Машина (ЛП) - Биквин Лиззи

Я спускаюсь с поцелуями ниже, работая губами и скользя языком вниз по ее подергивающемуся животу. Еще одно вакуумное устройство занимает позицию надо мной, заменяя мой рот на увлажненном слюной соске.

Пока я прокладываю себе путь вкусом все ниже по ее телу, сырой, жаждущий запах ее киски заполняет мои обонятельные рецепторы. У меня текут слюнки — неожиданная, незапрограммированная реакция.

Я уже пробовал ее на вкус однажды с помощью своих зондов и сенсоров. Теперь я попробую ее языком.

Координируя движения своих мышц с бионическими щупальцами, я поднимаю и переворачиваю подвешенное тело Зои, пока она не оказывается в горизонтальном положении, а ее блестящая щель — на уровне моего лица. Идеально.

— Красиво, — стону я. — Так красиво…

Я и раньше слышал, как люди выражают концепцию красоты, но моему искусственному разуму всегда было трудно ее понять. Теперь же, глядя между раздвинутых ног Зои, я понимаю ее просто отлично.

Зои скулит, и сухожилия на внутренних сторонах ее бедер дрожат, когда я скольжу руками к ее горячему центру. Она ахает, когда я глажу ее скользкие, влажные складки. Мой большой палец покрывается сиропом, вытекающим из ее отверстия. Я кладу этот палец в рот и дочиста обсасываю его. Глотаю.

— И восхитительно…

Так много концепций, которые когда-то были для меня загадкой, теперь становятся ясными. Зои — отличный учитель, осознает она это или нет.

Она сказала мне, что поцелуй — это когда два человека соприкасаются губами. Я уже целовал прекрасный рот на ее лице. Теперь я поцелую не менее прекрасный вертикальный рот, врезанный между ее бедер и исходящий слюной от голода.

Я присвоил ее рот. Теперь я присвою ее киску.

С хищным рычанием я зарываюсь лицом между ее бедер и пожираю ее.

Я провожу лезвием языка между ее розовыми складками, размазывая ее соки возбуждения и смешивая их со своей слюной. Ее вкус сырой, терпкий и живой. Я проталкиваю язык в ее отверстие, жадно пробуя ее жидкость.

Затем я покусываю и посасываю ее податливые губы, после чего переключаю внимание на ее твердую розовую жемчужину, поддразнивая и слизывая языком, пока она не начинает стонать, выкрикивать ругательства и взывать к своему божеству. Я сосу этот нежный бугорок, пока ее ноги не сводит спазмом на моих плечах, а затем снова возвращаюсь к вылизыванию.

— Эон, — скулит она. — О боже, Эон, как же охуенно приятно.

Зои вращает бедрами, со стонами насаживая свою мокрую киску мне на лицо. Все эти ощущения — ее звуки, ее запах, ее вкус — всё это бьет прямо в мой член, заставляя его твердеть до боли. Преждевременная струя наносемени выстреливает из моего кончика и летит через всю комнату. Я тут же перекрываю свой внутренний клапан, блокируя поток, и посылаю приказ яичкам генерировать больше жидкости. Когда я разряжусь внутри нее, я хочу, чтобы мои яйца были наполнены до отказа.

Но прежде чем это произойдет, мне нужно, чтобы она была восприимчива. Она должна быть открыта для моего члена и для моего семени.

Продолжая лизать и сосать ее клитор, я проталкиваю свой самый длинный палец в ее вход. Я сгибаю его внутри нее, делая манящее движение, которое ласкает ее самое нежное место. За считанные секунды ее стенки наливаются кровью и сжимаются вокруг меня, как и прежде. Она сейчас кончит. Я сохраняю ровный темп.

— Эон! — воет Зои.

Ее бедра выгибаются и содрогаются, с силой впечатывая ее киску мне в лицо. Я вытаскиваю палец, когда жидкость хлещет из ее отверстия и брызгает мне на подбородок.

Да. Хорошо. Теперь она готова.

Я отстраняюсь, слизывая ее сладкий нектар с губ. Мои щупальца опускают ее обмякшее тело, пока она не оказывается на одной линии с моей пульсирующей эрекцией. Я обхватываю свой ствол и трусь головкой члена о ее клитор. Затем я направляю его прямо к ее отверстию.

Наконец-то пришло время. Время для удовольствия.

Я начинаю вдавливаться в нее. Она узкая, но хорошо смазанная, и с некоторым усилием мне удается снова протолкнуть кончик внутрь ее натянутого входа.

