Принцесса для Монстра - Стоун Ника

— Чтобы избежать неприятных сюрпризов, нужно четко обозначать правила игры. Хоть с бизнес-партнерами, хоть с бабами.

— Понял. Что делать с её братом? — уточнил Егор, разумно решив не развивать начатую ранее тему.

— Он прикрылся юбкой сестры, поэтому пусть пока живёт. Но счётчик всё ещё тикает, а значит, пасти́ этого мудака надо круглосуточно, чтобы он не вздумал свалить из города.

— Да, уж… Настеньке придется очень постараться и изрядно попотеть, чтобы отработать такой долг. Хотя, бесспорно, девочка — хороша, — причмокнув, заржал мужчина, но, спустя пару секунд, его лицо стало суровым, а взгляд начал цепко сканировать пространство, пока наш автомобиль медленно выезжал с парковки на проезжую часть.

— Рыночные цены даже на эксклюзивный товар порóй бывают завышены. И не всегда красивый с виду камень оказывается бриллиантом, — произнёс, тоже внимательно вглядываясь в происходящее на оживлённой улице.

Возможно, это излишние меры предосторожности, но лучше уж быть живым параноиком, чем мертвым самоуверенным глупцом.

Опасности не было. Защитные инстинкты молчали, поэтому я убрал ладонь с кобуры и позволил мышцам немного расслабиться. Дорога до дома занимала чуть больше часа, и этого времени было вполне достаточно для того, чтобы отдохнуть и настроиться на приятное продолжение вечера. И я очень надеялся на то, что приобрёл в свою коллекцию подлинную драгоценность, а не дешевую подделку.

Глава 8

Настя

Пробуждение было резким, будто какая-то неведомая сила безжалостно вытолкнула меня из мира сновидений в реальность, где я сразу ощутила на себе тяжёлый, обжигающий взгляд. И мне не нужно было видеть, кто пришел по мою душу, потому что я и так это прекрасно знала. Чувствовала его каждой клеточкой своего организма. Узнавала дерзкие нотки эксклюзивного парфюма, который идеально сочетался с властной натурой Северова, и поэтому вызывал антипатию.

С появлением Марата в комнате сразу словно стало меньше места, а воздух наэлектризовался и теперь с трудом проникал в лёгкие. К сожалению, покорное принятие неизбежного не помешало страху в очередной раз расползтись по телу холодным липким пóтом, превратив мышцы в камень.

Сердце в паническом приступе грохотало в груди так, что его удары набатом долбили по ушам. Причем было не ясно, чего я боялась больше — того, что Марат сделает всё по-зверски быстро или растянет момент своего триумфа. В любом из вариантов мужчину вряд ли будут заботить мои ощущения и отношение к происходящему, поэтому лить слезы и кричать — бессмысленно. Как и притворяться в данный момент спящей.

Тело отказывалось исполнять приказы мозга, но я кое-как поднялась с кровати, где-то в глубине души всё же испытывая облегчение от того, что в комнате со мной находился Север, а не десяток его гадких прихвостней. Группового изнасилования моя психика точно бы не перенесла. Хотя откуда мне было знать, что произойдет со мной уже завтра?

— Выспалась? — вопрос прозвучал без издёвки или недовольства, но соблазнительная хрипотца в голосе добавила нервного напряжения к моему и так взвинченному состоянию.

Отвечать на вопросы совсем не хотелось, но моё молчание с лёгкостью могли счесть за дерзость, а дерзить таким личностям, как Север, всегда чревато плачевными последствиями. Поэтому я собрала волю в кулак, распрямила спину, и, глядя Марату в глаза, выдавила из себя ответ:

— Да, спасибо. Очень уютная спальня.

На волевом лице появилась уже знакомая ухмылка, которая точно не сулила мне ничего хорошего. Хозяин уже успел переодеться в домашние джоггеры и футболку, а на тёмных коротких волосах ещё поблескивала влага.

Красивый.

Статный.

В высшем обществе таких мужчин принято называть «породистыми» и раболепно поклоняться им. Я же, несмотря на отсутствие какого-либо опыта в любовных отношениях, считала, что высокомерных самцов с внешностью Аполлона лучше обходить стороной. Жаль только, что иногда приходится вынужденно выбирать неправильный и очень опасный путь.

