Грехи улиц: Власть - Хармон Ксения

Он снова протянул руку. Я стиснула зубы и, проигнорировав его джентльменский жест, сама слезла с мотоцикла.

Поймав его не сильно довольный взгляд, я сложила руки на груди и недовольно посмотрела на него.

— Слезла. Что теперь?

— Ты хочешь есть? Тут готовят вкусные бургеры на гриле. Или ты, принцесса, предпочитаешь изысканную кухню в дорогих ресторанах?

Я сощурилась, молча развернулась и пошла искать себе место подальше от всех этих людей.

Я села за шаткий деревянный стол и откинулась на спинку.

Здесь было как-то слишком тихо. Маленькое придорожное кафе, затерянное где-то на выезде из города, у трассы, ведущей в сторону Нью-Йорка.

Я ожидала, что эта ночь закончится как угодно — танцами, головной болью, очередным конфликтом с отцом, но точно не вот так. Не в какой-то забытой богом дыре, в полупустом кафе.

— Привет, красотка, — раздался хриплый голос.

Я подняла голову и увидела, как ко мне приближается полный мужик лет пятидесяти — один из тех, кто сидел за дальним столом.

Он был в клетчатой рубашке, с засаленными волосами и круглыми, как монеты, глазами, в которых читалась мерзкая заинтересованность. От него противно воняло потом, перегаром и чем-то ещё — чем-то густым и кислым. Словно его кожа впитала в себя все ароматы дешёвых мотелей и курительных комнат.

— Сколько стоишь?

— Что? — я поморщилась, даже не сразу осознав смысл сказанного.

— Ну, там… перепихнуться по-быстрому, отсосать… Сколько ты стоишь в час, ну или там за ночь?

Чёрт. Он серьёзно? Он… он что, думает, что я шлюха?

— Ты издеваешься?! — выдохнула я, с трудом сдерживая рвущийся наружу крик. — Я не шлюха.

— Да ладно, брось. Я заплачу двойной тариф. Ты такая красивая… таких здесь ещё не было.

Я резко оглянулась по сторонам. Несколько пар глаз смотрели в мою сторону, но никто не вмешивался. Только тогда я поняла, что выглядела слишком вызывающе для этого места, как… как шлюха. Обтягивающие джинсы, кружевной корсет, открывающий шею, туфли на каблуках, яркий макияж… Я сама по себе была как вывеска: «Съешь меня».

— Ты, кажется, что-то перепутал.

Я повернула голову и увидела Мэтта.

— Девушка со мной.

Тот прищурился, цокнул, бросил на меня недовольный взгляд и, бурча что-то себе под нос, побрёл обратно к своим. Мэтт проследил за ним взглядом и, поставив на стол бумажный пакет с двумя банками колы, сел напротив.

— Не знаю, что ты любишь, но я взял пару бургеров, картошку, наггетсы и колу.

— Спасибо, но я не голодна, — буркнула я, сложив руки на столе и посмотрев на него. — Что мы вообще здесь делаем?

— Ждём, когда полиция перестанет патрулировать дороги, и парни выйдут на связь. Лучше отсидеться здесь, чем провести ночь за решёткой в соседнем участке. Не находишь?

Он достал коробку с картошкой фри и спокойно начал есть.

— Да, великолепно. Меня всего-то приняли за шлюху здесь.

— Ну, выглядишь ты действительно не совсем подходяще для этого места.

— Потому что у меня не было планов на побег! Я собиралась повеселиться в клубе и поехать домой. Вот и всё. Максимум, кто мог увидеть меня в таком виде в такое время — таксист… Я не думала, что окажусь в чёртовом хорроре.

Мэтт посмотрел на меня, а затем, не сказав ни слова, снял свою чёрную толстовку и протянул мне.

— Надень.

— Нет.

— Тогда я не буду вмешиваться, если кто-то из его друзей подумает, что ты «на работе» и решит узнать цену, — ответил он. — К тому же ты дрожишь. Это видно по мурашкам на твоих плечах.

Я закатила глаза.

Определённо, это хреновая идея, но мне действительно было холодно, и я правда не хотела, чтобы кто-то из этих уродов снова решил подойти ко мне.

Сдавшись и переступив через свои принципы, я схватила его толстовку и натянула её через голову. Она была огромной, мягкой, и, о, этот аромат… Он накрыл меня с головой и погрузил в какой-то свой плен.

