Призрак. Тайный телохранитель - Вольная Риша

Наверное, поэтому я предложил жениху Наташи, брату девчонки, пока не впутываться в это дело. И здесь я больше переживаю за саму Наташу, чтобы потом мне не пришлось спасать ещё и её.

Всю ночь я помогал ещё одному нашему общему с Наташей другу, Палачу. Наша крыша, чокнутый мажор Пепел, нашёл меня и передал, что Палачу требуется помощь в спасении ребёнка, которого похитили какие-то отморозки. Здесь я не мог отказать по всем пунктам моего внутреннего кодекса чести.

А вот играть парня какой-то французской девицы, я не собирался. Не люблю тупых и взбалмошных созданий, которые уверены, что наша планета вращается исключительно вокруг их собственной оси.

И эти темные кудри длинных волос я увидел и узнал сразу, как только девчонка появилась в поле моего зрения. На фотографиях с сети она выглядела совсем подростком, но это обманчивое впечатление. По факту среднего роста барышня, стройная с длинными ногами и сейчас с устало-раздражённым лицом. Ну если вспомнить, что у неё было две пересадки в ночь, то такое состояние скорее норма.

Мой глаз непроизвольно в дань привычке цепляет её одежду: элегантный бежевый двубортный тренч на плечах, белая шелковая футболка, строгие темно-синие брюки с идеальной стрелкой и лоферы с золотой пряжкой. В руке дорожная сумка из кожи без логотипов, из украшений тонкая золотая цепочка и часы Rolex, солнцезащитные очки на макушке. И только наушники на шее выбиваются из общей атмосферы врождённого шика.

А потом она видит меня и подозрительно замирает на месте. И я остро чувствую, что вот он тот момент моей жизни, когда всё идёт по давно известному и очень неудобному месту.

Репнина начинает движение ко мне, и я убеждаюсь, что в жизни Эль оказывается другой - словно взрослее и мудрее лет на десять от реального возраста.

Она умеет держать взгляд, а ещё она делает то, что хочет. Девушка не просто сокращает дистанцию между нами — она её аннигилирует.

Только что между нами было положенное по протоколу расстояние в полтора шага, разделённое моим профессионализмом и её упрямством, а в следующую секунду её руки уже лежат у меня на плечах, и это не робкое касание, а захват. Она сначала вцепляется в мои плечи, а потом в мою шею, как будто я — единственный поручень на палубе тонущего корабля, и, честно говоря, я себя сейчас именно так и чувствую.

В зале аэропорта, среди этого вечного гула объявлений, лязга чемоданов и запаха дорогого кофе, вдруг образуется зона абсолютной тишины, центром которой являемся мы.

- Эльза? – уточняю имя клиента согласно правилам безопасности.

- Я. Привет, любимый, – мягкий тихий голос и заодно прямой посыл прямо в мои яйца.

Я, взрослый мужик, который прошёл не один десяток заказов, который умеет читать угрозу в походке человека за сто метров, стою и тупо смотрю, как девушка, чью безопасность мне поручено охранять как зеницу ока, поднимается на носки.

Её глаза совершенно шальные — в них нет ни капли той безразличной тупизны, которую она демонстрирует на людях. Там только вызов, чистый адреналин и что-то ещё, отчего у меня внутри всё переворачивается, вопреки всем инструкциям, инстинктам и здравому смыслу, который в данный момент, кажется, уходит курить в сторонке.

- Я так соскучилась, – практически мурлычет Эльза, а потом она меня целует.

Это не тот поцелуй, к которому я привык. Не осторожное касание, не вопрос. Это утверждение. Её губы мягкие, но настойчивые, и от неожиданности я на секунду застываю, как статуя в парке.

В голове быстро проносится: "Твою мать, Архип, ты телохранитель, а не участник романтического реалити-шоу, о чём и заявлял несколько минут назад".

Но мысль эта хотя и правильная, но такая вялая, далёкая, как объявление о посадке на какой-то рейс. Гораздо ближе и реальнее — запах её духов, что-то цитрусовое с горчинкой, и тепло её ладоней, которые уже перекочевали с шеи в волосы на моём затылке.

Я должен её отстранить. Об этом твердит мой разум, профессиональный долг, но у меня в этот момент отказывает не только логика, но и, кажется, моторика.

