Философия любви - Ник Даниэлла

Ужин – первое, второе и компот, явно встанет в приличную сумму. Моей маме неделю нужно работать, чтобы его оплатить. Она трудится на металлургическом заводе, который из-за санкций переживает не лучшие времена.

- Снег, ты серьезно? – подключается Алина, усаживаясь рядом на мою кровать. Она из Челябинска, и к провинциалкам себя не относит, держась немного высокомерно по отношению к нам. – Миша явно за все заплатит. Иначе, в чем прикол вас приглашать? Мы ведь не в Европе.

- Ага. Миша заплатит в ресторане, а Мира потом лично будет отрабатывать. Знаю я такие истории. Спасибо, не надо! – противлюсь я.

- А я и не против, - мечтательно вздыхает подруга. – Ты видела его без майки? Ооо, я тот турнир по баскетболу никак не могу выкинуть из головы. Мышцы, рельеф, пресс, вены выпуклые, господи! Это просто шикарно!

В итоге, трем профурсеткам, все-таки, удается меня уболтать, а Маша даже вызывается закончить доклад в мое отсутствие. Аргументов у меня не остается и я, под радостный визг подруги, иду краситься и укладывать волосы.

Спустя два часа мы с Мирославой спускаемся по ступенькам нашей убитой общаги, цокая каблуками, как пони. В чужом платье и искусственной шубе я чувствую себя максимально некомфортно, но деваться некуда. Мирка же еле сдерживает счастливую улыбку в предвкушении встречи со своим крашем. Она нацепила на себя короткую бархатную юбку и топ бандо, сверху накинув жакет. Для зимы выбор такого наряда довольно спорный, но зато в нем виден рельефный животик, которым его обладательница очень гордится.

Наивная какая, просто жуть! Она, как и я, приехала в Екатеринбург из маленького городка Свердловской области и больше всего на свете не желает возвращаться обратно. А ухватиться за богатого парня – неплохой билет в безоблачное будущее. А то, что он каждую неделю меняет подружек как перчатки, нисколько ее не смущает. Мирка считает, что она особенная.

- Красотки, общежитие закрывается в одиннадцать! – кричит нам в спину вахтерша тетя Галя.

- Мы помним! – хором отвечаем ей и выходим на улицу, с силой толкнув тяжелую железную дверь. Нам в лицо летят снежинки, подхваченные потоком холодного воздуха, которые норовят залезть за воротник.

В следующем году всех студентов планируют переселить в другое общежитие, это снести, и на его месте построить новое здание. Такую информацию мне троюродный брат Елисей поведал. С недавних пор он стал мэром Екатеринбурга, но мне распространяться о том, что я его родственница, строжайше запрещено. Он у нас правильный до мозга костей, но очень добрый. В УрФУ, на факультет философии я попала лишь благодаря его совету. Иначе, моих баллов по ЕГЭ хватало только на платное обучение. А таких денег у моей мамы нет. Короче, Елисей спас меня от ПТУ в родном Богдановиче, чему я очень рада.

- Вот его тачка! – пищит Мирослава, кивая на припаркованный неподалеку черный седан Ауди.

- А Лев с ним? – тихо интересуюсь, осторожно ступая по накатанному снегу. Не хватало еще растянуться и сломать каблук. Это мои единственные сапоги, вообще-то.

- Конечно! Он мне в телеге написал, что заедет за ним, а потом за нами.

- Какая честь! – бурчу я, поправляя постоянно спадывающую с плеча сумочку. Она, кстати, тоже не моя. Алина одолжила.

- О, девчонки, привет! – выскакивает как черт из табакерки Майкл, а следом за ним с пассажирского сидения выбирается Лев. Тут же тянется в карман дутого пуховика за сигаретами и закуривает, прищуривая глаза. Осматривает меня с головы до ног, а затем кивает в знак приветствия. Миленько! И манеры топчик. Неужели, это моя любовь?

- Привет, ребята! – игриво отвечает Мирка, оглядываясь на меня. – Это – Снежана, моя подруга.

- Очень приятно, - буркаю я.

- Будем знакомы! – хрипло отвечает Лев, затягивается сигаретным дымом, а потом выбрасывает окурок в ближайший сугроб, вызывая у меня недоумение. Давно не видела людей, которые выбрасывают мусор на улице.

Парни мне не нравятся, хоть внешне и довольно привлекательны. Майкл, на мой взгляд, слишком широко улыбается, а взгляд такой сальный, хоть яичницу жарь.

