— Поправочка: круассан с шоколадом, — широко улыбаясь, отвечает. — А вот эклеры у них здесь не очень, — горячо шепчет на ухо, наклоняясь ближе.
На миг наши взгляды встречаются. Сердце заколотилось с такой силой, будто высекая искры, а щеки стремительно залил румянец.
— Что-то выбрали? — прерывает кассир наш с Максом немой диалог.
Не знаю, убивать ее или благодарить. На мгновение из головы вылетело, что Макс Пауль оставил меня одну, ревущую на многолюдной улице.
— Да. Эклер и черный чай, — и одариваю Пауля совсем другим взглядом. Мягким, но с перчинкой.
Я больше не его фанатка, а эта встреча — очередное совпадение, и согласилась на кофе, только чтобы посмотреть знаменитое место с вкусными круассанами.
Выбор падает на дальний столик. Он только-только освободился. Посетителей здесь и вправду много. Сказывается Рождество. Все приходят семьями, общаются, делятся новостями и поголовно едят шоколадные круассаны. Одна я с тарелочкой эклера.
Макс заказал себе только кофе. Поэтому сидит напротив и голодно смотрит на мой эклер. Прошу принести ножик, разрезаю десерт на почти равные две части. Я не жадная.
Пауль, опустив голову, смеется. И вдруг кажется, что времени порознь будто и не было.
— Расскажешь, как живешь? — его дыхание долетает до меня, а вопрос смущает. В моем представлении, ну, где я в Каннах, а он собирает милостыню, такого вопроса не звучало.
Столики здесь не рассчитаны для такого большого мужчины, как Макс Пауль. Мы сидим очень близко. Чуть дернись рука, и я нечаянно коснусь Макса. Уведи ногу в сторону, задену его же.
— Отлично. В бар хожу, сидр пью. А ты? — произношу с улыбкой. Надеюсь, шоколадная глазурь не отпечаталась на моих зубах, когда я откусила свой эклер.
— А я попадаю в неловкие ситуации, типа девушка сбивает меня с ног на глазах у сотни людей.
— Ты можешь заявить на нее. Она подпортила твою репутацию, — прожевывая добротный кусок сливочного масла, отвечаю.
— Не могу. Она очень красивая.
Долгий взгляд на меня сжимает сердце. Улыбка чувствуется застывшей, ненастоящей. Уши горят от такой правды, и я злюсь.
Смеет же, а?...
— Эклер, кстати, вкусный. Зря ты на него гнал, — говорю, доедая маслянистое пирожное, и на одном своем упрямстве через силу пережевываю кусочек за кусочком У меня же не будет сахарной комы?
— Твой характер совсем не изменился, — грустно говорит, без стеснения рассматривая мои губы. Точно измазалась, поэтому проверяю наличие шоколада кончиком языка.
— Что ж, господин Пауль, ваши пятнадцать минут вышли, и у меня много дел, — спешу закончить разговор, — мне еще подарки упаковывать, а я их даже не покупала.
— Как думаешь, нам суждено встретиться случайно и в третий раз? — неожиданно для меня спрашивает. В глазах потемнело от его вопроса, а жар выбился через кожу наружу. Вот бы раздеться и нырнуть в реку.
Заламываю пальцы и спешу подняться.
Макс помогает надеть куртку, подает шапку и перчатки. Те падают, потому что я неудобно их взяла, побоявшись коснуться горячих пальцев. Выгляжу, конечно, так себе, но этот хриплоголосый рокер мне никто, чтобы я наряжалась и выглядела леди в такой-то холод.
— Впредь я буду смотреть вперед и под ноги. Еще по сторонам, когда буду переходить дорогу, — кричу, выбегая из кафе.
Я даже не поблагодарила Макса за чай с эклером. Мне нужен воздух. Много воздуха, и чтобы он не был пропитан туалетной водой Пауля.
Господи, как же мне горько оттого, что он не выслушал меня тогда. Не дал мне шанса объясниться. И его «она очень красивая» только подливает бензина в огонь моего негодования и зла.
Я правда уже не та Оливия Эдер, которую Макс чуть не задавил одним июльским утром. Раненое сердце навечно закрыто для таких вот бездушных парней.
— А в бар тоже не будешь ходить? — кричит через всю улицу. На нас оборачиваются и шепчутся. Та-а-ак плевать.
Медленно мотаю головой.
Снег падает и искрится в воздухе, создавая атмосферу Рождества и чуда. Одна часть меня хочет верить, что наши встречи, — это знаки свыше. А боль в сердце умоляет не делать больше глупых признаний и шагов. Я достаточно набегалась.
— С Рождеством, Макс Пауль! — говорю громко и быстро-быстро ухожу. Горло сковывает внезапно обрушившимся на город сибирским морозцем. От него глаза щиплет и колет в носу.
— До встречи, Оливия Эдер, — долетает до меня порывом ветра.
Глава
Глава 22. Макс
— У тебя гитара р
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
