— Да ну? — раздалось сбоку до боли знакомое. С акцентом.
Я подскочила. Машина угрожающе зарычала — я на автомате вдавила газ. Мда, клуша. Бей или беги. Не убежишь от своего дебилизма, к сожалению…
Резо. Стоит над машиной. Тарабанит в окно и ухмыляется…
— Ты что, офигел⁈ — я почти завизжала. — Иди своей дорогой, дай мне проехать…
Он, не говоря ни слова, повернул голову к ресторану.
Я посмотрела туда — и застыла.
В ста пятидесяти метрах на крыльце стояли мои родители в ожидании такси. Заметили. Начали махать и улыбаться.
На лице резиновой маской застыла встречная улыбка. Нажала на деблокиратор и таки впустила наглого типа. Мы сейчас свалим из их поля зрения…
Папа еще и большой палец вверх поднял. Кивает…
А Резо нарочно приобнял меня за плечи и громко чмокнул в щеку:
— Пока, мама! Пока, папа! Мы вам перезвоним, когда решим насчет количества гостей на свадьбу! Марго против, но я хочу позвать половину Грузии!
Я так сильно дернулась, что чуть не клаксоном в лоб ему попала.
— Тише — тише… Не переедь никого от злости, ведьмочка. Поехали, Маргоша, — спокойно сказал он, как будто мы с ним реально пара и едем в медовый месяц.
Я завелась молча, но с пробуксовкой.
— Уаааа! Ты и в постели так же с полоборота заводишься?
— Еще одна шуточка ниже пояса, я тебе устрою, джигит хренов!
Он смотрит цепко. Усмехается…
— Что же ты мне сделаешь, плохая девочка, обманывающая своих родителей?
— Закрою еще один твой ресторан! — выдала, впиваясь в него хищным взглядом, — это ж еще одно твое заведение…
— Марго — Марго… Не о том ты думаешь…
Закатываю глаза. Хочу скинуть этого нахала, как банный лист! Хочу забыть обо всем, что тут было! Его лукавый блеск в глазах, который весь вечер говорил о том, как он потешается…
— Зачем ты уселся в мою машину? Так плохи дела в ресторанном бизнесе? Все деньги уходят на громкие жесты в адрес девиц?
Снова усмешка. Вытаскивает леденец из пачки, засовывает себе в род, мне не предлагая, гад. Хрустит им. Сейчас точно сломает свои белоснежные зубы!
— Не находишь странным разъезжаться на разных машинах такой спевшейся парочке, как мы? Что бы твои родители сказали? Троечница ты, Маргарита, в том, что касается вранья. Все на твоем лице считывается… Зря ты влезла в эту нелепую авантюру…
— Не тебе судить… — шиплю я через зубы, вспоминая про Толстолобова, — до ближайшей остановки. Там уже сам ковыляй…
— Жаль, а я вообще-то рассчитывал, что ты в знак благодарности меня довезешь…
Терпение окончательно заканчивается. До последней капельки выжато…
Как раз хорошо, что сейчас был красный…
— Ты вообще нормальный⁈ Что это было⁈ Зачем ты полез ко мне в машину⁈ Кто тебя звал⁈ — бью по рулю, не удерживая гнев в уздцах.
— Судьба, — философски сказал он, совершенно не реагируя на мою агрессию, — Я просто следовал велению логистики — мне ж тоже домой надо было как-то.
— Логистики⁈ — у меня даже глаз дернулся. — Ты понимаешь, что ты все испортил⁈ Все! Я хотела, чтобы родители возненавидели тебя с первой минуты!
— Получается, не сработало? — он ухмыльнулся.
— Они теперь тебя обожают, идиот! Они уже готовы тебя внуками обвешать.
Он расхохотался. Прям громко.
— Я сам своим глазам не поверил! Вообще, Маргарита, справедливости ради, с родителями тебе повезло!
— Признайся… — выдыхаю, — это месть, да? Такая низкая и изощренная… ты все подгадал… Это за ресторан⁈
— Фу, Маргарита. Как низко ты оцениваешь себя…
— При чем тут моя оценка себя?
— Потому что по себе судишь других. Правило психологии. Короче, не знаю, что ты там себе накрутила, но нет. Мир вокруг тебя не вертится. Это удивительное совпадение! Не поверил своим глазам, когда вошел. И отец у тебя очень уж строгий… Интересовался у друга, конечно, что за фрукты, но… все равно не был готов…
— Вот! Я же говорю, что у друга интересовался! Значит, все это спланировано.
