Заставь поверить. Бывшие - Коваленко Мария Сергеевна

– А как же Инга? – внезапно продолжил Руслан. – Или нашу врачиху ты поимеешь прямо в раздевалке после матча? Как вчера.

– Что?.. – вырвалось у меня еле слышно.

– Я, так и быть, завещаю ее тебе, – со смешком произнес Миша. – Или не знаешь, как подступиться? Так могу свести, поделим на двоих. Она баба опытная, потянет обоих.

– Ублюдок ты, Никитин.

– Я скоро породнюсь с папой-чемпионом и получу ПМЖ в этой сборной. А ты Будешь дальше радоваться любому приглашению федерации и втихаря дрочить на мою молодую женушку.

– Тебе ведь пофиг на нее. Все ради связей.

– Не тебе, Руслан, учить меня жизни. Сам баб меняешь чаще, чем ракетки.

– Твоя правда. Меняю.

В голосе Титова что-то незаметно изменилось. Исчезла злость и появилась странная насмешка, будто он все это время лишь развлекался.

– Тогда бывай!

Судя по звуку, Миша повернулся к выходу. Чтобы не столкнуться с ним, я испуганно сделала шаг назад. Приготовилась бежать в конференц-зал.

– Постой! – вдруг остановил его Руслан. – Что ты там говорил про Ингу?

– Зачесалось?

– Давно не трахался. Хочу расслабиться перед финалом.

– А ты не промах, Титов! – рассмеялся Миша.

– Кто ж отказывается от хорошего предложения? Давай сегодня вечером. По-быстрому.

– Хорошо, приходи после летучки в ее номере. Я договорюсь, – уверенно бросил Миша и ушел так быстро, что мне можно было даже не прятаться.

Глава 13

До конца фотосессии я стараюсь больше не вспоминать события семилетней давности.

В конце концов, все мы изменились. Я сейчас координатор и менеджер команды. Миша два года назад ушел из тенниса и занялся тренерской работой где-то в средней полосе. А Титов теперь всего лишь третий номер. Легенда, которой еще нужно доказать, что она тянет на сборную.

Мы все – прошлое, которое лучше забыть. А если внутри где-то тянет – не чувствовать! Не цепляться за отголоски тех эмоций! Продолжать жить свою новую жизнь.

Теоретически – проще простого. А на практике

Благодаря работе я неплохо отвлекаюсь. Как только Альберт заканчивает съемку, провожу мужчин к заранее арендованным машинам. И мы все, включая агента Титова и Хакимова, едем смотреть главный корт чемпионата.

С этого момента бразды правления незаметно переходят к Алишеру Тимуровичу.

Именно он, а не я, показывает документы у ворот теннисной арены. Именно он первым выходит из автомобиля и, не глядя по сторонам, сразу же начинает осмотр.

Я ни во что не вмешиваюсь. Словно попала за кулисы театра, устраиваюсь на скамейке и с восторгом слежу за работой босса.

Наблюдаю, как он неспешно проходится по всему периметру. Как, взяв ракетку, лично проверяет высоту отскока мяча и скорость покрытия. Как, остановившись за задней линией, изучает геометрию арены. Придирчиво ищет блики от солнца или прожекторов. Гоняет туда-сюда разомлевших на жаре белбоев и что-то шепчет себе под нос, будто надиктовывает речь на ближайший брифинг.

Не помню, сколько раз я видела это его «шаманство» – Хакимов руководил сборной еще при отце. И все равно проверка завораживает.

Она гораздо интереснее, чем медитативное просиживание штанов Мирским. Тот устроился на скамейке и молча осматривает пустые трибуны.

Насыщеннее, чем подглядывание за Максом. Эта звезда из всего делает шоу: то фотографирует себя на фоне кортов, то о чем-то шутит с симпатичной девчонкой-белбоем, то устраивает мини-матч с Калининым.

И уж точно безопаснее, чем слежка за Титовым.

Словно возомнил себя еще одним капитаном, Руслан проверяет высоту сетки, меряет в шагах расстояние от задней линии до рекламного щита. А к концу смотра, вместо того, чтобы почувствовать корт, заводит разговор с главным судьей и заставляет смеяться хмурого супервайзера.

Ничего общего с собранным Варфоломеевым, который за час осмотра умудрялся «притереться» к корту и загонять до седьмого пота остальную часть сборной.

