Когда птенец расправит крылья - Старк Лоял

– Да– да… – не естественно улыбаясь, я кивнула. – Все вы горазды так петь. А мысли только об одном – как бы затащить в постель! Ты очень милый парень, я не спорю. И зная Егорку… Думаю, он не подсунул бы мне кого– то дебила, но согласись, сущность у вас одна: хотите секса, но не хотите обязательств!

Мысли путали язык, прыгали с места на место, но я не останавливалась.

– Вы думаете, нам не хочется просто секса?! Если парень просто переспал с девушкой, он молодец, а если девушка сделала то же самое, сразу шлюха. Насколько это нормально? – Я попыталась поймать его взгляд, но он смотрел под ноги. – Почему родившись девушкой, причем не сделав этот выбор, я уже ограничена в принятии решений? Почему должна выйти замуж сразу после университета, а не когда захочу? Нам все детство твердят: «Вот вырастешь, будешь делать, что хочешь!», а в итоге одни обязательства. Нахрена они мне, я их не просила? – Вцепилась ногтями в его плечо, а другой рукой размахивала сумочкой, словно хочу забросить на крышу многоэтажки.

– Ты не похожа на феминистку. – Он смотрел на мокрый тротуар, переставляя ноги как на прогулке в парке.

– Не то, чтобы из их числа… – Я сделала глубокий вдох. – Но все же хочется… Просто… Пожить для себя! – Подняла глаза к небу и контролируемо выдохнула.

– Что же мешает, ты ведь можешь продолжать жить так, как хочешь?

– А как быть с моралью, нас ведь учат жить совсем иначе? – Мои веки распахнулись настежь.

– Чья мораль? Что такое мораль?

– Наша, человеческая! Мы ведь не животные! – С каждым его вопросом мои брови становились все ближе друг к другу.

– Ты не ответила на второй вопрос. – Он достал сигарету и постучал по сомкнувшимся губам.

– Правила нравственности, ценности… Это должны знать все, воспитанные люди!

Мои ногти вновь прикоснулись к его плечу.

– А кто, создал эту мораль? – спросил он и прикурил сигарету.

Я не смогла сразу ответить – это очень раздражало. Зачем он в это уперся?

– Родители, учителя… – Я перебирала в голове известных авторов, но не смогла всех перечислить. – Люди – все те, кто жил до нас и прекрасно понимал, что может быть, если не придерживаться негласных правил! – Обхватила свое плечо свободной рукой.

С минуту он молчал. Заметила, что буквально вцепилась в его руку пока вели диалог. Было ощущение, что только этим получу ответ.

Мельком взглянула в его глаза.

– Почему мы должны слепо следовать этому принципу? Почему меня никто не спросил о моих ценностях? Я не имею право на жизнь, если не согласен с правилами другого человека? – Его голос становился тверже с каждым вопросом.

Он сдерживался, но в его сдержанности было напряжение.

– Ну… Мы ведь девочки, нас воспитывали… – Я опешила от потока тяжелых вопросов.

– Я не закончил! – перебил он, взглянув на меня. – Ты говоришь о морали, ценностях, долге, но ни разу не сказала, что счастлива или что это делает тебя таковой. Ты счастлива? – От его взгляда веяло суровым холодом.

– Не знаю… – Я не могла понять, как мы на это переключились. – Будь у меня семья…

– У тебя нет семьи? Нет мамы и папы? – он перебил меня.

– Конечно, есть! Но я не о том! Я хочу свою семью!

– А родители – это не твоя семья? – он усмехнулся.

Меня начало немного бесить. Над его словами я не смеюсь, а он… Еще один выскочка.

– Это другое, мне хочется…

– Своего мужчину, ребенка и домик в придачу? – спросил он.

В его голосе звенел язвительный сарказм.

– Зачем, ты задаешь вопрос, если не готов слушать ответ? – я осадила его.

– Извини…

Дым медленно струился из его носа, а взгляд царапал асфальт.

– – Да, ты прав… это звучит как шаблон.

Он рассмеялся.

– Извини,– произнес он, силясь успокоиться.

Не знаю почему, но это заставило меня улыбнуться.

– Наверное, не совсем корректно выразилась. – Напряженная дискуссия возвращала ясность ума. – Да, у меня есть семья, которая очень любит, но хочется…

– Другую, чтоб удобнее было имитировать счастье, которое не испытываешь,– продолжая смеяться, перебил меня.

– Хватит, меня перебивать! – Я стукнула его в плечо. – Мне хочется, стать матерью и женой. Также как мои родители. Я не отменяю их присутствие в своей жизни. – Я сомкнула брови. – Они всегда будут любимы, но хочется дополнить свое счастье. Мне ведь уже пора.

– Куда пора? – Он опять разразился смехом.

– Замуж! – Я всеми силами игнорировала его смех.

– Я скажу несколько слов, которые могут не понравится тебе,– выдержав паузу, он продолжил. – Тем не менее из всего выше сказанного, единственное, что отвечает твоим потребностям – это быть чуточку счастливее. Потом ты упомянула ребенка, мужчину и, что куда– то пора,– резюмировал он. – Давай, пойдем от обратного. Пора может быть на работу, учебу, встречу, прогулку и так далее. Чаще всего, куда не особо хочешь идти. Мужчина не играет особую роль в твоей жизни.

Его рука была сжата в локте, а кисть хаотично вертелась в разные стороны.

– Как минимум потому, что он уже был бы у тебя. Ребенок – это цветок жизни любого адекватного родителя, но готова ли ты, вот в чем вопрос?! А…

– Готова! – с полной грудью, перебила я.

– Так многие думаю… – после очередной затяжки, он продолжил. – Но зачастую, это ложное суждение. Я не пытаюсь отговорить тебя. Не думай так, ни в коем случае. Лишь веду к тому, что вы, девушки, не совсем знакомы с тем, что хотите на самом деле. Общество диктует вам, какими быть. Как завещали наши бабушки, так сказать. – Бросил на меня небрежный взгляд. – Откинь сейчас все свои предрассудки и скажи честно – ты довольна тем, как живешь именно сейчас: образование, работа, круг общения, как проводишь отпуск и прочее?

Вонзился в меня глазами.

– Ну… Наверное, да,– пролепетала я.

– Тебя делает это счастливой?

– Да.

– Тогда куда тебе пора?! Почему ты не готова этим наслаждаться?! Зачем ты тянешь на себе не свои обязательства?! – он продолжил философствовать. – Почему ты не хочешь думать о себе?!

Я ошалела. Словно мое же подсознание, тысячу раз бившееся в закрытую дверь, наконец получило свою медаль. Всего этого не была готова услышать.

– Кто тебе мешает жить?! – Он поставил точку в своем монологе.

Оставшийся путь мы прошли в тишине. Было задано слишком много вопросов, чтобы сию минуту произнести или хотя бы сформулировать ответы. Честно говоря, даже не хотелось этого делать в данный момент.

Мы подходили к дому, когда я отпустила его руку – пора прощаться.

– Почти пришли… – кротко сказала я.

– Посидим на скамейке у подъезда. Подышишь свежим воздухом,– произнес он. – Или очень хочется, спать? – Вновь закурил.

– Давай посидим. Мороз пойдет мне на пользу. – Я шагнула к скамейке.

Весенний мороз отрезвил окончательно. Мы молчали. Казалось, что думали об одном – насколько противоречивыми можем быть.

– Странно слышать подобные вопросы… – Я разорвала тишину. – Зная твой взгляд на взаимоотношения родителей и детей. – Воздух между нами зашевелился. – Разве это не противоречие самому себе?

– Не думаю, что это можно отнести к противоречию,– он улыбнулся. – Иметь чувства к одним людям и полное отсутствие к другим – не значит быть филантропом или мизантропом. Здесь также. – Облокотился о спинку скамьи. – Я не считаю, что единственное, чем должен жить и мечтать человек – семья. Для кого– то действительно так, но это не значит, что все должны следовать этому.

– И, как определить к какой группе относишься? – задумчиво спросила я.

– Понимание! – выдержав паузу, он продолжил. – Только понимая себя, свои желания и то, что действительно делает тебя счастливым, сможешь определить. Это вовсе не означает, что обладание семьей, как ты смела выразиться, не сделает тебя счастливой. – Он приподнял подбородок и улыбнулся. – Так же как не означает, что только семья сделает тебя счастливой. Множество вещей в этой жизни, могут принести счастье в твою жизнь. Только ради него… И стоить жить. – Растянул последнюю фразу уставившись в небо.