По следам - Арвен Валерия

Папа знал. Он не хотел сделать из меня студентку. Он хотел сделать из меня оружие, которое не запрешь в рамки «баба же». Которое не сломается от первой проверки или первого мужика, решившего, что может мной командовать.

И чёрт с ним, что это усложнит жизнь. Сложная жизнь — это единственное, что мне когда-либо давали.

— Пойду. Отец хотел этого.

Мы коротко обсудили некоторые вопросы, связанные с учёбой, и наконец-то зашли в просторную столовую. За столом уже сидели шесть приближенных.

— Всем доброе утро, — мне помогли отодвинуть стул, и я села во главе большого стола. Михаил сидел по правую руку, а Анатолий — по левую. Рядом с Михаилом расположился его помощник Павел, но все его называли Павликом из-за его неприятного характера. Рядом с ним сидел Александр, наш главный хакер. По левую руку от Анатолия расположились Николай, который занимался обучением наших людей, и Андрей, начальник охраны.

Нам принесли завтрак, и все тихо начали о чем-то переговариваться, параллельно завтракая. Я же наблюдала за каждым. Многих я знала практически с детства, но не была уверена, смогли бы они принять меня как преемницу их босса. Не многие позволили бы женщине управлять ими. Папа стал для них семьей, и он заслужил их расположение. Мы все — большая неблагополучная семья.

— Вихрь… Виктор… был хорошим человеком. Мы всегда его будем помнить и любить… Но сегодня мы собрались, чтобы узнать содержание его завещания, — Михаил вышел в коридор, и, когда вернулся, рядом с ним шел наш нотариус. Маленький пузатый мужичок не сильно представительного вида. Он открыл папку и начал читать:

— Итак. Все имущество, которым владеет Громов Виктор, передается Анне Макаровой. Все нынешние дела также передаются ей.

Я перевела взгляд на Анатолия, который заведовал всеми нашими средствами. Второй друг отца и моя левая рука. Он мне кивнул, подтверждая слова нотариуса. По документам я не Громова, а Макарова. Это было сделано специально, чтобы огородить меня от дел отца в случае чего. Анатолий нашел старого знакомого русского бизнесмена, который переехал в Америку на пару лет раньше, чем мы. У него скончалась дочь и жена в автокатастрофе, и он почему-то согласился на такую махинацию. Возможно, ему пару раз угрожали. Но теперь я уже как пять лет Макарова.

— Надеюсь, там не сказано, что у меня есть какие-нибудь приемные братья или сестры, — не люблю вмешательства посторонних в свои дела. Михаил только рассмеялся.

— Нет. Никаких неожиданных родственников.

— Почему мы должны слушаться какую-то малолетку? — себе под нос сказал Александр. Он был прирожденным хакером — талант от бога, хотя по возрасту он всего на пару лет старше меня. Не было той организации, которую он не пробовал и у него не получилось взломать.

Он пришел в нашу группу недавно после того, как его пытались посадить за махинацию со счетами. Но отец смог его вытащить из этой передряги. Подробностей мне не рассказывали, но после всего случившегося Александр был верен нам и поклонялся отцу как богу. Но конечно же не мне. Из-за недолгого нашего сотрудничества он не знал меня так хорошо, как некоторые, и имел смелость делать поспешные выводы.

— Я тоже этого не понимаю, — Павлик рядом выдыхает с таким видом, будто ему в штаны насыпали стекла. — Она же совершенно не знает, как устроен этот мир. Она женщина. Им здесь не место. Ей стоит найти подходящую партию и сидеть за спиной своего мужчины.

Павлик — основная шестеренка Михаила. Отборный придурок, который верит, что член делает его умнее. Он мне никогда не нравился. Сегодня — тем более.

Михаил уже хотел вступиться за мою честь, но его опередил сидящий посередине Андрей, один из главных оперативников:

— Заткнись, Павел. Эта «малолетка» — наследница Вихря. Он ее воспитал так же, как воспитали его. Вы все знаете, какая она. Сомневаться в ней — сомневаться в нем. А ты, Саша, будешь ныть дальше — я скручу твой язык в крендель. Понял?

Александр молчал, но зубы сжимал так, что желваки ходили ходуном.