Я подняла голову и посмотрела на Мэтта. Он остался в чёрной футболке, плотно обтягивающей грудь и руки. Под коротким рукавом я заметила татуировку — от плеча и вниз, по предплечью, шли чёрные линии, сплетающиеся с ветками и листьями. Мэтт поймал мой взгляд, посмотрел на свою татуировку и снова прямо в мои глаза.

— Будешь есть?

Он достал бургер и протянул мне. Я молча взяла его, развернула и укусила.

Чёрт возьми… Вкус оказался невыносимо приятным. Я была голодна до безумия, особенно после количества выпитого.

— Что произошло в клубе? Почему приехала полиция?

— Это точно не твоё дело, — усмехнулся он и отложил телефон.

— Там были мои друзья! Там была я, — уверенно сказала я. — И, к слову, несколько дней назад я спасла твоего друга…

— А я спас тебя. В какой-то степени.

— Поэтому было бы славно, если бы ты рассказал, что произошло. У моих друзей явно возникнут вопросы, куда я пропала, что со мной случилось…

— А потом твой парень узнает, что ты уехала и провела ночь со мной. В переносном смысле, конечно.

Мы молча посмотрели друг на друга. Его голос был спокойным, но в нём что-то дрогнуло. Это… что, ревность?

— Ты увёз меня с вечеринки. Практически похитил. Я могу обратиться в полицию…

— Ты правда собираешься мне угрожать? Или шантажировать? — снова усмешка. Небрежная и чересчур уверенная.

— Нет. Я просто хочу, чтобы ты мне рассказал — так же просто, как я спасла твоего друга.

Мэтт замолчал.

Я видела, что он задумывался, в очередной раз оценивая меня по каким-то своим критериям.

— Это план мести Фестеру — ублюдку, который сначала напал на тебя, а потом ранил Криса.

— Как ваша месть связана с людьми, которые просто приехали повеселиться в клуб?

— Побочный эффект, — коротко ответил он.

Что, чёрт возьми? Побочный эффект? Вот так просто?

— Серьёзно? Тебе настолько плевать?

— А я должен волноваться о каждом встречном? Если ты вдруг забыла, Фест ранил моего друга, и он мог умереть. Мы просто не могли бы спустить ему это с рук, — добавил Мэтт, доставая из коробки картошку. — Единственные люди, кто для меня что-то значит, — это мои друзья. Их трое. Имена ты уже знаешь.

— Тогда зачем ты спас меня? Порыв героизма и альтруизма?

— Не льсти себе, принцесса. Просто ты была не в том месте, не в то время. Не люблю, когда невинные мешаются под ногами, — коротко ответил он. — Если тебе нужна прям веская причина, можешь считать, что я сделал это от имени Криса в знак благодарности.

— Крис уже отблагодарил меня.

— Что? — его лицо резко изменилось. — Когда?

— Он прислал мне цветы на следующий день. Вильям дал ему адрес.

— Одно другому не мешает, — сухо ответил Мэтт. — Но вообще, ты слишком много говоришь и задаёшь кучу ненужных вопросов.

— Что ж, у всех свои таланты, — хмыкнула я, скрестив руки на груди. — Мой — не молчать, когда кто-то решает поиграть в Бога.

Мэтт фыркнул. Он не рассмеялся — просто выпустил воздух через нос. Но это было ближе к смеху, чем всё, что я слышала от него раньше.

— А у твоего парня тоже такой талант? Как он вообще выбрал тебя с таким характером?

Я нахмурилась.

— Что?

— Парень, с которым ты танцевала и целовалась в клубе.

— Это мой друг. И у него есть имя — Нэш.

— Ну да, просто друг. Он смотрел так, будто готов утащить с танцпола в подсобку и трахнуть.

— Может, тебе просто показалось? Ты же не особо разбираешься в людях, да? Тебе ведь плевать на всех, кроме своей троицы.

— Я разбираюсь в людях, Эмбер, — тихо ответил он, но с таким нажимом, что по спине пробежал холодок. — Просто стараюсь не проявлять человеческую симпатию и не привязываться.

— Значит, ты герой-одиночка, спасающий девушек, но при этом страдающий от эмоциональной недоступности?

Он склонил голову, изучая меня. Его глаза — глубокие, карие, холодные, как замёрзшее море, — вдруг потеплели на долю секунды.

— А ты всегда такая дерзкая? Или только когда чувствуешь себя в безопасности?