— Не тем интересовался, что ты думаешь… Я про… то, что за такая Марго… Сколько лет… Какая у нее… задница?
Теряю дар речи.
— Ты… ты… ты…???
— Я, Маргарита. Ну, а что? Я мужчина. Если я вписываюсь в какой-то движняк, то явно хочу знать, какие потенциальные плюсы получу… На тот момент главное я услышал: стерва, но в моем вкусе… Интересное сочетаньице. И правда в точку, Маргоша…
— Что⁈ — я чуть не задохнулась. — В твоем вкусе⁈ Да какой там у тебя вкус! Та с когтями орлиными и волосами пергидрольными⁈
— Вкус отменный, — хохочет он, — говорю же… Ревнивая… Значит, страстная… Что там, говоришь, у тебя с жаркой⁈
— Господи, — простонала я. — Почему я вообще не сбежала через кухню, когда тебя увидела…
— Ох, Маргоша… — закатывает глаза нахал Резо, — чувствую, станет кухня у нас с тобой особым фетиш — местом…
Только хочу сейчас окончательно обрушить на него лавину ругательств, чтобы завалило — тем более, что на улице такой снегопадище повалил, что хоть стой, хоть падай. Хочу резко торморзнуть и выкинуть его на ближайшем повороте, но… в этот самый момент…
Как назло, зазвонил телефон.
На экране — «Светка, сестра».
Я вздохнула.
— Только не она…
— Возьми, вдруг важное, — сказал Резо с дурацкой улыбкой.
Я ткнула на «ответить» и включила громкую связь — экран завис. Никак не переключить. Ее строгий высокий голос прокатился через блютуз по всему салону. Начала резко нелепо тыкать на все кнопки подряд, чтобы хоть как-то утихомирить динамик, но… тщетно…
— Алло, Свет, я за рулем, быстро давай.
— Быстро⁈ — взорвалась сестра с другой стороны. — Быстро я тебе сейчас скажу! Мама сказала, что у тебя НОВЫЙ ХАХАЛЬ! Грузин какой-то! Что вы уже живете вместе! У ТЕБЯ, Марго! Ты чем думала опять? Задним приводом⁈
Я побледнела.
Этот уже снова вовсю заливался, пряча лицо в рукав. Нет, мало за сегодня моя семейка меня позорила…
— Ты все не так поняла… Мама слишком драматична в своих оценках. И скоропалительна…
— Ничего не знаю! Она сказала мне, что он уже у тебя живет! Самое смешное, что с восторгом сказала! Он что, ее там какими-то волшебными сациви накормил? Она не приметила в приезжем аферисте жиголо — приживальца? — вопила Светка. — Я завтра приду! Мне все это не нравится! Он у тебя квартиру отожмет! Я читала про таких! Ты же у нас доверчивая!
Я закрыла глаза. Боже, сколько позора за сегодня семейного на меня обрушилось…
— Свет… Я… Это не…
— И вообще, — продолжала сестра, не слушая, — мама сказала, что он тебя «сочной» назвал! Это что вообще за слова⁈
Резо тем временем почти катался со смеху, держась за живот.
— Выруби громкую, Маргоша, — сквозь хохот просипел он. — А то я сейчас ей скажу, что я не жиголо, а князь!
— Заткнись! — зашипела я.
— Кто это там? — грянула сестра. — Он рядом⁈ АГА! Я слышу! Все ясно! Марго, ты сошла с ума! И если что — выгоню его сама! Дело ясное, что тут все нечисто! Он тебя приворожил! Это все их кавказская магия! Мне про такое рассказывали девочки во дворе! Стоит раз съездить в те края — и все, тебя как подменили!
Связь оборвалась.
Я просто уронила голову на руль.
— Все. Конец. Семейная трагикомедия, — не смогла не пробубнить под нос.
Резо, не переставая смеяться, наклонился ближе.
— Ну что, Маргоша… Раз у тебя уже официально живет грузинский хахаль — жиголо, то грех не оправдать слухи.
— Что⁈
— Вези меня к себе, Марго. У тебя и переночуем. Все равно сестра уже идет проверять.
— Ты… ты ненормальный!
— Зато логичный, — подмигнул он. — Не очкуй. Ты ж хотела, чтобы я был возмутительным… Вот и буду. Пусть сестра твоя и откроет правду родственникам. За родителей извини. Я старших уважаю. Не смог просто их троллить, — вдруг такая серьезность у него на лице появляется, что я аж теряюсь, — да и твой папа так искренне Грузию любит, что я просто не смог начать исполнять…
Зависла на его словах… А я ведь с этого ракурса даже и не подумала…