Теперь моя очередь.

— Вы должны понимать, какие последствия могут ожидать каждого из вас. И поверьте, вы не хотите, чтобы все всплыло наружу, — тишина наполнила зал, когда я начала говорить.

У меня был козырь в рукаве, и они об этом знали. Отец хорошо позаботился о моем наследстве. В моем распоряжении — досье на каждого в этой комнате. И на тех, кого нет. Я имею доступ ко всем их счетам, всем грехам, всем спящим женам и любовницам и всем детям от других женщин. Если со мной что-то случится, они все останутся с голой жопой без денег и крыш.

— В ваших же интересах, — я обвела взглядом стол, — сделать все возможное, чтобы самые потаенные страхи не стали реальностью. А информация — достоянием общественности. Или достоянием правильных органов. Кому что ближе.

На их лицах нельзя было прочитать точные эмоции, кроме Александра. Он явно показывал свою неприязнь, метая взглядом в меня молнии. Это даже вызывало улыбку.

В комнате воцарилась тишина, и только пение птиц за окном говорило мне, что это не сон. Половина мужчин за столом нервно прикусывали щеки, чтобы оставаться хладнокровными и не сорваться, поправляли рукава своих пиджаков. Другая же половина спокойно пила кофе и завтракала. Они понимали суть ситуации и молчали, даже если им это не нравилось. Но их расположение я еще успею завоевать.

— Есть какие-нибудь новости по поставкам? — я беру со стола чашку, делаю глоток.

— На данный момент нет. Все идет тихо и мирно. Через два дня они должны дойти до покупателя, — сказал Михаил.

— Отлично. Держите меня в курсе.

Павлик неприятно ухмыльнулся. Была бы его воля, он бы давно сослал меня в Сибирь.

***

Наш клуб стал первой остановкой перед началом учебы. Я впервые буду находиться там после смерти отца. Я все еще раздумывала о его завещании. С сегодняшнего дня я владею всем бизнесом семьи Громовых, а также являюсь владелицей нескольких участков и немалого состояния. Но момент с учебой меня немного беспокоил. Я всегда прерывала на корню папины слова о том, что образование — важная вещь и мне оно необходимо. Потому что мы оба понимали, что это не так. Все необходимое образование я получила благодаря домашнему обучению. И мыслей, чтобы пойти в институт, университет или еще куда-то у меня не возникало. Папа всегда готовил меня к своей работе, рассказывал, как правильно вести себя с людьми и потенциальными партнерами. Анатолий подтягивал меня по математике и объяснял основы бизнеса именно с точки зрения экономики.

Злость начала бурлить во мне, наполняя мое тело. Как он мог так поступить со мной? Он обещал быть всегда рядом, а что в итоге? Я должна справляться сама. В одиночку. Мне всего лишь двадцать один, они никогда не пойдут за мной, чьей бы я дочкой ни была! Миром мафии правят мужчины, а женщины часто воспринимаются как что-то незначительное и второсортное. Но они еще не знают, с кем связались, если потребуется — я уничтожу каждого.

— Какое направление отец выбрал? — я повернулась к Михаилу, который сидел со мной на заднем сидении, пока наш водитель Марк вел машину. У нас в штабе в основном русские, которые приехали с нами из России. Но были и такие, кто пришел в нашу команду уже в Америке, но они также имели русские корни. Папе было важно иметь в команде русских.

— Бизнес. Хотел, чтобы ты могла полноценно разбираться в этом.

Отец был из тех, кто подчёркивал свой статус с помощью денег. Но он всегда выглядел так забавно в этом амплуа, что я тайно хихикала. Он хотел, чтобы я ни в чем не нуждалась. Поэтому я не удивлена, что он выбрал какой-то безумно дорогой университет.

— Я попрошу подготовить твои документы.

Заходить в помещение, где раньше почти всегда можно было застать отца, решающим очередную проблему с кучей бумаг, было тяжело.

Всё внутри осталось как прежде: официанты бегают туда-сюда и натирают столы до блеска, бармен перекладывает бутылки и фрукты. Все это время клуб работал. Нам нельзя было приостанавливать деятельность. Семья Громовых обладала большими связями. И мы занимались тем, что умели лучше всех.