Измена. Диагноз: (не)разбитое сердце - Раф Анна

Не знаю… В любом случае, я уже немного опаздываю. Поэтому быстро беру ключи от машину и бегу на подземную парковку, расположенную прямо под нашим жилым комплексом.

Около кабинета встречаю свою подругу. Маша сидит в коридоре и читает какую-то книгу с беременной женщиной на обложке. При виде меня девушка немного неуклюже вскакивает и улыбается.

– Привет, дорогая, – так же улыбаюсь я и обнимаю подругу. – Надеюсь, ты не слишком долго ждала.

– Нет, Эль, я и сама приехала минут пять назад. Так что не страшно, – ухмыляется Маша.

– Проходи, ложись на кушетку. Сделаем тебе УЗИ… Как ты себя чувствуешь?

– Ох, Элина-Элина. Я себя чувствую прекрасно, – немного ехидным голосом отвечает подруга.

Не понимаю, с чего вдруг такие резкие перемены в её поведении? Раньше она была добродушной и обаятельной. А сейчас – что-то точно изменилось…

– Это хорошо, – стараюсь не обращать внимания на голос подруги.

Мало ли… Она ведь на восьмом месяце беременности, а на этом сроке гормоны так сильно бьют в голову, что поведение и настроение могут меняться по несколько раз на дню!

– Так… По УЗИ всё просто замечательно. Малыш развивается правильно, плацентарный кровоток хороший, количество околоплодных вод тоже отличное. Хочешь посмотреть на лицо малыша? Можем сделать фотографию.

– Хочу!

Через пару минут на моих руках лежит снимок личика малыша. Протягиваю фотографию подруге, которая вертит её в руках и улыбается.

– Вылитый отец. Один-в-один Руслан. Просто одно лицо! – восклицает Маша.

Ч-что? Почему она называет отца своего ребёнка именем моего мужа?!

ГЛАВА 2

Элина

– Почему ты так не меня смотришь? – Маша недоумевающе смотрит на меня.

– Что ты сейчас только что сказала? – дрожащим голосом спрашиваю я.

– Что на папку похож, – улыбается Маша. – А что?

– Мне… Послышалось, наверное, – я, немного встряхнув головой, ставлю датчик аппарата УЗИ на живот подруги, чтобы проверить кое-что ещё.

– Наверное, – улыбается Маша. – А зачем ещё раз УЗИ?

– У тебя давление высоковато. На ногах небольшие отёки. Нужно кое-что проверить. А вообще… Тебе бы лечь в больницу и обследоваться. – дрожащим голосом произношу я, не в силах выкинуть из головы слова, только что сказанные моей подругой.

– Что? Ложиться в больницу? Нет-нет-нет, я точно не нуждаюсь в госпитализации. – произносит Мария, практически буравя меня взглядом.

Кажется, я схожу с ума, но… Не могло же мне просто так показаться. Или могло? С учётом того, что в последнее время я очень мало сплю и очень много нервничаю, не исключено, что мне и правда просто показалось.

Только вот… Какое-то странное, удушающее чувство сомнения и тревоги уже поселилось в моей душе и начало отравлять её изнутри.

Чувствую, как по моему позвоночнику пробегает холодок. В памяти невольно всплывает недовольное выражение лица Руслана, которое он скривил, когда я упомянула Машу в нашем утреннем разговоре.

Сердце начинает биться чаще. Сначала утренняя реакция Руслана, сейчас – эта странная оговорка Маши.

А что, если? Сердце пропускает удар.

Нет… Нет-нет-нет, это ведь двое моих самых близких людей!

Мой муж и близкая подруга…

Ситуация, прямо как в тех ужасных анекдотах, в которых жена возвращается с командировки чуть раньше, чтобы сделать мужу сюрприз. А в итоге получает его сама.

Бред… Это немыслимо, такого просто не может быть! Зря я наговариваю на Руслана…

Пытаясь отвлечь себя от дурацких мыслей, всматриваюсь в экран. С малышом всё хорошо, а вот состояние Маши меня немного напрягает.

– Много солёного ешь? – спрашиваю я.

– Чуть больше, чем обычно… А что?

– Надо ограничивать. Я выпишу тебе направление на кое-какие анализы, тебе нужно будет сдать их в ближайшее время. А сейчас… – меня передёргивает, – я бы выпила горячего чая. Тебе налить?

