Проиграй мне, недотрога - Романова Ульяна "Ульяна Романова"

— Что с ней? — уточнила я.

— Рожает, — едва ли не со страхом поделился Тихон, — и рожать она почему-то хочет со мной. Кошка, вот ты тоже кошка и тоже женщина, ты должна уметь рожать. Мне что делать?

— Везти к ветеринару? — предположила я, игнорируя сомнительные комплименты.

— Как я ее на байке повезу? Я его, кстати, забрал, а ты могла бы и...

— Ма-а-а-а, — на одной ноте требовательно взвыла кошка.

Подошла к Тихону и села возле его ноги. Друг Тихона, сидящий за столиком, молча ржал, не вмешиваясь в роды и наш диалог. А вот молоденькая администратор ревниво косилась на меня. Подозреваю, что этот хитрый жук решил не терять времени даром и, пока не зашла я, обаял девушку.

— Забирайте кошку и уходите, — велела она, подтверждая мои догадки.

— Мне ночью на лоб диплом кошачьего акушера-гинеколога налепили, а я не вижу? Куда забирать? — возмутился Тихон. — Я ее вообще не знаю, это не моя кошка. На улице меня увидела и как давай идти за мной, мяукать и рожать! А разве кошки не сами рожают?

— Сами, — вклинилась в наш диалог Данелия.

Тихон удовлетворенно улыбнулся, посмотрел ей в лицо, опустил глаза и заметил животик моей подруги, который она заботливо прикрывала ладошкой.

Побледнел. Сглотнул и уточнил:

— А вы не того? Рожать не собираетесь?

— Собираюсь. Вот в поиске своего акушера, — величественно кивнула Дана и добавила: — Мяу!

Как я не рассмеялась в голос, даже для меня загадка. Выражение лица Колдуна стало по-настоящему растерянным, буквально на пару секунд, но я успела насладиться.

— Дайте угадаю: вы подруги, да? — озарило Тихона.

— Кошку забирайте, вы мне сейчас всех гостей распугаете, кто оплачивать будет? Или я сама ее выкину! — вновь напомнила о себе администратор.

— Ты ж была не против. О, женщины, имя вам коварство! Коробку дай какую-нибудь, что ли. И пеленку! Пожалуйста! — взмолился Тихон.

Через две минуты кошку заботливо переложили в коробку, а Колдун уже вызывал такси до ближайшей ветеринарной клиники.

Он сел на корточки у коробки, где серая уличная кошка смотрела на него с такой надеждой, что у меня сердце сжалось от жалости к бедняге. Данелию тоже проняло: подруга в беременность стала очень сентиментальной.

И когда такси приехало, а Тихон вероломно потащил меня за собой, я не то чтобы сопротивлялась.

— Сзади с коробкой сядешь! — велел он уже на улице.

— Я в белом, и кошка выбрала тебя приемным отцом котят, так что будь любезен, сиди и помогай! — не согласилась я.

— В белом, значит, на доктора похожа. Должна ее успокоить, поговорить.

— Один поедешь, — пригрозила я.

Колдун сдался, я села вперед, а он заботливо поставил коробку на сидение, сел рядом и велел:

— Гони!

— Это что? — напрягся водитель. — Вы написали, что женщина рожает, какая женщина, в коробке женщина? Я кошку не повезу! Вы что придумали, а?

— Вам Тихон двойной тариф оплатит, — мягко пообещала я и улыбнулась.

Тихон всем видом показал, в каком гробу и каких тапочках видел «двойной тариф», но промолчал.

А водитель немного успокоился, и машина наконец тронулась с места. Таксист без конца смотрел только на заднее сидение, так что я даже забеспокоилась о нашей безопасности, но к клинике, находящейся через два квартала, нас привезли быстро.

Колдун протянул таксисту доплату с таким видом, словно заразил купюры сибирской язвой, схватил коробку и поспешил в клинику.

— Мы рожаем! — заорал он с порога. — Что смотрите? Акушера вызывайте! Гинеколога!

— Мужчина, это ветеринарная клиника, — глядя почему-то на мой живот, не очень приветливо уведомила его девушка за стойкой регистрации.

— Я в курсе, малышка, какая эта клиника. Позови мне дядю или тетю ветеринара, который примет роды у нашей кошки, — сменил он тон на очаровывающий.

На девушку это подействовало молниеносно, и спустя две минуты коробку и кошку у нас забрали. У Тихона взяли короткое интервью о том, как он встретил кошку, а я уже было засобиралась уйти по-английски, но была остановлена у входа горячим шепотом:

— Куда?..

