Измена. Семьи больше нет - Рэй Мил

– На какие-то неотложные нужды нашей фирмы, – подчеркиваю слова так же, как мне выдал их муж.

Хотя, в начале Савелий четко сказал, что моя фирма – Его.

Лена говорит, что мне нужно срочно проконсультироваться и быть готовой ко всему. Промедление в этом случае – смерти подобно.

Юрист ее мужа, Борцов, лучший в своем деле. У него «чистое» портфолио и максимум выигрышных дел. А еще он просто ас по бракоразводным процессам.

– Акула-мужик! Он без штанов твоего Гуляева оставит. Козел какой. А если он уже все просчитал и первым к разводу подготовился?

Лена нещадно ругает Гуляева. У меня в это время звонит телефон.

– Лен, минуточку подожди. Это бухгалтер, – прерываю Ленкину эмоциональную тираду о том, какой урод мой муж.

Бухгалтер звонит не просто так, а чтобы спросить у меня разрешения на отправку заветного транша Савелию.

– Простите, Ева Александровна, но Савелий Николаевич прилетел несколько минут назад и требует перевести деньги на его личный счет! Он как демон, кричит, ругается! Что мне делать?

Светлана Сергеевна задыхается от возмущения и говорит заговорщическим шепотом, видимо, Гуляев где-то рядом.

– Так и скажите Савелию, что позвонили мне, и я отказала в переводе, – выдавливаю.

Ее слова, словно ледяной душ в жару.

Лена напряженно вслушивается в мой разговор.

Стыдно так, что руки сами в кулаки сжимаются.

Савелий доигрался.

– Тебе нужно ехать? – спрашивает Лена, из приличия, не уточняет что там устроил мой муж.

– Да, Лен… Я приеду за Эриком после всего.

– Конечно, езжай. И не забудь про Борцова.

Теперь уж точно не забуду. Муж перешел все границы дозволенного, и с этим нужно срочно что-то делать.

По дороге снова получаю звонок от Светланы. Она говорит, что Савелий уехал ни с чем, щедро обматерив всю мою небольшую бухгалтерию.

– Знаете, Ева, он так кричал, думала, нас убьет. У него из кармана пиджака визитка вывалилась. Не знаю, выбросить или нет. Я вам фото пришлю.

Это уже не звоночек, а оглушительный набат.

Мысли путаются, рассыпаются осколками, когда читаю данные на визитке.

Медицинский центр «Оливия».

Одна из строк подчеркнута тонкой линией.

«Премиум-роды». Отдельный родильный зал. Палата повышенной комфортности. Наблюдение врачей и персонала за роженицей и малышом 24/7.

– Супер. Так вот куда понадобились двести тысяч, – произношу ошарашено.

Глотаю горячий воздух, несущийся потоком из открытого окна авто.

Поверить не могу, эмоции на грани.

У Савелия любовница рожает, а я должна была оплатить ее роды….

Глава 7

Савелий

– И что там с деньгами, милый? – Наташа подводит губы розовой помадой.

– Ничего, хватит спрашивать. Ты мне не жена, чтобы такие вопросы задавать! – ожесточенно фыркаю.

– Хорошо, хорошо, – пискнула в ответ Наташа, но не угомонилась.

Не выдерживаю прессинга, ругаю ее за глупую выходку в квартире Евы. Жила бы себе тихо и все было бы в порядке.

Она снова уставляется в окно и дуется, как обиженный ребенок.

Но мне сейчас не до ее реакции. Пигалица перебесится, а вот с Евой вышло глупо, ужасно.

Наверное, толстая бухгалтерша Светлана меня уже сдала с потрохами…

В голове сущий кавардак: мысли, планы, все к чертям обнулилось.

Неужели, придется идти к жене с повинной и просить, наступая на свою гордость, выделить транш?

Не думаю, что Ева поверит, но попробовать стоит. Играть ва-банк – мера вынужденная.

Успеваю выехать из паркинга и набираю жену. Трубку Довлатова поднимает не сразу.

– Ев, что за игнор? Тебе муж звонит, а ты не отвечаешь! – прочистив горло, спрашиваю.

Слушаю фоновые звуки, вперемешку с ее дыханием, чего раньше никогда не делал.

Ева в каком-то здании, вокруг гудит офисный улей, и он гораздо большего масштаба, чем ее мелкая фирмочка "Мойдодыр".

– Ева, ты где? Ты, что, решила заключить контракт с этим гребаным фитнесом?! Это же бред, там ночевать нужно и не только твоим уборщицам, а тебе лично! – вскрикиваю.

