Леди тёща - Адари Ана

Пока он не переступил порог, все молчали. Встала и Мэйт, и Генрих, даже дети, которые еще не понимали, что именно происходит. Его первосвятейшество все и всегда приветствовали стоя.

Генерал подошел к своему названному брату и положил ему на плечо правую руку со словами:

– Как равный равному.

Мол, я пришел открыто, не таясь. По делам и не только. И рад тебя видеть, брат. Пока граали обменивались традиционным приветствием, все остальные стояли, почтительно нагнув головы. Молча.

Наконец, гра Ферт сказал:

– Все могут сесть и продолжить завтрак.

– Вы не должны ничего объяснять, ваше первосвятейшество, – Генрих Руци снова вложил ложку в руку старшего сына и так и смотрел в тарелку, не решаясь поднять глаза на архимага, – но все же. Как вы здесь оказались?!

– Приехал навестить своего родственника. Мы давно не виделись.

– Вы имеете в виду Меда? То есть, лорда Росса?

– Именно.

– Но леди Рут давно умерла! – удивилась старая графиня.

– Что в вашем понятии давно? – насмешливо спросил гра Ферт. – Для меня восемь или сколько-то там лет – всего лишь мгновение. Мне кажется, что Рут умерла вчера. И сегодня я приехал утешить вдовца. Надеюсь, никто не станет спрашивать, как я узнал о том, что в соседнем имении сейчас находится гра Калверт? И почему пришел?

– Перестань, Арис, – тихо сказал тот. – Ты пережимаешь.

– А вот и мы! – раздалось у входа на веранду. – Заждались нас, да?

Герарда несла бабушка, а Лердес замешкалась за дверью, поправляя сбившуюся юбку. В саду как будто стало темно. Сильный порыв ветра прошелся по веткам плодовых деревьев и нижним краем зацепил кусты, обрывая цветки. В открытое окно посыпалось белое кружево лепестков. Хлопнула ставня.

Леди Котисур невольно вскрикнула и прижала к себе внука. И только потом заметила нового гостя:

– Ваше первосвятейшество!

– Не падайте на колени, не надо. Подойдите, – замогильным голосом сказал гра Ферт. – Покажите мне ребенка.

Констанс, спотыкаясь при каждом шаге, приблизилась к архимагу. Генерал двумя пальцами откинул кружево голубого одеяльца, в которое был завернут Герард, со лба младенца. Рука гра Ферта слегка провела по золотистому пуху волос и задержалась на темени. Указательный палец начертил какой-то знак.

После этого ветер стих, и снова выглянуло солнце. Никто ничего не заметил.

– Ты тоже хочешь взглянуть на крохотного лорда, Сол? – спросил гра Ферт у второго архимага.

– Я? Да.

Солард провел ладонью по лицу, словно снимая с него невидимую паутину.

«Силен, – мысленно усмехнулся гра Ферт, чувствуя во рту солоноватый привкус крови. – Но я старше тебя больше чем на тысячу лет, мальчик. И есть та часть моей души, куда ты никогда не проникнешь. Потому что она мертва. Я лич, добровольно обменявший бескрайние владения Тьмы на нелегкую судьбу паладина Света. Но сердце грааля мне досталось, когда уже перестало биться. И эта мертвая кровь, кровь Пустоши, которую, к несчастью, унаследовал мой сын, теперь надежно мною спрятана. Даже ты ее не почуешь, мой названный брат».

– Дождь собирается, да? – раздался голос молодой графини Руци.

Лердес наконец-то справилась с юбкой и заправила в прическу выбившийся локон. Сегодня с самого утра все шло не так. Платье само собой мялось, шпильки упрямо выскальзывали из волос, Герард капризничал, хотя обычно был спокоен.

А тут еще порыв ветра. Невесть каким образом подхвативший юбку, хотя графиня была в доме! И зацепивший нижнее кружево за торчащий гвоздь.

Откуда в мамином доме, точнее, в хозяйстве под ее началом плохо забитые гвозди?! У мамы все идеально!

– С чего ты взяла, дорогая? – голос мужа вытащил Лердес из оцепенения.

На пороге веранды ее словно льдом сковало. На нее смотрели такие знакомые глаза… Нет, не мужа. Он-то как раз тащил на поверхность своим теплом и силой. В то время как что-то камнем тянуло Лердес вниз. Какие-то воспоминания. Так что она почти потеряла сознание.