Колдун взял меня за локоть, осторожно развернул к себе и пристально посмотрел в лицо.

— Домой, — удивилась я.

— Тебе что, неинтересно, кто у нас родится? — игриво уточнил он, становясь собой.

— Уверена, ты станешь прекрасным приемным отцом котятам, — заверила я.

— Им нужна приемная мать! — не согласился он.

— И найдешь им приемную мать, — закончила я.

— Кстати, ты бабушку нашла? — озарило Тихона, который осторожно оттеснял меня от выхода к стене, дабы не дать снова уйти.

— Нашла, — кивнула я, — и мне пора, меня дома ждут.

— Кошка, а куда ты все время убегаешь? Боишься, что я спор выиграю? — голосом змия-искусителя прошептал Тихон.

— Понимаешь, Колдун, не у всех есть столько свободного времени, как у тебя, — объяснила я, — некоторые работают.

— Я тоже работаю, — обиделся он, — в 19-й пожарной бригаде. Кстати, могла бы и туда ключи принести.

— Понятия не имею, где вы базируетесь.

— Тебя в интернете забанили, да? — уточнил он.

— Может, я хотела Шереметьева еще раз встретить, — пожала я плечами.

— Э, нет, мы с тобой к нему на свадьбу и идем через две недели, — испугался Тихон, — занят он. Влюблен аж жуть как сильно! Бага в смысле, ну и я тоже. В тебя, кошка.

— Ты сказки будешь девочкам помладше рассказывать, они еще верят в чудеса и принцев на белом коне. Ни на какую свадьбу я с тобой не пойду.

— А тебе сколько лет?

— Тридцать шесть, — спокойно ответила я.

Потому что не видела смысла кокетничать и скрывать свой прекрасный возраст. Я была адептом движения «взрослеть красиво и с достоинством».

— Выглядишь максимум на тридцать, — уважительно покачал головой Тихон.

— Нет, выгляжу я на свои тридцать шесть. Я скучная взрослая женщина, педагог до мозга костей, и тебе нечего ловить со мной. Забудем про твой дурацкий спор и разойдемся, да? Котятам привет, пришлю почтой молочко в пожарную часть для них.

— Скучная, говоришь? — хмыкнул Тихон. — Ты? Ты мой байк угнала!

— Взяла на время покататься, жалко тебе, что ли? Кстати, колесо...

— Бага передал, подкачаю. Так что, училка, покажи мне, какая ты скучная, потому что спор я не отменяю. Или боишься, что влюбишься?

— В тебя? — с сарказмом уточнила я.

— А что во мне не так? — искренне удивился Колдун.

— У меня встречный вопрос. Почему бабники проводят с женщинами всегда только одну ночь? У тебя все так плохо, что на вторую никто не соглашается?

— Все мечтают попасть в мою постель второй раз, — хищно прошептал он.

— Да? Чем докажешь? Рекомендательные письма есть? Хотя бы три предоставь, тогда подумаю.

Он восхищенно приоткрыл рот и сверкнул глазами.

— А что тут думать, мы с тобой уже котятами породнились, не отвертишься, — в его голосе звенел восторг.

— Меня не приплетай, — попросила я, — у моей дочери аллергия.

— У тебя дочь?

— Ей тринадцать лет, — согласилась я, надеясь, что наличие у меня ребенка немного остудит его пыл, но не тут-то было.

— Ну вот, а говорила, что рожать не умеешь, — выдал Тихон с широченной улыбкой.

— Тебя вообще ничего не смущает? — не поняла я.

— Смущает, что я номер телефона твой не взял.

— Ты...

— Родила! Трое котят, два мальчика и девочка, — огласил коридор счастливый голос доктора.

— Родила! Трое! — так просиял Тихон, словно только этого и ждал. — Эй, док, с ними там все нормально?

— А что им будет? — пожал плечами мужчина.

Колдун даже расслабился и словно выдохнул. Мне плохо верилось, что он мог волноваться из-за уличной кошки, но весь его вид буквально кричал об этом.

— Пойдем, глянем на наших приемышей? — с какой-то надеждой предложил он.

— Только потому, что тебя рядом с молодой мамой нельзя оставлять одного, — прошипела я, понимая, что тоже волновалась за животное.

Тихон только хмыкнул, и мы вдвоем отправились в гости к кошачьей маме и тройне.