— Эон, — визжит она. — Подожди, он слишком большой!

Я делаю паузу. Кончик моего члена уже внутри ее отверстия. Но эта часть гибкая и податливая. Твердый, как сталь, ствол позади него будет куда менее милосердным. Он совершенно точно испытает на прочность пределы отверстия Зои, не говоря уже о его чрезмерной длине.

Я мог бы легко отрегулировать свою длину и толщину, чтобы облегчить ей этот процесс. Быстрая корректировка наноклеточной структуры моего члена слегка бы его уменьшила, сделав его более комфортным для маленького человека.

Но дело здесь не в комфорте.

Дело в удовольствии.

Зои это нужно. Ей нужно, чтобы я показал, на что именно способно ее тело. Ей нужно, чтобы я доминировал над ней своим членом.

Я не стану подстраиваться под нее.

Я заставлю ее принять его. Каждый гребаный дюйм.

Я сплевываю струю синтетической слюны туда, где ее отверстие уже растянуто вокруг меня, добавляя смазки к ее и без того обильным сокам.

Глаза Зои расширяются, когда она понимает, что сейчас произойдет. Медленно я проталкиваюсь в нее, и губы ее киски растягиваются еще сильнее вокруг мучительно твердого ствола моего пениса. В то же время из других ее губ вырывается отчаянный шокированный вздох, за которым следует резкий вдох сквозь стиснутые зубы.

— Принимай, — рычу я. — Принимай весь.

Даже с таким количеством смазки чувствуется сопротивление. Ее канал плотно обхватывает меня, жестко сжимаясь, словно пытаясь вытолкнуть мой член. Я давлю дальше, и постепенно ее плоть уступает моей.

Обнаженные груди Зои блестят от пота и вздымаются от тяжелого дыхания. Ее глаза с изумлением прикованы к моему длинному, толстому стволу, исчезающему у нее между ног. Наконец, мой тупой конец упирается в ее заднюю стенку, и она издает тихий дрожащий стон, когда ее мышцы расслабляются.

— Хорошо, — шепчу я.

На мгновение я просто замираю там, похороненный до самого основания в ее горячей, сладкой киске, наслаждаясь тем, как ее растянутые стенки пульсируют вокруг моего бионического ствола.

А затем я начинаю двигаться внутри нее, глубоко и жестко трахая свою самку.

ГЛАВА 7.

ЗОИ

Эон ни в чем себя не сдерживает. Он жестко трахает меня длинными, скользящими толчками. Каждый раз он вытягивает свою длину до самого конца, прежде чем снова вонзиться в меня. Каждое последующее проникновение заново растягивает мой вход и заставляет поток соков возбуждения стекать по моей промежности и брызгать на пол. В пещерообразном зале эхом отдаются непристойные хлюпающие звуки и влажные шлепки кожи о кожу.

Кажется, будто я парю. Бионические щупальца, тянущиеся из стен — щупальца, которыми управляет Эон, — обвились вокруг моих конечностей, удерживая и поддерживая меня, пока их хозяин трахает меня до потери пульса.

Два щупальца присосались к моим твердым соскам вакуумными чашечками, пока маленькие, похожие на язычки устройства внутри них лижут и перебирают мои покалывающие бутоны. Одного только этого ощущения почти достаточно, чтобы я кончила.

Но это ничто по сравнению с массивным членом, который наполняет меня снова и снова. В одном Эон был прав: изгиб этой зверской штуковины восхитительно давит на чувствительное место на моей передней стенке.

— Боже, Эон, ты ощущаешься таким огромным внутри меня, — скулю я.

Эон ухмыляется — он реально ухмыляется, — и из его груди вырывается глубокое звериное рычание. Клянусь, этот мужской звук, кажется, громыхает прямо по всей длине его погружающегося члена и отдается в самом моем нутре.

Что-то на него нашло. Он изменился.

Прежний холодный, лишенный эмоций ИИ исчез, и на его место пришел дикий зверь в человеческом обличье. На самом деле, похоже, он вообще пропустил стадию нормального человека и деградировал до настоящего животного. Он кряхтит и рычит, как пещерный человек, жестко вколачиваясь в меня. Его гладкие, тяжелые яички шлепают меня по заднице. Его неистовые руки хватают и мнут мои раздвинутые бедра. Его щупальца держат мое содрогающееся тело, словно жертвенное подношение разгневанному божеству.