— Всё будет хорошо. Встретишь ещё своего мужчину, — девушка снова меня порывисто обнимает, — ладно, отдыхай, гуляй по отелю. Я потом пришлю кого-нибудь за тобой к ужину.
Подруга выходит из номерааа, а я ещё какое-то время смотрю на дверь. Странная она сегодня. Но додумать эту мысль не успеваю: в голове всплывают её последние слова.
Вот же…
Ужин!
Открываю чемодан и рассматриваю вещи, которые захватила с собой. У меня есть несколько платьев, но все они тёплые. Рядом с другими гостьями в шёлковых сарафанах я в своём кашемировом платье-свитере буду смотреться нелепо!
Ну, Мрак Константинович, как же ты мне дорог!
Подключаюсь к вай-фай и захожу в интернет-банк. Деньги на счету есть. На пару платьев, купальник и шорты, наверное, хватит — если найти местный рынок. Представлять, какие цены в бутиках при отеле, я даже не хочу. А вот по возвращении в Москву придётся ужаться в расходах. Ладно, запасов гречки и тушёнки до зарплаты хватит.
Скидываю с себя тёплые вещи и топаю в душ. Смываю перелёт и пот, а заодно пытаюсь успокоиться. Ничего страшного не произошло. Подумаешь, приехала на остров вечного лета с лыжами, с кем не бывает?
Обмануться не получается.
Злость никуда не делась.
Хочется крушить вокруг себя всё.
Ну какого чёрта моим начальником оказался этот придурок?!
Поднимаю голову к потолку.
— Если там есть кто-то, избавьте меня от него, а?
Выдыхаю. Упираюсь лбом в кафель, признавая горькую правду жизни: рассчитывать можно только на себя.
— Может, всё-таки уволиться? — тихо спрашиваю саму себя.
Но тут же мотаю головой.
Нет уж. Мрак Константинович только и ждёт, что я сдамся. А я не собираюсь облегчать ему жизнь. Да и не хочется расстраивать Романа Афанасьевича. А ещё наши с ним договорённости.
И вроде бы я свободная, а оказалась в ловушке.
Выбираюсь из душа. Волосы подсушиваю полотенцем, кутаюсь в мягкий махровый халат и выхожу из ванной.
Лонгслив и джинсы оставляю, а остальные вещи прячу обратно в чемодан. Возможно, удастся не сильно выделяться на фоне отдыхающих. Развязываю пояс халата, но скинуть его не успеваю — настойчивый стук в дверь останавливает.
Запахиваю обратно и иду открывать.
Даже не спрашиваю, кто пришёл — уверена, что это горничная, решившая по требованию Нины заменить розы на мои любимые ирисы.
Уже тянусь к ручке, когда дверь сама распахивается снаружи. На пороге вместо горничной, мой ночной кошмар. Собственной персоной пытается войти. Преграждаю ему путь. Будто эту гору мышц возможно остановить.
— Марк Константинович…
— О глядите-ка, имя моё с первой попытки правильно произнесла.
Его колкий комментарий пропускаю мимо ушей. Делаю очередную попытку не пустить незваного гостя в свой номер.
— Марк Константинович, вы номером ошиблись.
Пытаюсь захлопнуть перед боссом дверь в номер, но он успевает подставить носок ботинка, а потом и вовсе с грохотом распахивает дверь обратно.
— Не угадала, Светик-семицветик, у нас один номер на двоих.
Громко сглатываю от ужаса. Что значит один номер?
Теряю драгоценные мгновения. И вот Марк Константинович уже в номере. Следит за тем, как я пячусь назад. А потом делает шаг вперёд, захлопывая дверь за собой. Сердце ухает вниз.
Надеюсь в моём некрологе будет сказано, что я была смелой и до последнего пыталась противостоять этому самодуру.
— Марк Константинович… — произношу совсем тихо, даже не надеясь на какой-то эффект.
Босс тем временем неумолимо надвигается, ловко загоняя меня в ловушку. Нависает надо мной. Его взгляд нагло ныряет в вырез гостиничного халата.
— И в ближайшие семь дней ты ответишь за каждую минуту своего строптивого характера.
Глава 6
Марк
Меня несёт не туда.
Совсем, мать его, не туда.
Я и сам слышу, как мерзко прозвучала последняя фраза.