Одна рука сама собой ложится на тонкую талию — чисто инстинктивно, чтобы удержать равновесие, потому что весь мир, кажется, накреняется вместе со мной. И когда начинается это вращение, то я вжимаю её в себя ещё сильнее.

И да, я отвечаю на поцелуй, и это похоже на то, как если бы я признал поражение в войне, которую сам же и объявил с первой секунды знакомства.

Наш поцелуй длится всего несколько секунд, но их хватает, чтобы моя жизнь, аккуратно разложенная по полочкам «работа», «долг» и «не влезай, убьёт», превращается в один большой хаос.

Когда Эльза отстраняется, я вижу в её глазах улыбку — не торжествующую, а скорее облегчённую, словно она сбросила с плеч тяжёлый рюкзак. А я стою, чувствуя, как горят уши, и лихорадочно пытаюсь вспомнить, как дышать, потому что, кажется, за время этого поцелуя я забыл этот простейший навык.

Вокруг гудит аэропорт, люди спешат по своим делам, никто не обращает на нас внимания, и только я знаю, что только что, в этой самой точке пространства и времени, моя карьера телохранителя, да и вся моя размеренная жизнь, получает очень серьёзную пробоину ниже ватерлинии.

И этот факт немного придаёт твёрдости в моём неожиданном диагнозе - размягчение мозга. Я разрываю наш поцелуй.

Эль вкусно облизывает губы и смотрит на меня без капли смущения. Ах да.., мы же типа встречаемся.

- Нам пора, – тихо, но твёрдо, обозначаю следующие наши действия.

- Отлично. Мой багаж и регистрация? – легко соглашается она, отступая от меня всего на полшага, но не отпуская от себя.

Её ладони скользят вниз по плечам на лацканы пиджака. Как если она хочет ухватиться за них, но в конце передумывает.

- Я всё устроил. Можно уходить. Моя машина на парковке, – сухо и лаконично отвечаю, тем самым намекая, что игры играми, а моя работа никуда не исчезла.

- Веди, – хмыкает Эльза, явно улавливая мои приказные нотки и недовольство.

Она сама обхватывает мой локоть обеими руками, буквально повиснув на нём.

И нет мне, сука, не тяжело, но то, что её бедро при каждом движении трётся о моё вызывает щекотку под рёбрами и зуд в паху.

Я максимально перераспределяю своё внимание, начиная сканировать ВСЕХ присутствующих в зале прилёта. Мой помощник, что я нашёл через старых знакомых, ещё до посадки самолёта решил вопросы с работой аэропорта, включая доставку багажа нашей заграничной гостьи в мою машину.

Неправильный кадр я ловлю практически на выходе. Когда мы подходим к стеклянной вертушке, то нас фиксируют трое парней, что зашли в зал секундой ранее.

Напряженные, взгляды острые, движения угловатые. Такие не встречают родных и друзей, если только те не везут в каждом кармане по кило тротила.

Это мои клиенты.

Крайний из них замечает нас, незаметно толкает соседа локтем в рёбра. Орлята оживают, но едва натыкаются на мой предупреждающий взгляд, как спотыкаются и застывают на своём месте. Правильно, птенчики, так слежку не ведут.

Крайний, что у них за главного, шепчет что-то своего соседу, а тот третьему. Мы же с Эльзой уже проходим вертушку.

Я намеренно уменьшаю шаг, чтобы парни успели за нами. Заодно моя спутница не споткнётся, торопясь за мной.

Парни застревают в толпе, что ещё раз говорит о нулевом уровне их подготовки. А мне надо сразу показать им мою машину, чтобы спалили номера и поскорее вышли на прямой контакт. Тогда я могу их обезвредить и спокойно отправиться в свой отпуск на встречу с акулами. План прост.

Подвожу Эльзу к тачке, которая приветственно пикает и мигает фарами, снимаясь с блокировки.

Краем глаза ловлю движение парней на расстоянии пятидесяти метров. Далековато.

Чуть вращаю девчонку спиной к машине и прижимаю собой к пассажиркой дверце. Она резко выдыхает, опаляя горячим дыханием мою шею, но в то же время я не чувствую никакого сопротивления с её стороны. Она мягко, практически игриво обнимает меня за плечи, вжимаясь ещё больше.