«Не сравнивай! Хватит!» – останавливаю я себя, когда заканчиваем и возвращаемся к машинам.

«Лучше суди по игре!» – осаживаю, стоит нам выехать в сторону отеля.

До конца вечера такая установка работает отлично. Я больше не сравниваю Руслана с Варфоломеевым. Не вспоминаю наше прошлое и финал семилетней давности.

Мы как одна большая семья спокойно ужинаем в ресторане. Расходимся на полчаса по своим номерам. И в восемь встречаемся на брифинге в люксе Хакимова.

Обычный распорядок Алишера Тимуровича. Постоянство, за которое его так ценит федерация, и уважают все теннисисты.

К завершению встречи даже без вечерней прогулки меня клонит в сон.

Я зеваю в коридоре по пути в номер. Борюсь с сонливостью под теплыми струями в душе. Однако стоит лечь в кровать и уснуть, то самое прошлое, от которого старалась убежать, возвращается ко мне в сновидении.

Мне снова двадцать.

На улице зима.

И я вновь в дорогом отеле, куда приехала со своим парнем, чтобы поддержать его в финале Кубка Дэвиса.

***

Семь лет назад

– Алина, не жди меня. Ложись спать. – Несмотря на то что Хакимов объявил отбой, Миша куда-то собирается.

После сцены в коридоре я догадываюсь куда, но мозг отказывается в это верить.

– У вас завтра игра. Капитан не обрадуется, когда узнает, что ты вместо отдыха гуляешь.

Я с ногами забираюсь на свою кровать. Мы с Мишей спим отдельно. Я не хотела спешить с близостью, шутила, что достанусь лишь победителю. А сам Миша, как настоящий джентльмен, не настаивал.

– Я немного пробегусь перед сном. Сброшу напряжение. Перед игрой это даже полезно. – Целует меня в лоб и поправляет одеяло.

– Милый, прошу тебя. Не ходи, – зачем-то цепляюсь за его руку.

– Какая ты у меня еще маленькая. – Он однобоко улыбается. Как собаку, треплет по голове.И, подмигнув на прощание, идет к двери.

После его ухода я не нахожу себе места. Хочется всего и сразу: рвануть за ним в номер Инги, сбежать из отеля или найти Титова и обвинить его во всех своих бедах.

Последнее, конечно, настоящая глупость. Но именно Титов звонит мне вскоре после ухода Миши.

– Приходи через десять минут, – сухо произносит он. – Куда именно, ты знаешь.

Несколько секунд ждет моего ответа. И, не дождавшись, без всяких объяснений кладет трубку.

Пинок от этого нахала срабатывает лучше страха или злости. Я больше не мешкаю. Накинув халат поверх ночной сорочки, сую ноги в мягкие тапочки и иду.

Шлепаю по длинному коридору налево – от люксов к обычным стандартам. Загибая пальцы, считаю номера: «тридцать первый», тридцать второй», «тридцать третий» «тридцать седьмой».

И не останавливаясь, без стука распахиваю дверь.

Возможно, если бы сборная сняла своему доктору люкс с отдельной гостиной зоной или двумя комнатами, ничего бы не случилось. Жильцу и двум гостям хватило бы времени спрятаться за штору или под кровать.

Но федерация сэкономила.

– Нет – Я смотрю на широкую кровать, где развлекаются трое. Обнаженная Инга, Миша на ней. И Титов.

– Алина? – Миша замечает меня первым. Скатившись с любовницы, он быстро прикрывается футболкой и орет: – Какого черта ты здесь делаешь?!

– Какой же ты – слова застревают в горле, а переносица вспыхивает огнем.

Мне не показалось.

Я не додумала.

Все правда.

Не было никаких нас. Был папа с его связями и амбиции моего парня. Ради них Миша терпеливо ждал и играл влюбленного. Врал мне в глаза и трахал других, пока я представляла себя в свадебном платье.

– Блядь, неужели так сложно было подождать?! – продолжает кричать Миша. – Я же сказал спа – начинает он и резко замолкает от удара Титова.

Только сейчас мне удается рассмотреть Руслана. В отличие от парочки он почти одет. Голый мускулистый торс отливает бронзой в свете напольной лампы. А легкие брюки надежно скрывают то, что находится за ширинкой.

– Завалил хлебало, урод! – рявкает он на Мишу.