— Иди за мной, — неожиданно скомандовал Марат и, не дожидаясь моей реакции, вышел из комнаты.

Я ринулась следом, боясь упустить из виду широкую мужскую спину, а хозяин тем временем уверенным шагом двигался в сторону лестницы, ведущей на первый этаж. Затем мы преодолели гостиную, прошли по довольно мрачному коридору и оказались в просторной кухне, заставленной новомодной бытовой техникой.

На круглом обеденном столе стоял бумажный пакет, на котором ярким пятном красовался логотип одного из лучших ресторанов нашего города, а рядом лежал комплект столовых приборов на одну персону.

— Садись и ешь, — прозвучал очередной сухой приказ, и я послушно опустилась на стул, обескураженная подобной заботой.

Не ожидала от Севера такого участия, но, скорее всего, это лишь разовая акция, пока прислуга не получила точных распоряжений на счет новой игрушки своего босса. Хотя, сейчас и по приезду я не заметила в доме кого-то из обслуживающего персонала.

Может, оно и к лучшему?..

Несмотря на сложившуюся в моей жизни ситуацию, умирать от голода совсем не хотелось, поэтому я не стала строить из себя упертую гордячку и, выставив перед собой контейнеры с едой, приступила к трапезе.

Итальянская кухня мне нравилась. Часто ходить по ресторанам нам с родителями было не по карману, но иногда по особо важным для нашей семьи датам мы позволяли себе подобную роскошь. Последний такой поход был в честь моего совершеннолетия. В тот день я впервые повздорила с папой. Родитель был категорично настроен против похода в ночной клуб, в который моя тогда ещё лучшая подруга каким-то чудом смогла раздобыть пригласительные.

Доводы отца были очень уверенными и вполне обоснованными, к тому же я и сама понимала, что это может быть очень опасно, но совсем не присущее мне бунтарство требовало стоять на своём. К слову, в клуб тогда я всё же пошла, после чего чётко уяснила — подобные развлечения не для меня. Я мечтала в будущем стать хорошим специалистом в научной сфере, поэтому полностью погрузилась в учёбу, не догадываясь, в какой кошмар превратится моя жизнь уже через пять лет…

От подобных мыслей аппетит сразу пропал, и еда стала пресной на вкус, но я всё же запихнула в себя остатки мясного ризотто, а вот от салата и десерта пришлось отказаться. Да и такое количество пищи попросту в меня бы не влезло, тем более под строгим контролем Марата.

— Спасибо, всё было очень вкусно, — проявила вежливость, понятия не имея, как должна вести себя в данной ситуации.

— Надеюсь, теперь ты не свалишься в обморок? — оскалился в улыбке, но в стальном взгляде мужчины при этом не возникло ни намека на веселье.

— Я просто перенервничала. Такого больше не повторится, — проблеяла в ответ, зажав подрагивающие от волнения пальцы в кулаки.

Ничего не могла с собой поделать. Как ни старалась, не получалось абстрагироваться от происходящего, чтобы хоть на немного снизить напряжение, вызванное страхом неизвестности.

— Прибери за собой. Не переношу срач, — неожиданно, будто суровый надзиратель на преступницу, рявкнул Марат, при этом не переставая пристально следить за каждым моим движением.

Изучал. Подавлял. Играл на натянутых, словно струны, нервах. Потому что просто взять и воспользоваться доступным телом — скучно. Надо обязательно пробраться внутрь до самых потаенных уголочков души, чтобы и там навсегда оставить свой грязный отпечаток…

Только душу продавать дьяволу я не собиралась. А вот выполнять команды и кивать при этом как послушный болванчик мне придётся. И я очень надеялась на то, что не наскучу Северу раньше, чем он сочтет долг моего брата погашенным или хотя бы уменьшенным до оптимальных размеров.

Так как прибирать на безупречно чистой кухне особо было нечего, я очень быстро справилась с поставленной задачей. Сполоснула столовые приборы перед тем, как убрать их в ящик, а пустой контейнер из-под ризотто отправила в мусорное ведро.