Опасное пламя страсти - Эллиот Кара

Раздраженно фыркнув, Шарлотта взмахнула в его сторону полотенцем.

– Хм-м. Мне хотелось бы увидеть, как вы с этим справитесь.

Этот обмен репликами вызвал легкую улыбку у Кейт. Клейн и Шарлотта? Какое странное сочетание. Но как сказала Чара – ее подруга-«грешница» и эксперт в области химии, – когда соединяешь взрывоопасные ингредиенты, результат часто бывает непредсказуемым.

– Пойдемте, Клейн. – Коснувшись рукава пиджака деда, Кейт побудила его двигаться вперед. – Я уверена, что Шарлотта сделает все очень быстро.

– Хм-м, – эхом отозвался он, но позволил увести себя.

– Надеюсь, вы не обиделись на Шарлотту. Она не задумываясь всегда говорит то, что думает.

– Да, я заметил это.

– Я знаю, что вы не одобряете независимых женщин, но она должна быть сильной. Ее покойный муж растратил как ее, так и свои деньги, не оставив ничего, кроме горы долгов. Лишь находчивость и отпор кредиторам позволили ей сохранить свой дом.

Герцог нахмурился.

– Я вовсе не собираюсь критиковать леди Фенимор. У нее, несомненно, острый язык, но ее интеллигентность неоспорима.

– Это так, – пробормотала Кейт. – Она одна из умнейших и наиболее здравомыслящих людей, которых я знаю.

Возможно, это просто был эффект приглушенного света в коридоре, но ей показалось, что на щеках герцога появилась легкая краска.

– Ну что же, будем надеяться, что она достаточно разумна, чтобы не мешкать зря в оранжерее. Мне не нравится, что мы оставляем ее одну в таком безлюдном месте.

Волна страха захлестнула Кейт. Похоже, дед был прав. Она замедлила шаги и оглянулась через плечо на стеклянные двери сооружения. В углубляющихся тенях они казались такими же светонепроницаемыми, как отполированный обсидиан.

– Может быть, нам подождать ее здесь?

Герцог не успел ответить, так как стеклянная, в бронзовой раме дверь распахнулась и из оранжереи торопливо вышла Шарлотта.

– Что-то пропало? – задал вопрос Клейн.

– По правде говоря, я не могу сказать наверняка. – Голос ее подруги прерывался, и на лице было очень странное выражение. – Это может оказаться ерундой, но одно из редких растений из джунглей Новой Гвинеи также погибло.

Прикрыв ладонями лицо, Марко прижался к стеклу и некоторое время наблюдал, чтобы убедиться, что вспышка света лампы не повторяется.

– Наконец-то, – пробормотал он себе под нос, не видя признаков движения сквозь густую листву.

Он выждал еще несколько секунд, чтобы убедиться, что все спокойно, прежде чем открыть другую дверь и проскользнуть внутрь.

Небо затянуло тонким слоем облаков, затуманивших серпик луны. Воздух был недвижим, и, за исключением звуков капающей воды поблизости, в пещероподобном пространстве было тихо как в могиле.

Подходящее определение, подумал Марко. Туман клубился вокруг его лодыжек, когда он легко шагал по замшелым кирпичам, добавляющим еще один акцент к жутковато-мрачной атмосфере. Он почти приготовился увидеть выплывающую из теней фигуру Харона, который перевозил мертвых через серебрящуюся реку Стикс.

Марко остановился, чтобы оглядеться и сориентироваться. Тропические деревья в терракотовых горшках, стоящие перед ним, их неровные тени принимали угрожающий оттенок во мраке, царящем в оранжерее.

Фантомы. Плоды воображения. На несколько сердцебиений Марко утратил всякое представление о том, почему он здесь.

– Проклятие!

Его ругательство растворилось в окружающем сплетении листьев. Повернув в противоположную сторону, Марко вернулся на наружную тропу. Двигаясь по периметру восьмиугольной оранжереи, он придет к той секции, где было обнаружено тело фон Зайлига.

– Погибло? – повторил Клейн. – Сейчас не до юмора, леди Фенимор.

– Я вовсе не шучу. – Шарлотта нахмурилась. – Я заметила, что оно пропало, и при более близком осмотре заметила, что растение было вырвано с корнем.

– Вы, должно быть, ошибаетесь. Старший садовник всегда докладывает мне, если какое-то растение гибнет. Особенно если это ценный экземпляр.

