Annotation
— Дарья Сергеевна, проходите, – секретарша указывает на массивную дверь.
Я быстро целую Катюшку в макушку:
— Сиди тихонечко, хорошо? Я быстро.
Вхожу в просторный кабинет и вижу высокого мужчину, в темном деловом костюме, стоящего спиной к окну. Он поворачивается и его красивое лицо буквально каменеет.
— Какого черта ты сюда заявилась?! – произносит он низким голосом, от которого внутри все холодеет...
Яна Юматова
Глава 1
Глава 2
Конец ознакомительного фрагмента.
Яна Юматова
Одуванчик для босса
Глава 1
— Совсем вы, Дарья Сергеевна, не следите за ребенком! Поэтому и исключают вас уже из третьего сада! – возмущается воспиталка, поправляя очки с толстыми линзами на носу.
— Я поговорю с Катюшей, – обещаю я, стараясь быстрее увести девочку от тетки, брызжущей слюной.
— Разговорами здесь не поможешь! Ремня ей надо! Отца не хватает, чтоб в строгости воспитывал ребенка! Понарожают одиночками, а нам потом мучиться, людей приличных из них делать…
Тащу Катюшку за собой и окончание гневной тирады заслуженного дошкольного работника по имени Виталина Эдуардовна, к счастью, не успевает долететь до моих ушей.
На остановке мы садимся в трамвай и едем домой. Наблюдаю за насупившейся девочкой пяти лет, которая обнимает свою рюкзачок со страшной мордой сиреневого кота из какого-то шоу, и не могу не улыбнуться.
Моя маленькая хулиганка, со стесанным носом и ободранными коленками все равно для меня самая любимая девочка на свете.
Заметив мой взгляд, Катя сдвигает брови и сердито говорит:
— Димка сам виноват. Не говорил бы ерунды, не получил бы по башке.
— Катюш, ну ты же девочка. А девочки не должны драться. Можно же было все словами решить, – назидательно говорю я.
— Невозможно, – машет головой Катя. — Вот как решить словами то, что он сказал, что может меня ударить, а мой папа не защитит меня? Потому что папы у меня нет!
Голубые глаза ребенка сверкают такой искренней яростью, что у меня нет возражений.
Папы у моей девочки и правда нет. Да и с мамой не очень повезло…
Я, конечно, стараюсь изо всех сил, чтобы обеспечить Катюше счастливое детство, но с каждым годом это становится все сложнее.
Дома я кормлю ее нехитрым обедом из гречки и котлет. И пока Катя начинает учить своих трех плюшевых котов математике, проверяю почту, в надежде получить приглашение на собеседование.
— О боже мой! – вырывается у меня непроизвольно, когда я вижу письмо от отправителя “Вера Инженеринг и Ко”.
— Что там такое? Вирус прилетел? Тройнянский конь? – кричит Катюша из комнаты.
— Нет, малыш, кажется, меня приглашают на собеседование! – все еще не могу поверить и не открываю письмо. А вдруг там стандартная отписка, что я им не подхожу?
— Так жми! – командует детский голос прямо у меня под ухом, и я от неожиданности кликаю на письмо:
“ Уважаемая Дарья Сергеевна,
мы внимательно изучили Ваше резюме и пришли к выводу, что Ваша кандидатура нам подходит.
Ваши сильные качества - стрессоустойчивость и возможность работать ненормированно, как нельзя хорошо подходят под требования нашей вакансии.
Приглашаем Вас на собеседование завтра в 9.00 по адресу : г Москва, Пресненская набережная, д. 12, офис 2748.
Пропуск на Ваше имя будет у охраны в лобби.
С уважением,
начальник отдела по подбору персонала
Каширина Ирина”
— В девять ноль-ноль. А меня ты куда денешь? – Катюша озабоченно смотрит на меня, пока я пытаюсь прийти в себя от неожиданного счастья и одновременно прокручиваю 100500 вариантов, куда деть ребенка.
Как же невовремя нас из садика исключили!
— Только не к бабе Миле! – заявляет девочка, заметив проблеск озарения на моем лице.
— Ну почему, Катюш? Вы же хорошо с ней ладили.