- Прошу садиться, – подмигивает Майкл. – Прокатимся с ветерком.

Глава 3. Снежана

В машине играет какой-то панк-рок и довольно накурено, отчего я начинаю кашлять.

- Лева, - беззлобно кричит приятелю Майкл. – Ты заебал курить, девушке плохо. Как паровоз, ей богу. Пока к вам ехали, девчонки, успел подымить дважды.

Последняя реплика предназначается для нас, на что Мира отвечает, что все в порядке и нам совсем не пахнет. Я же, засунув нос в шубу, молчу. Втягиваю запах духов от Нины Ричи, и пытаюсь абстрагироваться.

- Отвали, Мих, я на нервяках, - рычит на него Лев, достает пачку, но, повертев ее в руках, засовывает обратно в карман.

- Левик посрался с родаками, - ржет Шершнев, с пробуксовкой трогаясь с места. Разгоняется в тесном дворе, а затем резко бьет по тормозам перед поворотом на улицу Малышева. «Обожаю» такую манеру езды, рвота обеспечена мгновенно. – Папочка отсадил его от кормушки.

- Это ненадолго, - бурчит Лев, залипает в телефоне и чатится в телеге с какой-то Дашенькой. Я сижу за его спиной и мне все отлично видно. К моей персоне он внимания не проявляет, похоже, чего-то напутала цыганка. Думаю, придется потерпеть пару часов не самую приятную компанию и свалить домой. Наверное, я взрослею, потому что через пять минут общения с людьми, мне все про них становится понятно.

Скашиваю глаза на Мирку, ожидая, что она хотя бы немного сникла от поведения парней, но нет. Она по-прежнему сияет, с жадностью наблюдая за тем, как Майкл ведет машину. Как долбоеб, извиняюсь за выражение. Газует, подрезает, вклинивается в плотный поток на пути к ресторану. Запоздало понимаю, что внешний вид парней не особо подходит для посещения «Касторки», они оба облачены в джинсы и толстовки с капюшоном. Так себе дресс-код.

По Малышева мы с переменным успехом двигаемся вниз по улице, я скучающе считаю фонари, а Мира чирикает с Мишей. Их болтовню я пропускаю мимо ушей, варясь в своих мыслях. Прикидываю, сколько у меня денег на карте и какую сумму я могу сегодня вечером потратить, и прихожу к неутешительному выводу, что от силы рублей пятьсот. Похоже, придется пить кофе. Все-таки, зря я заплатила цыганке. Наивная Снега!

- А мы, разве, не здесь должны были повернуть? – звонко интересуется Мирослава, тыча пальцем в сторону поворота на улицу Хохрякова.

- А я не сказал? – хохочет Майкл, разворачиваясь к нам. – В «Касторке» столиков не было свободных для брони. Мы с Левиком решили в другое место прокатиться. Надеюсь, вы не против?

- В какое место? – напряженно спрашиваю, сжимая в руке телефон, запоздало понимая, что там зарядки от силы процентов пятнадцать. Совсем забыла зарядить аккумулятор перед выходом из дома.

- Расслабься, Снежана, - неожиданно подключается Лев, выныривая из просмотра видосов в тик-токе. С Дашенькой переписка закончилась три перекрестка назад. – Тебе понравится. Уверен, ты в таком месте не была ни разу.

- Свежий воздух, аромат хвои, снега по колено, - мечтательно произносит Миша, делая музыку потише. – Красота!

- Мы слегка не готовы к поездке на природу, - нервно хихикает Мирослава, наконец, въезжая, что расклад получается так себе.

- Ничего страшного, девочки. В доме тепло и сухо. И ваши красивые наряды будут как нельзя кстати.

- В каком доме? – дергаюсь я, затравленно смотря в окно. Мы проезжаем сверкающий огнями торговый центр «Мега», оставляем его позади и выбираемся на трассу. Майкл прибавляет скорости и мчится в снежную ночь, разрезая фарами темноту.

- В загородном. Зависнем на всю ночь, завтра обратно вас привезем в целости и сохранности.

- Мы так не договаривались, - смотрю на Мирославу, испепеляя взглядом. – Нам завтра в универ нужно к первой паре!

По расписанию стоит «История зарубежной философии», лекции которой читает нудный профессор Пелевин. У него мерзкий голосок и очень маленькие ручки, от вида которых меня каждый раз передергивает. Пропускать его лекции нельзя ни в коем случае, иначе, хрен потом сдашь экзамен. Девчонки со старших курсов рассказывали, что он очень злопамятный.