Посматриваю на подругу с некоторым недоверием. Хоть и пытаюсь внушить себе то, что мне точно послышалось, что того, о чём я думаю, просто не может быть.

– Да, пожалуйста. С сахарком.

– Без, – строжусь. – Тебе нельзя употреблять лишний сахар, ведь у твоей матери был диабет во время беременности. Чудо, что его нет у тебя. Маш… Ладно ты, но… почему Степан не следит за твоим питанием? Он ведь ведь обо всём в курсе. Что можно беременной женщине, а что – нет.

В глазах Марии блестит какой-то недобрый огонёк, от которого внутри меня всё ещё сильнее сжимается. Что это с ней?

– Да всё он знает, но… Эль, ты же прекрасно знаешь, что мой муж основную часть своей жизни проводит в командировках, – презрительно произносит Маша, поморщившись. – За свои три копейки удавиться готов.

– Он же так старается ради вас, – отпивая горячий чай, говорю я.

– Если бы старался, мы бы давно в своей квартире жили, а не мотались бы по съёмным, – зло произносит Маша.

Меня даже немного пугает этот её жуткий тон.

– Маша, тише-тише, тебе нельзя волноваться. Ты же знаешь. Всё у вас будет хорошо, обязательно будет. И малыш совсем скоро появится… Счастливая ты, – немного грустно улыбнувшись, смотрю на подругу.

Та лишь хмыкает.

– Да уж, счастливая… Ты-то как? – Маша смягчает голос и взглядом указывает на мой плоский живот. – Всё ещё никак?

– Нет, – грустно вздыхаю. – Уже не знаю, что делать. Руслан против ЭКО, а я с каждым днём понимаю, что теряю драгоценное время. Мы оба исследованы вдоль и поперёк. Оба здоровы…

– Руслан-то точно здоров, – улыбается Маша.

Я совсем не поняла этой фразы… Что она хотела этим сказать?!

– В каком смысле?

– А, ну… Он же репродуктолог. Наверняка, сам себе всё посмотрел, – немного ухмыльнувшись, произносит Мария.

– Да, но… С моим здоровьем тоже всё в порядке. Кроме щитовидки, но она под полным контролем… В общем, не знаю я, что делать и как быть.

– Ну… Что могу сказать, разбирайтесь сами, хорошие мои. А мне пора, у меня йога для беременных через час, – вновь странно ухмыльнувшись, произносит моя подруга и, не попрощавшись, выходит из моего кабинета, громко хлопнув дверью.

Время до приёма следующей пациентки тянется медленно. Я всё не могу перестать думать об этих странных переменах в настроении Маши и на её какие-то двусмысленные фразы.

Очень уж подозрительно она вела себя сегодня. На мужа своего злится. Да, он часто в командировках, но он делает всё для того, чтобы обеспечивать свою жену. И зарабатывает он более, чем прилично, так что…

Совсем не знаю, почему Маша сердится на него.

Приём второй пациентки проходит, как в тумане. Я действую на автомате и, почему-то, не чувствую ничего, кроме странной пустоты внутри меня и тошноты, приливами подкатывающей к горлу.

Всё ещё не могу до конца понять, послышалась ли мне оговорка Маши или нет? В любом случае… Руслан лично занимался проведением ЭКО моей подруге и точно должен знать, кто отец этого малыша. Так что…

Поговорю вечером с мужем. Если бы не оговорка Марии сегодня, у меня бы и мысли не возникло задавать Руслану такие вопросы, но…

Сейчас меня буквально разрывают сомнения. И я не успокоюсь, пока не выясню всю правду.

***

По возвращении домой, не нахожу в себе сил даже на приготовление ужина, поэтому заказываю доставку из ресторана. Так странно себя чувствую… Какая-то непонятная слабость, которой раньше я никогда не испытывала.

Неужели это всё из-за того, что я целый день себя накручивала? Не знаю… Умом я понимаю, что мысли, которые отравили мне целый день, абсолютно беспочвенны, но…

Но беспокойное, мечущееся в груди сердце мучается от переживаний и паники.

– Так… Глубокий вдох и выдох, вдох и выдох, – шепчу себе под нос, пытаясь продышать очередной прилив тревоги.

Но не помогает.

Звук открывающейся входной двери окончательно добивает меня. Я начинаю дрожать, причём сама не знаю, почему.

– Я вернулся, – слышу голос Руслана, только что пришедшего с работы.