Под небом северного лета - Максимова Даника

— Ну попробуй хотя бы предположить, — хитро подмигнул парень.

Я задумчиво водила глазами, пытаясь просмотреть набережную впереди и сзади, и решила ответить наобум.

— Семь.

— Холодно, — мотнул головой Тим.

Я начала злиться, сжала губы и остановилась. «Если семь — холодно, значит, нужно увеличить хотя бы примерно в два раза».

— Четырнадцать, — не слишком уверенно в этот раз пробурчала я.

— Хм, угадала, — тихо улыбнулся парень.

— Угадала. Ха-ха. Ура! — запрыгала я от радости вокруг себя и непроизвольно скривила гримасу Тиму.

— Как ребенок…— вздохнул парень.

— А разводных мостов, как думаешь, сколько?

— Ты гидом подрабатываешь что ли? — съехидничала я.

К своему стыду, я очень мало знала про Питер и ничего толком не прочитала перед поездкой. Тем более, Владимир Сергеевич расстарался и составил целый экскурсионный план с сопровождением гида.

— Ладно. Если не интересно, можешь не отвечать, — нахмурился Тим и ускорил шаг.

— Ты что, шуток не понимаешь?! — крикнула я ему в спину, пытаясь догнать.

Парень вдруг резко остановился и развернулся. От неожиданности я кроссовками зацепилась за край неровной плитки на набережной и повалилась на Тима всем телом. Он подхватил меня и приобнял за талию.

Ощутив всю силу и крепость его рук, я смутилась, и меня накрыла волнующая дрожь, которая моментально рассыпалась крупными мурашками по всему телу. Носом я уткнулась ему чуть ниже плеча, в ключицу, и почувствовала горячее дыхание у виска. В какие-то доли секунды мне показалось, что его мягкие губы нежно коснулись края моей щеки. Я ухватилась руками за его плечи. Они оказались твердыми и довольно широкими, а его волосы приятно щекотали мои запястья.

— Ты сегодня в ударе. Ноги совсем не держат что ли? — шутливо подтрунивал Тим, помогая мне устоять.

У меня шумело в голове, перед глазами все плыло, а внутри пылало, будто я проглотила огненный шар. Щеки тоже горели, а колени предательски подкашивались.

Тим заволновался.

— Мира, тебе плохо? Присядешь? — Он махнул рукой в сторону лавочек.

Я пыталась собраться с мыслями и справиться с мелкой дрожью. Сделала глубокий вдох, медленный выдох, опустила руки и, смущаясь, выскользнула из его объятий.

— Нет, все норм, просто сегодня кто-то слишком часто и резко тормозит. Пойдем дальше. Боюсь, как бы родители меня не потеряли, — рассерженно пробурчала я.

Какое-то время мы шли молча. У меня наконец — то восстановилось дыхание и в голове наступила ясность. Меня пугала реакция на прикосновения Тима. Раньше я никогда такого не испытывала.

Мне нравились некоторые мальчишки из школы, я даже полгода встречалась с парнем, правда это было больше похоже на дружбу. Прогулки за ручку, пустая болтовня, легкие, робкие поцелуи, но меня никогда так не трясло и ноги предательски не подкашивались.

Это было очень странно и приятно одновременно. А самое ужасное, что мне хотелось продолжения. Хотелось чувствовать его руки на своей талии, на шее, попробовать его губы на вкус, ощущать тепло его тела. Поймав себя на этой мысли, я даже ойкнула вслух. Тим вопросительно посмотрел на меня.

— Пытаюсь угадать, сколько же все-таки разводных мостов в Питере, — неожиданно выпалила я, и краска смущения снова начала противно ползти по щекам.

Он усмехнулся и застыл в ожидании ответа.

— Возможно пят…н-а-а-а…д ….цать, — процедила я, внимательно наблюдая за реакцией парня.

Парень загадочно повел бровями: «Ну… Почти угадала. Близко».

— Подсказка — совершеннолетие, — подмигнул он.

— А-а-а, восемнадцать что ли? — довольно рассмеялась я.

— Угу. В точку, — утвердительно кивнул Тим.

Я радостно захлопала в ладоши.

Чуть дальше сидевший на бетонном парапете набережной парень громко, но очень грустно выкрикнул нам:

— Рябят, купите мыльные пузыри. Они классные, объемные и красивые.

— Чего лицо такое несчастное? — поравнявшись с ним спросил Тим.

