Светлана Казакова
Верни мне дочь, адвокат!
Пролог
Это страшный сон. Это просто не может быть правдой. Сейчас я проснусь, и окажется, что всё в порядке, а происходящее со мной и моей семьёй просто кошмар.
Но это происходит на самом деле.
Судебное заседание, на котором слушается дело о разводе. О моём разводе. Я как будто вижу всё со стороны. Вот судья – строгий на вид мужчина в чёрном костюме. Здесь вообще все в тёмном, словно на похоронах. Впрочем, когда распадается официальный брак, это ведь тоже в каком-то смысле умирание. Семьи, отношений, надежд.
Я действительно думала, что выхожу замуж раз и навсегда. На всю жизнь. Так меня воспитывали, так жили мои родители, а также бабушки и дедушки. Я никогда не думала, что для меня всё закончится вот так. Разрушительно, больно и несправедливо.
В сторону своего супруга я стараюсь вообще не смотреть. Чтобы не вспоминать о временах, когда всё у нас ещё было хорошо. Или мне так только казалось?..
Он красиво ухаживал. Я была неопытной и не слишком-то уверенной в себе. Гадким утёнком, если говорить начистоту. Это сейчас я превратилась в лебедя, и немалое значение в этом сыграло моё замужество. Ведь мой муж вертелся в таких кругах, для которых я должна была выглядеть соответственно. Он не раз мне это повторял. И я очень старалась ему соответствовать.
Но, как оказалось, этого недостаточно.
Чтобы не смотреть на того, для кого ещё недавно готовила завтраки и покупала красивое бельё, перевожу взгляд на его адвоката. И вздрагиваю. Отчего-то это человек меня пугает. При этом он вовсе не страшный, нет. Пожалуй, даже красивый. Такой неправильной и какой-то хищной мужской красотой. Он брюнет с выразительными чертами лица, модной небритостью и внимательными тёмными глазами. Мужчина слегка поворачивает голову, и наши взгляды встречаются. Он изучающе рассматривает меня, и я теряюсь, осознавая, что вижу перед собой своего врага.
Ведь люди, которые расстаются полюбовно, через суд не разводятся. И мой супруг Роман Галицын наверняка что-то задумал, потому что нанял именно этого адвоката. Адвоката, который никогда не проигрывает.
Его зовут Аркадий Ледов. Подходящая фамилия. Глядя на него, я чувствую, как моё сердце покрывается льдом.
Разумеется, я не имела возможности нанять столь же известного адвоката. Я ведь, говоря официальным языком, не располагала собственными средствами. Была домохозяйкой, хоть и успевшей до замужества получить высшее образование. «Женщины нашей семьи не работают, – так сказал мне супруг, когда я заикнулась о том, что хотела бы куда-нибудь устроиться, чтобы приобрести опыт. – И неужели ты хочешь, чтобы нашу дочь растили другие люди, а не родная мать?»
Говоря это, он нежно прикоснулся к моему животу. Я забеременела почти сразу после свадьбы, и на тот момент мы уже знали, что у нас родится девочка. И, конечно же, мне не хотелось, чтобы она росла с нянями, не хотелось пропустить её первые шаги и первые слова. Тогда я отложила этот разговор. И завела его снова лишь через несколько лет, когда наша Анжела немного подросла. Но муж снова безапелляционно повторил, что в его семье женщины не работают. «Тебе чего-то не хватает?» – нахмурившись, спросил он, и я покачала головой. В этом смысле мне не на что было жаловаться. Роман обеспечивал нас с дочкой так, что многие знакомые мне завидовали.
Они ведь не знали о том, что между мной и моим мужем, как выяснилось, не существовало никакой душевной близости. Да и физической с каждым днём становилось всё меньше. Ему хотелось, чтобы я родила ещё и сына, но первые роды были очень трудными, и врачи в один голос твердили, что беременеть во второй раз для меня очень опасно. В результате можно даже не выжить. Разве могла я так рисковать теперь, когда у меня была моя дочь?..
В итоге мы начали ссориться, и однажды Роман в запале сказал, что у него есть другая женщина. Молодая и здоровая. Она родит ему сына. Но он хочет, чтобы ребёнок появился на свет в законном браке, а, поскольку многожёнство у нас официально запрещено, мы должны развестись. А потом нанял Аркадия Ледова, которого я только недавно видела в какой-то телепередаче, где адвокат давал юридическую консультацию. Там и сказали, что он никогда не проигрывает дела. Изучив статьи о нём, я выяснила, что это вовсе не рекламная фраза, а чистая правда.
