Так же мы с Ивоном организовали фонд направленный на помощь детям. Именно туда пойдут те деньги, которые я буду получать от государства.
Изначально я собиралась подпитывать станции бесплатно, но в итоге решилась на договор. Для обычных жителей электричество все равно будет дешевле, чем раньше, но так и для фонда появятся деньги.
— Точно? – спросила Джулия.
— Да. Точно. Конор меня вчера сразу отвез в больницу на полное обследование и оно подтвердило, что со мной все отлично. Но даже без обследования, я по своему самочувствию прекрасно понимала, что со мной все более чем хорошо.
Я вспомнила о том, каким вчера был Моран. Нервным. Взволнованным. Постоянно смотрел на меня. Спрашивал все ли со мной хорошо. Вечером, когда мы уже были в постели, положил меня на себя, обнимал, целовал. Вчера он даже не стал меня брать, сказав, что мне нужен отдых. А ведь за последние полгода, кажется, не было ни дня, чтобы мы не занимались сексом.
— Кстати, ты не хочешь завтра встретиться? – спросила у Джулии. – Мы с тобой уже две недели не виделись.
Я до сих пор не могла поверить в то, что мы с Джулией действительно подружились.
Изначально ни я, ни она не собирались этого делать. Но все-таки, встречаясь на каких-нибудь мероприятиях, мы иногда общались. Просто для того, чтобы все видели, что мы друг против друга ничего не имеем.
Но в основном наша дружба завязалась на противостоянии другим.
В высшем обществе имелось несколько омег, которые любили всегда находиться на первых местах. И они крайне ревностно, даже критично относились к тому, что о ком-то могут оговорить больше, чем о них.
Сначала Джулия меня кое о чем предупредила. Затем я ее. Постепенно у нас в привычку вошло раз в неделю встречаться и за чашкой чая обсуждать обстановку в высшем обществе. Если нужно, помогать друг другу.
Никогда у нас не возникало никаких критичных ситуаций, но все равно вместе мы стали силой. Сами не понимая этого, подружились.
Я бы не сказала, что мы виделись часто. Все так же лишь раз в неделю, но все равно я уже воспринимала Джулию, как подругу.
— Конечно, хочу, — ответила Джулия. – Как и обычно вечером?
— Да. Ты свободна? Базилио, пожалуйста, оставь в покое Тверона, — войдя в гостиную, я увидела, что мой кот опять пытается умоститься спать на псе Морана.
Я всегда знала, что Базилио выбирает для сна самые неудачные места, но с недавних пор ему понравилось спать на Твероне. Если пес ложился отдыхать, Базилио тут же мостился на нем. Нашел, черт раздери, лежанку.
Еще немного и, уверена, Тверон не станет этого терпеть.
Как жаль, что мой кот настолько безразличная к чужому комфорту скотина.
— Я хотела поехать к Лие. Нужно готовиться к занятиям, но, думаю, ничего страшного, если мы отложим это на один день.
Занятия.
Одно это слово заставило меня улыбнуться.
Со следующего месяца я тоже буду учиться в университете. В том же, в котором учится Конор. Правда, он на занятиях почти не появляется.
— Тогда давай на восемь. Я завтра хочу заехать к Ивону и, думаю, к этому времени освобожусь.
Я услышала медленный, тяжелый выдох Джулии. Она терпеть не могла моего брата. Как и он ее.
Они виделись крайне редко, но, когда это происходило, начинался апокалипсис.
Я раньше часто пыталась с ними поговорить. Понять, что вообще происходит, но со временем все-таки перестала это делать. Иначе, казалось, меня сметет смертоносным вихрем.
Джулия говорила, что мой брат грубый придурок. То, что она привыкла к воспитанным альфам, а Ивон, словно только недавно оказался среди людей.
Брат же говорил, что она жутко избалованная «принцесса». Раздражающая. Бесячая.
Я впервые видела, чтобы Ивона из себя выводила какая-либо омега. Он вообще обычно собран, спокоен, хладнокровен.
Сейчас Ивон тоже жил в центральном районе. В первую очередь по той причине, что ему больше не требовалось присматривать за «семьей».
Еще пять месяцев назад Конор временно отдал им один из особняков своей семьи. Дом, который они давно не использовали. При этом сделав для моей «семьи» пропуск через пункты.
Изначально альфы и омеги отказывались. Это шикарный шанс. То, что они никогда бы в жизни получить не смогли бы, но мы, живя в нижнем районе, привыкли полагаться лишь на то, чего могли добиться сами.
Но, в итоге я смогла их уговорить.
Естественно, Моран не просто так дал им жилье. Альф и омег из моей семьи отправили на учебу. После того, как они ее закончат, будут работать в корпорации Моранов.
Я не думаю, что Конору требовались новые работники. Особенно без образования и опыта. Скорее всего, желающих попасть к нему множество. Но все-таки он это сделал для дорогих мне людей.
За это я обожала Конора особенно сильно.
Ивон же занялся своим собственным делом. Он познакомился с альфой из центрального района. Они разговорились и в итоге открыли фирму по производству датчиков. Это не было спонтанным решение. Они к этому шли постепенно. Но, как оказалось, Ивон в технике понимает куда больше, чем можно было представить. Возможно, у него все-таки имели способности Аристократа, которые проявлялись подобным образом. Ведь никак иначе нельзя было объяснить то, что он без нужного образования мог настолько просто работать со схемами.
Изначально Ивон собирался продолжить жить в нижнем районе. Его, наверное, не волновало, где именно будет находиться его квартира, но все-таки так ближе к фирме. Да и мы могли видеться чаще.
— Хорошо, значит завтра на восемь, — сказала Джулия. – Как и всегда в «Релтоне»?
— Да.
Услышав, что входная дверь открылась, я сама этого не понимая, улыбнулась. Сердце часто, быстро забилось. Хотелось сорваться с места и побежать по коридору. Прыгнуть на своего обожаемого альфу.
— Завтра созвонимся.
Мы с Джулией попрощались и я, положив телефон в карман, быстро пошла по коридору, при этом опять чуть не спотыкнувшись об Остина, который вновь что-то куда-то тащил.
Енот все-таки жил с нами. К сожалению.
Но самое печальное, что в дом его притащила именно я. Это дикая, странная, казалось даже невозможная история, про которую я не хотела вспоминать. Конор до сих пор из-за нее подшучивает надо мной.
Еще буквально несколько секунд, и я увидела Морана. Он как раз закрывал входную дверь, но, когда я бросилась к нему, ловко подхватил меня. Приподнял за бедра и я ногами обвила его талию.
Конор своими губами жадно набросился на мои. Я руками обняла его за шею и простонала. Своим телом прижимаясь к его. Сходя с ума от того, как Моран безжалостно углубил поцелуй. Сделал его по-настоящему безумным и голодным.
Это было нашим обычным «Привет». Попыткой насытиться друг другом даже после малейшей разлуки. Жаждой выказать свое «Люблю».
Конец
