страстное увлечение, а я надеюсь, оно сохранится на долгие годы.

Поппи вспыхнула.

— Значит, когда вы говорили, что хотели войти ко мне в спальню, вы имели в виду…

Князь кивнул с похотливой усмешкой.

Стало быть, Драммонд прав. Сергей хотел ее именно потому, что она была недоступной.

— Слушайте, Сергей, и слушайте внимательно. — Поппи сжала руки в кулаки. — Я не буду вашей любовницей!

— Старые Девы пылают страстью, — прошептал он.

— Нет, мы вовсе не пылаем страстью, во всяком случае, по отношению к тем…

О Боже… Драммонд следует за ними. Поппи набрала полную грудь воздуха и попыталась собраться е мыслями. Ее любовь к Сергею более не существует, и, стало быть, не существует ни каких препятствий к ее браку с Драммондом. Она уделяет гораздо больше времени воспоминаниям о поцелуях Николаса, нежели размышлениям о догматах Клуба Старых Дев… о правилах, которые соблюдала так долго.

Но ведь это были хорошие правила, напомнила она себе, особенно самое главное из них: «Не выходи замуж до тех пор, пока не полюбишь его и пока он не полюбит тебя».

Это вроде бы совершенно простое условие на самом деле таким вовсе не было.

Вскоре Поппи услышала откуда-то словно издалека донесшийся громкий оклик:

— Князь! Леди Поппи!

Поппи обернулась. Драммонд широким шагом направлялся к ним и был уже близко. По уже знакомому ей наклону его подбородка она тотчас поняла, что нарушать его собственные планы он никому не позволит.

— Герцог, ведь я говорил вам, — со вздохом произнес Сергей:

— Что вы отлично знаете дороги в этом поместье, я это помню, — ответил Драммонд. — Но я принес леди кусочек булки, чтобы она могла покормить гуся.

Он вручил Поппи остаток сдобной булки.

— Благодарю вас.

Поппи зашагала дальше в сопровождении двух мужчин, каждый из которых причинял ей беспокойство на свой особый лад. Скоро она увидела гусака в подлеске. Поппи бросила ему кусок булки, он упал на траву возле затоптанной тропинки, на которой гусь неустанно и безуспешно ожидал увидеть вновь свою подругу. С громким гоготом гусак набросился на хлеб и быстро расклевал кусок, от которого только крошки летели по сторонам.

Сергей подошел поближе к птице. Опустился на колени, сделал вид, что прицелился, и «выстрелил» с криком «Пах!», после чего с улыбкой повернулся лицом к Поппи и, ткнув себя в грудь большим пальцем, заявил:

— Это я хозяин поместья!

Поппи с принужденной улыбкой ответила:

— Полагаю, что владеет им лорд Колдуэлл, но я… как бы это сказать… я понимаю, что вы имеете в виду.

— Прекратите болтать с этим напыщенным ослом и послушайте, что я скажу, — прошептал ей Драммонд.

— Я должна с ним разговаривать, — прошипела она в ответ. — Так приказывают секретные службы. Кроме того, он принадлежит к царствующей фамилии и воображает, что рожден владеть всем, что увидит.

Сергей не спеша, нога за ногу, приблизился к ним, позабыв о своем невидимом ружье и о гусаке, который следовал за ним по пятам и тыкал клювом то в один, то в другой сапог князя, возможно, в поисках хлебных крошек.

— Пошел прочь, глупый гусак! — отмахнулся от него Сергей.

Однако гусь не отставал и всю дорогу до того самого дуба, под которым они завтракали, сопровождал князя.