– Я абсолютно уверена, – настаивала Шарлотта. – По сути дела, мы с Кейт изучали его только вчера, и оно было в отличном состоянии.

– Ты хочешь сказать, что исчезла Nerelida toxinsis? – спросила Кейт.

Шарлотта молча кивнула.

– Черт подери! – воскликнула она, затем бросила виноватый взгляд на деда. – Прошу прощения за мой язык. Но это не только в высшей степени экзотическое растение, но и крайне опасное.

– Ты уверена? – низким голосом спросил Клейн.

– Да, – подтвердила Кейт, – Это не всем известно, но если семена из стручков прокипятить с любым алкоголем, то сироп превратится в очень сильный яд. Местные племена используют для этой цели настоянное молоко кокоса, но бренди и портвейн тоже сработают. – Она непроизвольно вздрогнула. – Этим ядом натирают концы стрел, и он опасней, чем южноамериканское кураре. Мельчайший укол зараженной стрелы или острия лезвия способен убить в течение минуты. И не оставляет следа – просто кажется, что человек скончался от сердечной недостаточности.

Герцог побледнел.

– Но это может быть известно только специалисту по ботанике, – медленно произнес он.

Шарлотта задумалась.

– Фон Зайлиг очень интересовался растительным миром, не так ли?

– Не хочешь же ты предположить, что он убил себя сам? – сказала Кейт более резко, чем намеревалась.

– Нет, но… – Шарлотта покачала головой, – Не знаю, что и думать. Эго просто странное совпадение.

Более чем странное, решила Кейт, просто зловещее, хотя, хоть лопни, не могла вообразить, почему исчезновение малоизвестного растения имеет какое-то отношение к убийству полковника. Чувствуя, как застучало в, висках, она отвернулась от блеска настенных светильников.

– Это был молодой экземпляр, и в нем было не много семян. Но вполне достаточно, чтобы приготовить небольшую дозу яда.

Несколько долгих мгновений все трое стояли в полном молчании, затем заговорил герцог:

– Думаю, мы должны послать на Боу-стрит за сыщиком из уголовного полицейского суда.

– Пожалуйста, Клейн. Говорю вам, что это лишь осложнит ситуацию… – Заметив трепещущий шелк в смежном коридоре, Кейт оборвала фразу. – Кто там? – резко спросила она.

– О, извините меня! Я не собиралась вмешиваться в вашу беседу. – Леди Дюксбери вышла из тени, и наступившее неловкое молчание усилило эффект от шелеста ее юбок. – Мне необходимо было глотнуть свежего воздуха, я подумала, что никого не побеспокою, если пройду этой частью дома.

– Мы тоже извиняемся,- лаконично ответил Клейн. – Я не хочу, чтобы мои гости чувствовали себя пленниками в своих комнатах.

– Как грустно все это, должно быть, для вас. – В голосе женщины слышалась симпатия, но Кейт сумела увидеть злобу в ее взгляде. – Будем надеяться, что следователь быстро обнаружит виновного.

– Не сомневаюсь, – пробормотал Клейн.

– Я понимаю, что вам хочется остаться одним, поэтому удаляюсь.

Показав свои ямочки, леди Дюксбери повернулась и направилась туда, откуда появилась.

Когда звук ее шагов замер, Шарлотта поджала губы.

– Что еще она задумала? – пробормотала она.

– Что вы имеете в виду? – спросил Клейн.

– Графиня, похоже, получает удовольствие, играя в хитрые, отвратительные игры, которые ведут к неприятностям.

Кейт показалось, что в коридоре похолодало. Она потерла руки, пытаясь отогнать тревожное чувство.

– Не представляю, как она может чем-то навредить. Могу только заметить, что женские хитрости и флирт с мужчинами ее личное дело.

– Ее брат быстро выложил малопривлекательные истории из твоего прошлого, – указала Шарлотта. – Интересно, откуда Он узнал такие детали.

«И мне тоже интересно», – подумала Кейт, но вслух отвергла это замечание, лишь пожав плечами:

– В нынешней схеме событий леди Дюксбери волнует меня меньше всего.

Герцог неловко потоптался на месте.

– Клейн-Клоуз стал пристанищем, для гадюк.

По ее телу вновь пробежал холодок.

– Давайте пройдем в библиотеку, – добавил он, когда ни она, ни Шарлотта ничего не ответили на его замечание.