– Гуляев, не лезь в дела фирмы! Я не собираюсь советоваться с тобой! – задыхаясь от бури возмущения, говорит мне Ева.

Как пацана отчитала.

– Я вообще-то о нашей семье переживаю. Жена нужна мне дома, а не в фитнес-клубе с тряпкой, – цежу, сохраняя титаническое спокойствие.

Наташа театрально хмыкает так громко, что думаю Ева точно услышит…

Пауза в разговоре растет, как снежный ком. А потом Ева швыряет мне слова так же легко, как воздушный шарик.

– Сав, скажи прямо, у тебя есть другая? Давай разведемся. Просто закончим это и все.

Машина застряла в пробке, и я выхожу из салона, разминаюсь прямо посреди тягучей столичной пробки. Наташа высовывается в окно и наблюдает за мной, не скрывая, что ей мой разговор тоже не нравится.

– Нет у меня никого, ты же знаешь! У нас семья, я не отпущу… Ева, мы уже говорили об этом. Меня достали твои провокации, – озверев, не своим голосом рычу на жену.

Ева одаривает меня горькой усмешкой.

– Нет никаких провокаций. И семьи больше нет, Гуляев, – сжигая мосты между нами, холодно бросает Ева.

– Ты зачем так? Тебе уже звонила твоя Тортила и наговорила всякого? – уточняю.

– Сав, я прошу, собери свои вещи. Я не смогу ночевать с тобой в одной постели. Квартиру мы купили на двоих, вдвоем вложились, но… Подыщи себе жилье, пожалуйста.

Голос Евы мягким, нежным ядом просачивается в трубку. Она не требует, но словно стальные щупальца сжимают мою глотку. Дыхание перехватывает.

– Что-оо-о? Ты серьезно? – смеюсь наиграно, а в душе суматоха.

Если сейчас она начнет бракоразводный процесс, то никто от этого не выиграет, я уж точно.

– Кхм! – рвется из открытого окна голосок наглой пигалицы.

Я чешу затылок. Мой шок в шоке, жена говорит прямо, что нам нужно разойтись. А что дальше? Развод?!

Резко крутанувшись на каблуках туфель, машу жестом, чтобы Наташа заткнулась и тихо ждала.

Слушаю размеренное дыхание на том конце трубки. Ева максимально спокойна.

– Нет. Давай поговорим, к психологу сходим. Может, у нас кризис в паре какой-то.

– Думаешь, поможет? – с ухмылкой.

– Думаю, что ты наслушалась херни от своей Лены! Вы женщины порой чересчур требовательны! Ева, детка… Я не уйду, – твердо и без вариантов.

– Тогда мы с Эриком съедем к отцу. Пока что так, – выдыхает устало.

Жена равнодушно выключает телефон. Мир качнулся перед глазами. Собрав вязкую слюну, сплюнул на асфальт.

К такому я был не готов…

В груди стало столько пространства, будто легкие выплюнул наружу. А сердце… Оно наоборот танцевало джигу, как заведенное.

Наташа вылезла из автомобиля, звучно хлопнув дверью моего авто. Она сделала несколько неуклюжих шагов, мазнув надменным взглядом по моему перекошенному от гнева лицу.

– И что это за выпады? – кричу ей в спину.

– Я на такси поеду. Возись и дальше со своей женой! – фыркает пигалица, переминаясь на коротких тонких ножках.

Я силой усадил ее в машину и пристегнул ремнем безопасности, чтобы отчаянная не рванула наружу во время движения.

Наташа плачет, звучно роняя слезы. Всхлипами наполнился салон, а я все больше думал, что Еву нельзя отпускать далеко от себя.

Жену нужно на коротком поводке держать.

– Сав, ты меня слышишь? Ты меня не слушаешь! Ты меня не любишь! – она, оказывается, что-то говорила.

– Наташ, а ты меня вообще любишь? – упираюсь в ее лицо взглядом.

Сверлю его так, что она невольно разворачивается. Краснеет и часто хлопает влажными ресницами и шепчет "Да!"

– Что значит любишь? Да! Да, Сава! Я всем соврала, что к отцу приехала. Но я приехала к тебе! Ты же не хочешь сказать, что тогда залез на меня по пьяной лавке и пожалел, что я забеременела?

Она прямо сыплет правдой …

Все так и было.

Я прилетел в гости к брату, а Наташа вечно возле меня крутилась.