Муж на девять месяцев - Алая Бетти

– А ты кто, бля? – таращится мужик.

– Её муж, – спокойно говорит мужчина, – так что руки убрал от девушки! Или переломаю нахуй.

Таращусь на своего спасителя. Он и материться умеет? Офигеть, не встать!

– А что ты мне сделаешь, пижон?! – нарывается тот, затем бросается на моего «жениха».

Жаров одним ударом нокаутирует горе-Рокки. Пьянчуга валится на асфальт. Но Женя хватает его за шкирку, встряхивает.

– Извинись.

– Что? Да я…

Мужчина снова с силой трясет бедолагу. А тот, походу, сейчас богу душу отдаст.

– Извинись, я сказал.

– Прости! – орёт алкаш. – Я не подумал! Только не бейте!

– Вали отсюда, – Жаров не забывает отвесить мужику сочный пинок.

Разворачивается ко мне. Улыбается как ни в чём не бывало.

– Ты вечно находишь на свою очаровательную попку приключения. Вставай, не нужно на земле сидеть.

Он подаёт руку. Я покорно принимаю помощь. Такое чувство, что моя внутренняя батарейка села. Уже плевать, пусть делает, что хочет. Я подпишу, что нужно, лишь бы прекратить этот кошмар!

Мужчина кидает мою сумку на заднее сиденье. Я забираюсь на пассажирское. В салоне тепло, хорошо. Чувствую, как начинает клонить в сон.

– Твой бывший, я смотрю, опасный парень, – смеется Жаров, – со всех сторон осадил.

– Он кретин, – бурчу себе под нос.

– Ты договор аренды не заключала, как я понимаю? – он выруливает со двора.

Молчу.

– Не бойся, ругаться не буду. Просто если бы заключала, тебя нельзя было бы просто так вышвырнуть.

– Да какой договор? – вздыхаю. – Бабулька была такая добрая и хорошая.

– Ася, Ася. Какая же ты ещё наивная, – улыбается Жаров, – но я даже рад.

– Чему, интересно?

– У меня появился шанс доказать делом, что я настроен серьезно на твой счёт.

– Зачем так стараться? Я в бедственном положении, у меня выбора нет, – тихо говорю, – и ты знаешь, что соглашусь на любые условия. К чему все эти старания?

– Не уверен, – пожимает плечами мужчина, – ты гордая девочка. И на любые условия не согласишься.

– Мы слишком мало знакомы, чтобы делать выводы, – огрызаюсь.

– Я хорошо разбираюсь в людях, Ася. И вижу, что ты хорошая. Вся такая правильная. Мне это нравится.

– Это же фиктивный брак. Мы не обязаны нравиться друг другу.

– Так будет проще обоим. Согласись, жить с ненавистным человеком намного сложнее, чем с тем, кто хотя бы не вызывает отторжения. А я хочу быть тебе приятен.

– И что это значит?! – восклицаю, разворачиваюсь и попадаю в плен синих глаз Жарова.

Я его не понимаю!

– То и значит, – ухмыляется он, – ты голодная?

– Нет, – мне вдруг становится стыдно.

– Не обманывай. Что ты сегодня ела?

Понимаю, что ничего. С утра меня тошнило, а днем было не до того. Жаров недовольно цокает языком.

– Ты теперь не одна. Думай не только о себе, – строго отчитывает.

Но я понимаю, что вот-вот разрыдаюсь. Почему жизнь так несправедлива?! Я так старалась, училась! Чем провинилась? Подбородок ходит ходуном. И строгие слова Жарова окончательно добивают…

Внутри словно прорывает плотину, и все невысказанные эмоции горькими слезами рвутся наружу.

– Эй, Ась, ты чего? – мужчина останавливается на обочине, включает аварийку. – Ну что такое? Иди ко мне…

– Я… знаю, что полная дура! И что наивная! – всхлипываю, задыхаюсь.

– Прости, – он обнимает меня.

Поначалу сопротивляюсь, но сил нет. Я запуталась! И лишь этот взрослый странный мужчина на моей стороне.

– У меня никого нет! – вою. – Всю жизнь я никому не была нужна!

– Ну, ну, – он гладит меня по голове, – прости меня. Я ляпнул лишнего. Ты нужна мне.

– Только потому, что тебе нужны жена и ребенок!

– И что? Это не значит, что я не хочу помочь. Искренне.

– Правда? – хлюпаю носом.

– Да, – он вдруг приподнимает мой подбородок, и в глазах мужчины промелькивает то, чего ни в коем случае нельзя допустить…

Резко отстраняюсь. Нет, нельзя! Это вообще неуместно!