– А теперь подойдём к важному вопросу, – взяв слово, произносит Ледов. – У моего клиента и его супруги есть дочь по имени Анжела. Ей недавно исполнилось шесть лет. Мой клиент Роман Галицын хочет после развода оставить дочь у себя. И вот почему…
Он начинает перечислять аргументы, а у меня шумит в ушах и темнеет в глазах. Кажется, что я тону в мутной воде. Роман хочет отобрать у меня мою девочку? Прекрасно зная, что у меня наверняка не будет больше детей, он забирает нашу дочь? Нет… нет, НЕТ!
Я кричу эти слова вслух, забыв о том, что нахожусь в зале суда, а следом падаю в тишину и темноту. Теряю сознание. И очень надеюсь очнуться и обнаружить, что всё это мне только приснилось…
Но это происходит на самом деле.
Глава 1
Две недели спустя
– Сань! Саша! – сквозь пелену забытья слышу настойчивый голос моей подруги Миланы. – Да я же вижу, что ты не спишь! Так что прекрати притворяться! Открой глаза и поговори со мной!
– Зачем? – бормочу я, не пошевелившись. Кажется, я так долго лежу на одном месте, что должна стать частью интерьера. Правда, учитывая, что эта квартира принадлежит моей лучшей подруге, пора бы, как говорится, и честь знать.
Но сейчас я не в состоянии что-либо решать. Перед глазами всё ещё стоит то судебное заседание, на котором решалась наша с дочерью судьба. А в ушах звучит холодный голос Аркадия Ледова. Его самоуверенные замечания, взвешенные аргументы. Он действительно оказался адвокатом, который никогда не проигрывает.
И моё дело выиграл тоже. Роман получил то, чего желал. Он отобрал у меня дочь и готовится к свадьбе с другой женщиной.
Снова закрываю глаза, чувствуя, как на них выступают слёзы. Не могу больше думать об этом – и не могу не думать. Мою уступчивость перед ним, мою женскую слабость, пресловутое желание соответствовать мужу супруг обернул против меня же самой. Даже тот обморок на судебном заседании сыграл свою роль. Меня нарекли нестабильной особой на грани депрессии, привлекли врачей, у которых я консультировалась, когда наш с Галицыным брак катился под откос. А ещё у меня не было работы, дохода и собственного имущества. Совместно нажитого имущества у нас тоже, как оказалось нет, к тому же мы с Романом подписывали брачный контракт, по которому в случае развода мне ничего из его богатства не причиталось. Но кто вообще думает о разводе, когда дело идёт к свадьбе? Когда все вокруг только и твердят, что мне сказочно повезло! Как же, завлекла в свои сети самого настоящего принца!
Я снова начинаю плакать. Милана приближается и обнимает меня. Успокаивающе гладит по волосам, как мама или старшая сестра.
– Перестань, – говорит она. – Не плачь. Слезами горю не поможешь.
– А чем поможешь? – всхлипываю я. Невыносимо даже представлять, что моя дочка сейчас где-то одна, без меня. С няней или бабушкой – моей бывшей свекровью, которой я никогда не нравилась.
– Тебе нужно бороться, – уверенно произносит Милана. – Ты должна вернуть себе дочь. Любой ценой.
– Что значит «любой ценой»? – переспрашиваю я.
С Анжелой мне разрешили видеться всего лишь два раза в месяц. Не представляю, как я выдержу нашу будущую встречу, не разревевшись прямо на глазах у моей девочки. Уверена, что она по мне ужасно скучает, но Роман наверняка сказал ей, что мама её бросила.
Ненависть к бывшему мужу накатывает на меня волной и начинает душить. Сволочь, гад, урод, да как он только посмел так со мной поступить! Неужели не понимал, что ребёнку будет лучше с родной матерью, а не с мачехой, которую Галицын собирается привести в наш дом? Эта молодая и здоровая женщина родит ему долгожданного сына, они станут семьёй. Если бы Анжела оставалась со мной, разумеется, я бы не стала препятствовать их общению, так почему же Роман не мог проявить по отношению ко мне хоть немного великодушия?..