Не так я собирался начать этот разговор.
Я шёл в этот номер злой как чёрт. Хотел прижать Светлану к стенке вопросами, посмотреть в её невинные голубые глаза и понять, с какого момента дед окончательно записал её в наследницы, а меня — в дураки.
Когда разговор свернул в не ту сторону? Да хрен его знает!
Смотрю, как Светик-семицветик дрожит от страха, вцепившись в пояс халата. Мокрые волосы, сбившееся дыхание, спина, впечатанная в стену — и при этом в глазах грёбаный вызов. Не кокетство. Не самодовольство человека, внезапно получившего власть. А значит, не знает она ни про завещание, ни про дедову игру. Светлана знает, что сейчас в проигрышном положении, но всё равно собирается бороться до последнего.
Ни это ли качество я всегда уважал в бизнес-партнёрах? Так почему оно меня так бесит в Светлане?
Отступаю, приняв окончательное решение.
Дед хочет получить из нас пару? Окей, изобразим, пока я не придумаю, как выбраться из этой ловушки.
Объявим о помолвке, сыграем свадьбу, дождёмся, пока дед успокоится и перестанет размахивать завещанием. А заодно и контрольным пакетом акций, который по праву должен принадлежать мне.
За это время я придумаю, как стать полноправным владельцем компании. Там и со Светиком разведёмся.
Все счастливы.
Особенно я.
Остаётся сущая мелочь — убедить Светика-семицветика добровольно подписаться на эту авантюру.
Учитывая её характер, проще, наверное, уговорить крокодила стать вегетарианцем.
— Одевайся. У тебя три минуты.
Иду к выходу из номераа. Лучше подождать её снаружи — так безопаснее. Для нас обоих.
— Куда?
— По магазинам. Моя невеста должна выглядеть сносно, а не в этом.
Бросаю взгляд на дешевые шмотки из масс-маркета. В принципе, мне всё равно в чём она ходит. А вот родственнички, затем и журналюги придерутся. Всю кровь высосут. Ей.
Нет, всё-таки этот цветочек точно Я-те-вео. Никакого инстинкта самосохранения. Потому что сама любого сожрёт.
Любая другая на её месте после моего срыва затихла. Может даже забилась в угол и пустила слезу, а эта догоняет. За руку меня хватает.
— Какая ещё невеста?!
— Обыкновенная в белом платье и с фатой.
Кривит носик, и я замечаю едва заметные веснушки, на которые до этого не обращал внимания.
— Ну ладно, не хочешь фаты. Не будет.
— Марк Константинович…
— Нет, Светик. С этой минуты без “Константинович”.
Зло прищуривается, выплёвывает со всем имеющимся ядом.
— Мрак Константинович, вы случайно на солнышке не перегрелись?! Какое ещё платье и фата?! Не собираюсь я за вас замуж. У меня, может, планы на жизнь имеются.
— Значит, отменишь. Этот вопрос решён.
Провожу рукой по лицу, в бессмысленной попытке прогнать усталость. Нет, так мы не договоримся. Скорей поубиваем друг друга, а значит, нужно пробовать по-другому.
— Дед решил, что мы отличная пара. И, похоже, отступать не собирается, так или иначе встретимся в ЗАГСе. Значит, Светик-семицветик, будем действовать на опережение: женимся. Дальше уже вместе будем решать, как выпутываться из этого интересного положения.
Светлана застывает. Руки безвольными плетьми падают. Весь боевой настрой куда-то испарился.
— Марк Константинович…
— Марк, — поправляю.
— Марк, — кривиться словно лимон целиком сожрала, но зовёт только по имени, а меня мать его от этого подкидывает. Всё-таки успела своим ядом отравить, иначе как ещё объяснить свою реакцию на собственное имя. — Неужели вы… ты не можешь отказаться?
Руки сжимает в кулаки, и снова вызов.
— Не могу, Светик, — признаю своё поражение, — иногда дед не оставляет выбора. Тебе ли не знать?
Она задумывается.
О, и этот взгляд. Полного огня, только в этот раз она пытается спалить не меня, а ту дерьмовую ситуацию в которой мы оказались. Значит, я прав в своих предположениях, у деда есть свои рычаги давления на цветочек.
Конец ознакомительного фрагмента.