– Что ты делаешь? – отворачиваюсь.

– Прости, – чеканит мужчина, – в любом случае, тебе нужно поесть нормально. Я закажу еды, всё будет готово к нашему приезду. Что ты любишь?

Я с подозрением гляжу на Жарова. Он снова надевает маску беззаботности. А мне очень не понравилась собственная реакция. Сердце пропустило удар от близости этого мужчины.

Нехорошо, просто отвратительно! Наверняка из-за того, что он помог мне и всё!

– Ну так, что ты любишь кушать? – повторяет свой вопрос.

– Ну… не знаю… думаете, будучи бедной студенткой, я могла позволить себе какие-то излишества? – горько улыбаюсь.

– Тогда мы это исправим. Рыбу любишь?

– Угу…

– Ну улыбнись! – он снова заглядывает мне в глаза, а я отворачиваюсь.

Уголки губ слегка приподнимаются.

– Вот так! Ты очень красивая, когда улыбаешься, – заявляет он, а моё сердце снова даёт сбой.

Да блин! Это всё из-за его доброты! Краснею.

– Вот, щечки уже порозовели, – смеется Жаров, – тогда сегодня рыбка. Тебе нужно разнообразное меню. Но не бойся, я об этом позабочусь.

Молчу. Чувствую, как в сумке вибрирует мобильный. Когда вижу надпись «дом», неприятная горечь оседает в горле. Отец и брат обычно звонят мне с личных номеров. Значит, это мачеха.

После некоторых раздумий беру трубку.

– Что так долго? – рычит она.

– Я в транспорте, – тихо говорю.

– В общем, у твоего брата хорошая новость. Машенька беременна. И мы устраиваем семейный праздник. Они настаивают, чтобы я тебя пригласила.

Маша – жена моего старшего сводного брата. Они долго пытались завести малыша. И вот, им удалось!

С Лёшей у меня хорошие отношения. Он никогда не вёл себя как-то не так по отношению ко мне. Был обычным несносным старшим братом. Даже защищал от гнева мачехи.

– Ладно, я…

– Но знай, – сухо перебивает меня она, – если ты не приедешь, я не расстроюсь.

И кидает трубку. Вздыхаю.

– Кто это? – сурово спрашивает Жаров.

– Слышал? – отзываюсь тихо.

– Да.

– Моя мачеха. Она не очень-то меня жалует.

– Почему?

Ну вот что за человек? Видит, что мне неприятна эта тема, и всё равно лезет с вопросами.

– Потому что я – результат измены! – выпаливаю. – Доволен?

Надуваюсь, отворачиваюсь и смотрю в окно. Жаров ошарашенно глядит на меня. Я чувствую, как его взгляд бродит по моей коже. У меня от этого мурашки.

– Прости, не знал, что для тебя это больная тема. Ты поэтому не могла к семье обратиться за помощью?

– Угу.

– Понятно. Ладно, мы почти приехали!

Стараюсь не унывать. Но всё равно в глубине души мне больно. Даже не знаю, почему. Не знала материнской любви, и ладно…

Жаров живет в элитном комплексе. Из подземной парковки лифт прямо на этаж.

– Высоко, – выдыхаю, пока мы едем.

Мужчина взял мою сумку. И сейчас он задумчиво смотрит на меня.

– Что?

– Ничего. Просто рад, что теперь буду не один. Квартира у меня большая. Три спальни, две ванные комнаты. А я один.

– Мне бы твои проблемы, – бормочу, пока он открывает массивную железную дверь.

А потом я попадаю в рай. Вот серьезно! Забываю и о мачехе, и о кретине Глебушке-хлебушке, и о проблемах в универе.

– Располагайся, – Жаров несет мою сумку на второй этаж пентхауса.

– Да здесь просто офигенно! – выпаливаю, во все глаза таращась на шикарную мебель.

Всё обставлено в минималистском стиле, но очень уютно. Полочки небольшие, столики. Немного цветов в горшках, интересные картины. На некоторые я даже залипаю. Рассматриваю.

Огромные панорамные окна открывают вид на водохранилище и огромный парк.

– Ну как? – Жаров подходит ко мне, но соблюдает дистанцию. – Нравится?

– Офигемба!

Его брови взлетают вверх, затем мужчина прыскает со смеху.

– Что? – смущаюсь.

– Ничего. Ты очень яркая девушка, Ась, – щёлкает меня по носу, – не теряй этого.

– Спасибо, – бурчу, – а где душ?

Женя показывает мне, где что находится. Две ванные, по одной на каждом этаже. Жаров показывает мне спальню.