— Ночь подошла к концу. Не люблю моменты расставания, — вздохнул тот.

— Зато начинается новый день! — Тим с энтузиазмом хлопнул парня по плечу. — Сколько пузыри-то?

— За пятьсот отдам, — парень соскочил вниз, открутил крышку и, вытащив длинную палку, надул огромный пузырь.

— Вау! — не удержалась я от восторга.

— Можно загадать желание и, если пузырь перелетит через Фонтанку и не лопнет, то оно исполнится, — увидев мою реакцию уже чуть бодрее проговорил парень.

Тим вытащил из заднего кармана купюру и протянул ее парню. Тот смущенно хмыкнул, зацепил под мышку рюкзак и направился в сторону жилых домов. Он так быстро ушел, словно растворился. Как я не пыталась внимательно всматриваться вдаль, так и не смогла нигде его увидеть.

— Интересно… Исчез в пространстве, как какой-то призрак, — сказала я, все еще продолжая крутить головой во все стороны.

— Это Питер, привыкай, — нарочито громко прошептал мне Тим прямо в ухо.

Мимо пролетел огромный волнообразный мыльный пузырь, потом еще и еще. Они тянулись вдоль набережной, бликуя прозрачными пузатыми боками, в которых отражались огни уличных фонарей.

Я задыхалась от переизбытка эмоций, меня будто накрыло волной, и я не успела набрать воздуха, глаза сияли от восторга, в груди бурлило и кипело счастье, а улыбка как будто липким скотчем приклеилась к моему лицу.

На душе было так легко и весело, словно на большом полотне смешали оттенки разных красок, поставили под углом на солнце, и они переливались и мерцали, радуя своими бликами.

Я подошла к Тиму, и он протянул мне колбу с пузырями.

— Попробуй, — улыбнулся он.

У меня получилось, наверное, с пятой или шестой попытки. Мыльный пузырь выдулся огромный и словно пыхтел волнистыми боками, как живой.

Я зажмурила глаза и загадала желание. Открыла. Все в порядке, не лопнул. Внимательно наблюдая, как легкий прозрачный шар понесло через Фонтанку, я затаила дыхание. Тим, посмеиваясь надо мной, продолжал пускать мыльный хоровод вдоль набережной.

— Все, он перелетел. Ура! — с облегчением выдохнула я и соскочила с бордюра.

Короткая белая ночь становилась еще яснее. И пока предрассветная тишина оберегала улицы и дворы от городской суеты, соловьи баловали редких прохожих своей нежной трелью.

— Мне пора домой, — охнула я, когда на экране телефона высветилось 03:55.

— Мы почти пришли. — Тим махнул рукой в сторону дома.

— Спасибо за необычный вечер, — неуверенно начала я, когда мы приблизились к подъезду. — И еще раз извини, если помешала твоим планам.

— Да ладно, все норм, — широко улыбнулся Тим, открывая тяжёлую входную дверь и пропуская меня вперед.

Я проскользнула внутрь, едва коснувшись плечом его груди. Приятное тепло растеклось по всему телу, а легкая улыбка затаилась в уголках губ.

— Доброе утро, Сан Саныч, — поприветствовал парень консьержа.

Мужчина в возрасте дремал в кресле-качалке, но сквозь сон одобрительно кивнул нам, и снова сладко прикрыл глаза, кутаясь в клетчатый плед.

Тим галантно проводил меня до самой двери. Прощались мы шепотом, чтобы не разбудить соседей, а тем более моих родителей.

— Ну я пойду, — неуверенно пробормотал Тим.

— Давай, пока, — шепнула я и продолжала стоять, как будто чего-то ждала.

Тим махнул рукой и начал спускаться по лестнице, потом резко остановился и прошептал: — Если будет желание, приходи завтра на крышу, так же, ближе к полуночи.

У меня загорелись глаза и участилось дыхание.

— А что там будет завтра?

«Ну что за дурацкий вопрос, Мира-а-а», — сразу же одернула я себя.

— Кино будем смотреть, — хмыкнул Тим.

Скрывшись в следующем пролете, парень громко шепнул: «Или гадать на звездах в небе северного лета». И его шаги постепенно стихли в недрах внушительного подъезда.

Я осторожно повернула ключ в замке и бесшумно нырнула в квартиру. Очень аккуратно повесила ветровку, сбросила кроссовки и пулей прошмыгнула в свою комнату. В квартире стояла умиротворяющая тишина.