— Ладили. Пока я не узнала, что она котят в ведре утопила. Кошкодерница старая, – в голосе ребенка столько осуждения, что я понимаю - бабу Милу придется вычеркнуть из круга наших знакомых навсегда.
— Тогда попрошу Вику присмотреть за тобой, – я беру телефон, но Катя выдергивает у меня мобильник и картинно закатывает глаза.
— Ты снова хочешь отдирать блестки от моих ногтей и вычесывать лак из волос? Я же не смогу в ее салоне ничем не накраситься! – выдает пятилетняя девочка.
И она права. В прошлый раз я почти неделю выводила ядовито-фиолетовый лак для ногтей со всей Кати.
— Тогда к тете Олесе в пекарню, ты же любишь ее булочки, – с надеждой спрашиваю я.
— Больше не люблю. Глютен нельзя есть маленьким девочкам, иначе они станут очень-очень большими! И никакой принц за ними не приедет! А если приедет, то его конь не выдержит двоих! — горячо убеждает меня ребенок.
И замечая в моих глазах новый аргумент в пользу булок, трагичным голосом произносит:
— Боливар не выдержит двоих!
Еле сдерживаюсь, чтобы не захохотать. Однозначно по моей девочке плачет актерский факультет.
— Ну и что же мне делать, Кать? Оставить одну дома я тебя не могу. А эта работа мне очень-очень нужна! Там хорошая зарплата, даже на нового котика тебе хватит. А может, и на море даже поедем, – размечталась я вслух.
— Ну так пойдем вместе на со-се-бе-дование! – лицо малышки озаряет счастливая улыбка. — Я им про тебя все-все расскажу! Какая ты у меня умница и красавица! И что ты три языка тарабраских знаешь! И что пироги печешь вкусные! И котлетки умеешь делать лучше, чем в садике!
— Катюш, в серьезные компании с детьми нельзя ходить, – вздыхаю я.
— Ну я как мышка-норушка буду! Обещаю-обещаю-обещаю! – Катя складывает ладошки перед собой в умоляющем жесте и смотрит голубыми глазками так проникновенно, что я сдаюсь.
Утром мы с Катюшей едем в царство стекла, бетона и больших денег, а я про себя молюсь всем высшим силам, чтобы мой Одуванчик с характером и непредсказуемостью урагана не разнес офис, а меня взяли на работу.
Глава 2
Трамвай довозит нас до метро, потом мы пересаживаемся на красную ветку и едем до "Выставочной". Катюша всю дорогу вертит головой, разглядывая людей и рекламу, а я про себя повторяю, как мантру: "Веди себя хорошо, веди себя хорошо, веди себя хорошо..."
Когда мы выходим из метро и я вижу стеклянные башни Москва-Сити, у меня перехватывает дыхание. Катя замирает, задрав голову:
— Это что они, до неба дотягиваются?
— Почти, малыш, – улыбаюсь я, проверяя адрес в телефоне. – Пошли, нам вон в ту башню.
В огромном лобби нас встречает охранник – дядька такой суровый, что Катюша инстинктивно прячется за мою юбку.
— Филатова Дарья Сергеевна, на собеседование к девяти, – стараюсь говорить уверенно.
Охранник проверяет список, кивает и выдает пропуск. Мы поднимаемся на двадцать седьмой этаж, и у меня начинают потеть ладони.
В приемной нас встречает девушка лет тридцати с идеальной укладкой и маникюром. Я невольно прячу свои руки с короткими ненакрашенными ногтями. Вообще я не люблю лак или еще хуже - толстый гель на ногтях. Мне кажется, что естественные ногти гораздо красивее, но сейчас чувствую себя неловко.
— Дарья Сергеевна? Присаживайтесь, пожалуйста. Владислав Константинович сейчас освободится.
— Спасибо, – бормочу я и устраиваюсь на кожаном диване. Катюша пристраивается рядом, обхватив рюкзак.
— Девочке дать планшет с играми? – предлагает секретарша, и я благодарно киваю.
Катя увлеченно тычет пальцем в экран, а я пытаюсь успокоить бешено колотящееся сердце. Оглядываюсь по сторонам: дорогая мебель, картины на стенах, панорамные окна с видом на Москву. Боже, что я здесь делаю? Я ж не потяну такую работу!