– Погода сегодня прекрасная…

Прекрасная…

– Поприветствуй же его первосвятейшество, дорогая, – укоризненно сказала мать. – Я тебя сегодня не узнаю.

Лердес механически, словно заводная кукла, сделала реверанс. Упорно стараясь не смотреть на мужчину в черном. Который своих глаз от нее не отрывал. Странно, они не были похожи на бездонные провалы, в которые летишь, теряя разум. Так смотрят граали, когда хотят подчинить своей воле.

Будь Лердес столь самоуверенна, что позволила бы себе подумать, то она подумала бы. О том, что высший лорд открыл свою душу и позволил женщине увидеть, какого цвета у него глаза. Да нет же! Это сын на нее смотрит! Маленький Гер! А у него редкий цвет глаз, фиалковый.

Чего только не почудится от страха! Сам грааль! Да еще его первосвятейшество! Вот душа и ушла в пятки!

– Возьмите ребенка, леди. Он явно хочет к матери, – негромко сказал гра Ферт.

Она послушалась. Да и как иначе? Чинно присела за стол. Всех словно отпустило. И наконец-то принесли булочки!

Завтракали с аппетитом, даже его первосвятейшество выпил две чашки кофе и отдал должное мастерству поварихи в имении графов Руци.

Констанс, замирая, смотрела на первых людей империи, ибо здесь кроме двух граалей была еще герцогиня и парочка графов, боевых магов! Не считая двух графинь и трех маленьких лордов, каждый из которых потенциально – будущий лорд щита!

Такое ощущение, что на скромной по размерам веранде двухэтажного провинциального особняка представлена вся мощь империи! Не хватает только ее правителя, гра Барирона!

И Констанс тут единственная, кто даже сидеть не имеет права! В присутствии стольких значительных титулованных лиц! Мама дорогая!

Озарило внезапно. Надо подлизаться к Мэйт. Вот кто поможет леди Котисур решить ее проблему!

– А вы, почему не едите, леди теща? – спросил Генрих. – Без вас мы лишены были бы столь великолепного завтрака!

– Я рада уже тому, что все довольны, – скромно сказала Констанс.

Гра Ферт бросил на «леди тещу» насмешливый взгляд и ее щеки невольно порозовели. Нет уж! К тебе я с этим не обращусь! Было уже! Час на коленях стояла! Хорошо, что сегодня обошлось малой кровью! И то, потому что Герард был на руках!

Почему она вдруг подумала о младшем внуке? Которым машинально закрылась, как щитом. И гра Ферт не тронул. Хотя в его присутствии какая-то бытовая магичка уж точно не смеет стоять! Только на коленях!

– Ваше гостеприимство делает вам честь, леди Котисур, – сдержанно сказала Мэйт. – Я с удовольствием побуду какое-то время с семьей. Провинция летом прекрасна.

– Я тоже задержусь тут на пару дней, Сол, а может и на неделю, – небрежно сказал гра Ферт. – Воздух в деревне и в самом деле хорош в эту пору. А ты в столицу?

– Тогда я тоже… задержусь.

Генерал невольно напрягся. Неужто он гра Калверта недооценил? И Солард что-то подозревает? Всем своим видом дает понять, что есть разговор.

– Давно не видел жену и сына, – пояснил герцог. – Дела подождут. Тем более, что ты здесь, Арис. Нам есть, что обсудить, – намекнул он.

– Ну а я давно не видел провинцию, – невозмутимо сказал гра Ферт. – В доме лорда Росса есть все, что мне нужно.

– О! Я как раз собираюсь его навестить! – спохватился лорд-командующий Арвалона. – Поговорить о Раяне. Кстати, в крепости происходит что-то странное.

– А именно? – сурово спросил генерал.

Вот с Генрихом было просто. Да, есть строжайший запрет на применение ментальной магии, особенно по отношению к высшим лордам. Но тот, кто этот запрет установил, вправе его нарушить, если есть на то необходимость.

Или же по собственной своей воле. В личных интересах.

Гра Ферт лишь слегка коснулся Генриха своей аурой. Не болевой прием, а скорее, успокоительный. Так, терапия. Не нервничайте граф, наслаждайтесь булочками.

– Да, похоже, показалось, – и Генрих знаком попросил у слуги еще чашку кофе. Мгновенно забыв об Арвалоне.

Зато гра Калверт нахмурился. Уловил ментальное воздействие. И встал со словами: