– Магия.
– Конечно, – проворчала она. – Что еще скрывает от нас королевская семья?
– Я не уверен. Я не был за приделами лампы достаточно долго, чтобы знать. Мне даже не дают коротких отсрочек, когда я могу уйти, не будучи обязанным исполнять желания.
– Мне жаль.
Она провела пальцами по моей руке.
– Огорчает мысль, что они скрыли это от нас, но мне так же грустно за тебя. Быть джинном – это ужасно.
– Не всегда.
Например сейчас, пока я могу быть с ней. Но это первый раз, когда я забочусь о человеке, который меня вызвал. И последний, вероятно, тоже.
Это будет ужасно, когда я снова окажусь запертым внутри лампы.
Если только я не найду способ сбежать.
Драконица оторвалась от земли, ее крылья взмахнули, чтобы поймать воздух. Она захлопала ими, и мы медленно набрали высоту, пока не воспарили над замком и не устремились к лесу.
У Жасмин перехватило дыхание.
– Это потрясающе. Но и страшно. Я, конечно, никогда раньше не летала. Я привыкла твердо стоять ногами на земле.
– Я тебя поймаю, – сказал я ей на ухо. – Я не позволю никому и ничему причинить тебе вред, даже дракону.
Ее звонкий смех вырывается наружу.
– Я ценю это, мой добрый, королевский джинн.
Я ее джинн, больше ничей. Я больше никогда не буду чувствовать то же самое к другой.
Есть ли способ удержать ее навсегда?
Я едва могу вспомнить, каково это – надеяться, что однажды я встречу свою судьбу. Когда я был простым волшебником, я бы верил, что мы поженимся и будем жить счастливо вместе. Слишком долго я был заперт внутри лампы, подчиняясь чужим прихотям.
Пока я держался за крепкую чешую дракона, порыв ветра развевал мои волосы, принося с собой пьянящий аромат свободы. Такой соблазнительный для джинна, проводящего большую часть времени в клетке внутри бутылки.
Крылья дракона взмахнули, поднимая нас все выше и выше в открытое небо. Солнце светило, согревая мое лицо, а аромат лесных цветов наполнял воздух.
– Все, что находится под нами, кажется таким маленьким, – сказала Жасмин. – Мне кажется, что мы единственные, кому позволено это видеть, хотя я знаю, что это неправда.
Я наклонился в сторону, глядя в ее глаза, сияющие благоговением и волнением.
– Ты когда-нибудь летал на драконе? – спросила она.
– Только один раз, и чтобы исполнить желание.
– Это было так же чудесно?
– Все в моем прошлом – лишь тень того, что у меня есть сейчас с тобой, Жасмин.
Она откинулась назад в моих объятиях.
– Я хотела бы...
Я не хотел спрашивать, хотя то же самое желание отдавалось во мне. Я хотел быть с ней вечно, но лампа и окружающее ее заклинание никогда не позволят этому случиться.
Мы продолжили полет, и крылья дракона понесли нас над густым пологом леса.
– Это выглядит волшебно, – сказала она, протягивая руки, чтобы поймать воздух. – Посмотри, как все пышно и зелено, как солнечный свет проникает сквозь изумрудные листья, отбрасывая мерцающие узоры на лесную подстилку внизу.
Ее глазами это было удивительно.
Несколько фей взлетели и парили рядом с нами, их крошечные розовые крылышки сверкали, как драгоценности, покрытые каплями росы. Они хихикали и указывали, но я не чувствовал никакой злобы. Посмеявшись еще немного, они метнулись обратно в густую растительность внизу.
Жасмин вздохнула.
– Не могу поверить, что я только что увидела...
– К счастью, добрых фей.
– Есть злые?
Она улыбнулась мне через плечо.
– Лучше тебе не знать.
– Пока одна из них не влетит в мою спальню и не превратит меня в жабу.
– Я позабочусь, чтобы этого никогда не произошло.
Я едва мог сдержать улыбку. Когда ее желания исполнятся, я не смогу защитить ее от таких вещей, как злые феи.
Или злые ведьмы.
Лес расступился, и Фариса нырнула к берегу над мерцающим озером, ее когти мелькали по поверхности. Запах свежей, чистой воды смешивался со сладким ароматом цветущих вдоль берега цветов. Вода сверкает, словно покрыта тысячью бриллиантов.
Все ощущается по-другому, как будто я вижу это впервые. Я уверен, что уже был здесь раньше. Я побывал во всех местах этого мира за все эти века. Но с Жасмин все совершенно новое.
– Это чудесно, – выдохнула она, прижимаясь ко мне. – Если бы мы могли остаться здесь навсегда, пролетая над озером и в горы за ним.
– Я тоже этого хочу.
К сожалению, Фариса медленно повернулась и понесла нас обратно к замку.
– Мы что-нибудь поедим, когда вернемся, – сказал я.
По крайней мере, я с нетерпением ждал обеда рядом с ней.
– Но помни, ты должна попросить о своем первом желании до того, как солнце покинет небо сегодня. Второе – к концу завтрашнего дня, а третье – до того, как закончится тот день.
– Я хочу быть с тобой все время, Бошан.
– Никогда не желай этого, – сказал я, не в силах скрыть страх в голосе. – Тебе не понравилось бы оказаться запертой со мной в лампе.
Она бы точно возненавидела меня.
– Может быть, мне бы этого и хотелось. По крайней мере, ты больше не будешь одинок.
В ее голосе звучала простая честность.
До конца своих дней я буду дорожить осознанием того, что она говорила серьезно.
– Не знаю, что бы делала лампа, если бы ты была там со мной, – сказал я.
Она посмотрела на меня.
– Что может быть хуже того, что с тобой сделали до сих пор?
Она не хочет знать.
Глава 16
Жасмин
Фариса приземлилась, как и другие драконы, катавшие гостей, показывая мне, что другие, должно быть, решили, что это может быть весело. Мы соскользнули с ее спины.
Я подошла к ее голове и погладила ее лицо.
– Спасибо, милая. Это был один из самых замечательных опытов в моей жизни.
Она подтолкнула меня в живот и посмотрела на меня глазами, которые, казалось, видели мою душу. Чувствовала ли она, какой беспорядок у меня внутри? Я отчаянно хотела помочь сестре, и я быстро становилась отчаянно желающей быть с Бошаном вечно.
– Есть ли способ? – прошептала я ей на ухо. – Разве неправильно просить о чем-то, что предназначено только для меня?
Она тихонько фыркнула, и я восприняла это как нет. Жизнь прокляла его остаться с лампой, а меня жизнью в деревне.
– Если вы все зайдете внутрь, – крикнул один из сотрудников, махая рукой с края поля, – мы приготовили пир, который вас удивит.
Бошан протянул руку, и я соединила наши пальцы. Мы последовали за остальными к замку, но, прежде чем я шагнула в огромные открытые двойные двери, я оглянулась.
Фариса все еще смотрела на нас, и я могла поклясться, что прочитала печаль в ее глазах.
Мы пошли в столовую, и персонал приносил блюдо за блюдом, опуская каждую тарелку перед нами. Я едва могла что-либо съесть. Осознание того, что мне придется использовать желание до полуночи, грызло мои кости.
Выйдя из столовой, мы расположились в огромной гостиной вместе с другими гостями, хотя и сидели отдельно от них, пока они играли в карты и другие игры за столами. Раздавался звонкий женский смех, за которым следовали тихие смешки их сопровождающих.
Я перебирала драгоценности в корзине. Столько богатства; оно поможет мне и моей сестре на долгие годы.
Но это не могло ей помочь.
– Мне это не нужно, – прошипела я. – Я просто хочу, чтобы моя сестра была здорова. Почему я не могу обменять их на что-то подобное?
Он обнял меня за плечи, и мне стало немного лучше.
И тут меня осенило.
– Я знаю, чего хочу в качестве своего первого желания, – прошептала я.
Он встал и взял меня за руку, потянув с дивана, и мы вышли из комнаты. Снаружи мы прогулялись по тропинке, петляющей через прекрасные сады, лишь изредка встречая кого-то еще. Наконец, мы расположились на деревянной скамейке внутри беседки, заросшей жимолостью, которая наполняла воздух ароматом.
