Атлас-3 - Лансон Натали

Оделась и пошла в парк.

Алина ждала у фонтана.

Она выглядела взрослее, чем в моих воспоминаниях. А в глазах – тревога, но и решимость.

– Тётя Софа… – прошептала малышка, и бросилась ко мне.

Я обняла её крепко, ведь на моих глазах росла эта кроха. Я боролась за неё наравне с Дашей, чтобы вылечить, чтобы она смогла полноценно жить, как все.

– Привет, милая. Как ты?

– Нормально, – ответила Аля, но голос дрогнул. – Мама…

– Я знаю, – тихо остановила её, крепче обняв. – Но пока не готова об этом говорить. Понимаешь?

Аля отстранилась и заглянула мне в глаза.

– Понимаю, – прошептала едва слышно. – Я вас всех понимаю.

На мои глаза набежали колючие слёзы, но я нашла в себе силы улыбнуться.

«Какую хорошую девочку мы спасли! Побольше бы таких светлых личностей было в нашем мире!»

Мы сели на скамейку. Алина достала из рюкзака две шаурмы.

– Присоединитесь? Я сегодня ещё не завтракала.

У меня даже в мыслях не было, чтобы отказаться, хотя я успела перекусить омлетом с брокколи.

– Спасибо, Аля. Итак, что ты там говорила…

– Я хочу помочь, – сказала она, глядя прямо в глаза. – Я говорила: у меня есть друзья. Они делают ролики, выкладывают их в тик-токе, делают стримы. Мы можем рассказать правду.

– А ты понимаешь, к чему это приведёт?

– Да. Но… вы же не виноваты.

– Нет. Но мир не всегда выбирает правду. Иногда он выбирает удобную ложь, – сразу начала с предупреждения, чтобы Алина понимала, куда он хочет влезть.

– Тогда мы сделаем правду удобной, – решительно заявила девочка.

Я посмотрела на эту шестнадцатилетнюю малышку – хрупкую, но с огнём в глазах – и улыбнулась:

«Я не одна!»

Сделав глубокий вдох, выдохнула:

– Хорошо. Но только если вы будете слушать меня… и у меня будет обязательное условие: найдите надёжного специалиста, который будет до последнего скрывать ваши ID… или что там? Мало ли, что взбредёт в голову «пиарщице» Белова.

– О! Значит, вы хотите обойтись без славы канала? Хм… надо с ребятами поговорить. Они же надеялись на сенсацию.

– Лучше не рисковать. У меня нет гарантии, что Илья, его безопасник или Наталья закроют глаза на ваши «сенсации». Аля! – Я посмотрела проникновенно на девочку, пытаясь достучаться до центра её самосохранения. – Они заставили твою маму подсыпать мне наркотик! Они угрожали мне тюрьмой за якобы распространение наркоты! Эти люди уже начали своё падение. Я не могу знать, до каких глубин они готовы опуститься, чтобы выйти сухими из воды. Всё происходящее уже дурно пахнет. Конечно, мне хочется верить, что Илья одумается и поступит достойно после двадцати лет счастливого брака, но… глупая наивность оставила меня. Больше «верить» нечем.

Алина прищурилась, не отступив:

– Значит, обойдёмся без «славы»! Создадим фейковый канал – это я умею. О безопасности тоже знаю предостаточно, – на лице Али появилась коварная улыбка. – Не зря в технаре учусь. Прокси-сервер – лучшее, что придумало человечество для подобных вашей ситуации.

– Прокси-чего?

Аля засмеялась, и гнетущее мою душу беспокойство окончательно оставило меня.

Мы проговорили почти два часа. Я рассказала ей всё – про клуб, про подставу, про Дашу, про Илью. Про то, как он заставил меня подписать отказ.

– Он думает, что сломал меня, – подчеркнула в конце. – Пусть так и остаётся. Хочу, чтобы люди видели на вашем канале, как сломанный человек строит свою жизнь заново, а заодно мы тонко дадим понять, что не всё в истории Илья так гладко, как он пытается представить людям. Народ любит ловить лжецов на их же обмане. Когда получу те расписки и узнаю имена написавших на меня донос, было бы круто заснять их признания в обмане Ильи.

– Это будет непросто, – Алина нахмурилась.

– Однозначно, – кивнула я, соглашаясь. – Для этого нужно познакомиться с теми парнями, а там компания ожидаемо плохая.

На губах Алины появилась коварная улыбка.

– Хм… Есть одна мысль.

– Только не ты. Прошу, не связывайся с такими компаниями!

– Я – не буду. Говорю же: у меня много друзей. Одному товарищу давно пора проявить себя. Заодно и…

Аля прикусила нижнюю губу, покосившись на меня.

– Что такое?

Девочка встрепенулась и беззаботно засверкала открытой улыбкой.

– Думаю, с чего начать наш репортаж! Не с обвинений же?

– Лучше, как раз с них и начать! Чтобы привлечь на канал побольше людей. И потом…

Когда мы расстались, я вышла из парка с лёгким сердцем.

Правда хорошее настроение быстро закончилось, когда я открыла дверь такси и вышла на дорожку, ведущую к когда-то родному дому.

Охрана не пропустила меня, заявив, что господин Белов с детьми уехал на конференцию в Сириус, а без него меня не велено пропускать.

«Почему Никита ничего не сказал о поездке в Сочи?» – подумалось сразу.

Касательно моих вещей муженёк всё же оставил распоряжение, поэтому мне, стоящей под накрапывающим дождём, выкатили всего один чемодан на колёсиках, куда однозначно никак не могли вместиться все мои вещи.

Злая, как сотня демонов, я проглотила унижение и, дёрнув ручку, покатила чемодан обратно к такси.

Первое, что я спросила у мужчины:

– У вас видеорегистратор работает?

– Так точно, – по-военному отрапортовал водитель.

– Дадите запись?

– 500 рублей.

– По рукам.

Смахнув с щёк слёзы, которые из-за дождя никто не заметил даже, я откинулась на спинку сидения и прикрыла глаза.

«Что ж! Пару кадров для истории уже сделаны!» – позволила себе немного ядовитого сарказма.

По пути к убогому съёмному жилью заскочила к Вере Митрофановне, чтобы продлить своё пребывание на пару недель, и только потом поднялась к себе.

В квартире пахло горным курортом. Чем не Сириус?! Только наличие помойки за окном не позволяло мне обманываться на этот счёт.

Я легла на диван и включила телевизор, где опять паниковали по поводу пролетающей мимо Земли кометы.

Так и уснула.

Глава 11. Суд

Неделя пролетела незаметно. Как листья с осинового дерева – желтые, красные, коричневые...

И вместе с тем время текло медленно и мучительно, но я старалась не обращать на это внимания.

Каждый день начинался с одного и того же вопроса: "Почему ещё нет повестки?"

Меня это настораживало.

Я даже мысли не допускала, что Илья решил отозвать своё заявление. Такое вообще невозможно! После всего, что произошло, после ультиматума, после угроз – это было бы слишком наивно. Скорей его командировка, на которую он зачем-то забрал и наших мальчиков, тому виной. Хотя... нет. Он бы никогда не уехал, не устроив перед этим очередной "спектакль для галерки". Или... всё же отозвал? Но зачем? Чтобы затянуть процесс? Чтобы заставить меня саму идти в суд? Или... чтобы подготовить что-то похуже?

Впрочем, мне переживать было некогда.

Я занялась плодотворным поиском работы и потихоньку "снималась" в будущих провокационных роликах, которые мы планировали выпустить сразу после развода.

Алина прислала мне контакты своих друзей-блогеров в тот же вечер, и мы вместе с ними отрепетировали несколько сцен.

Всё было продумано до мелочей: как я должна говорить, как держаться, какие эмоции показывать. Я должна была выглядеть жертвой, но не слабой. Обиженной, но не злой. Пострадавшей, но с достоинством.

Впрочем, одно другому не мешало, потому как мои собеседования заканчивались полным провалом, едва потенциальные работодатели узнавали мою фамилию.

Первая встреча была в издательстве – небольшое, уютное место, где я надеялась устроиться переводчицей. Директор, молодая женщина с добрыми глазами, сначала казалась заинтересованной. Но стоило мне назвать фамилию, как её лицо потемнело.

– Простите, София Леонидовна, – сказала она, вставая и протягивая руку. – Мы, конечно, сочувствуете вашей ситуации, но... у нас есть репутация. Да и люди вашего мужа настоятельно рекомендовали… не рассматривать вашу кандидатуру.