Кости (ЛП) - Спир К. Л.

Я оглядела маленький сейф. Изредка у меня были наркотики, чтобы использовать их на Жнецах, но это была роскошь и ответственность. В девяти случаях из десяти их крали и использовали для развлечения, если только Джак не запирал их в своей палатке. Я попробовала поднять сейф, он не поддавался. По крайней мере, кому-то было бы трудно вытащить его из лечебницы.

Три маленьких окна на чердаке пропускали немного солнечного света. Я не могла видеть ничего, кроме неба, но мне нравился естественный свет. Я попробовала щелкнуть выключателем возле двери, вглядываясь в единственную лампочку, свисающую с потолка. Ничего не произошло, но я знала, что в анклаве есть электричество, потому что в сторожевой башне горел свет. Я поднялась по лестнице на чердак, и обнаружила менее грязный уголок, где лежал матрас, маленький комод, пустой, если не считать нескольких пауков, и деревянный стул.

Я стояла посреди чердака с комом в горле. Это место могло бы стать особенным. У меня была своя лечебница. Я могла бы приносить пользу, но будет ли это вообще учитываться при выполнении всех моих «специальных проектов»? Я вспомнила благоговейный трепет, который испытала, когда впервые исцелила, мое детское возбуждение от того, что я могу облегчить страдания. Тогда это казалось таким простым, но вместо этого я была вынуждена скрывать свою силу всю свою жизнь. Теперь мне, наконец, не нужно было прятаться, но я… Я пытала людей.

Если бы мой брат увидел, во что я превратилась, он пришел бы в ужас.

Я запихнула эту мерзкую мысль обратно в темные глубины своего разума, где ей самое место. Все, что я могла сделать, это продолжать идти, даже когда эта мысль наполнила меня смертельной усталостью. Я должна была продолжать идти. Я должна был продолжать пытаться искупить всю кровь на своих руках, это был единственный выход, и я должна была нести это бремя. Я бы нашла способ выбраться отсюда. А пока мне просто нужно было подыграть.

Я до смерти напугала Гриза, когда распахнула дверь, выпуская наружу облако пыли. Он заглянул внутрь, кашляя, пока я выливала ведро грязной воды, отмечая мой прогресс в уборке всего.

— Выглядит неплохо, — сказал он, прежде чем вернуться к своему креслу и откинуть его назад, чтобы балансировать на двух ножках, положив винтовку на колени.

Я уставилась на оружие, и мой желудок скрутило. Я не была уверена, он был нужен для того, чтобы заставить меня сотрудничать или для того, чтобы держать других людей подальше.

— Тебе что-нибудь нужно? — спросил он, и я заметила, что он наблюдает, как я изучаю его оружие.

— Нет, — отрезала я, топая обратно внутрь, чтобы заняться чердаком.

4

Я старалась убрать всю паутину с чердака, когда дверь с грохотом распахнулась.

— Боунс! — Позвал Гриз.

Адреналин пробежал по моему телу, и я спустилась по лестнице. Гриз стоял посреди лечебницы с мужчиной, держащим на руках маленького мальчика. Мальчик выглядел бледным и осунувшимся, а грудь до ужаса неподвижной.

— Он болел, — сказал мужчина с паникой в голосе. — Лихорадка. Но теперь он не просыпается.

Я двинулась, прежде чем он закончил говорить, взяла мальчика из его рук и осторожно положила его на смотровое кресло. Я попыталась нащупать его пульс; он был таким слабым. Он весь горел, его маленькое тело отказывало. Я взглянула на Гриза, неуверенная в правилах.

— Могу я воспользоваться своей силой? — Спросила я, надеясь, что мой голос звучит спокойно, а не на грани слез.

Гриз посмотрел на меня так, словно у меня выросло две головы.

— Да…

Облегчение охватило меня, и я не стала ждать продолжения. Я положила руки на плечи маленького мальчика и сосредоточилась. Ядро тепла болело, как больная мышца, но откликнулось, когда я направила его в маленькое тело ребенка. Я услышала, как мужчина ахнул, когда краска прилила к лицу маленького мальчика. Тепло, проходившее через меня, ослабло, а затем исчезло, и мальчик сделал глубокий прерывистый вдох и открыл глаза.

— Папа? — спросил он.

Мужчина поднял его на руки и крепко обнял. Мне пришлось отвернуться, эмоции угрожали погубить меня. Мужчина поблагодарил меня дрожащим голосом.

— В следующий раз приводите их раньше, — сказала я, поворачиваясь обратно, как только поняла, что не сделаю такой глупости, как слезы.

Мужчина выглядел пораженным моим холодным ответом, но он просто кивнул и пообещал, что так и сделает, прежде чем уйти со своим ребенком на руках. Я начисто вытерла столешницу.

— Почему ты спросила, можешь ли ты использовать свою силу? — Спросил Гриз с любопытством в голосе. — Мадам что-то сказала?

Я повернулась к нему спиной и начала полоскать тряпку.

— Нет.

— Так почему ты спросила?

— Я не была.…Я не была уверенна, разрешено ли это.

— Что значит разрешено?

— Джак не позволил бы мне использовать это ни на ком, кроме него, — пробормотала я.

Я не оборачивалась, чтобы не видеть выражения его лица, но он звучал сердитым, когда прорычал:

— Ублюдок.

Я осталась стоять лицом к раковине, опираясь на холодный металл. Когда адреналин схлынул, меня захлестнул сбивающий с толку рой облегчения и гнева. Я была в ужасе от того, что мне придется смотреть, как этот мальчик умирает у меня на глазах, зная, что я могла спасти его. Как было множество раз. Ярость на Мака и его команду за то, что они притащили меня сюда, осталась, но я также не могла отрицать, что слезы благодарности подступили к моим векам.

— Так ты была просто личным целителем Джака? — Спросил Гриз.

— Нет. Я лечила всех, — пробормотала я.

В долгой паузе я ждала следующего вопроса.

— Так что бы ты сделала для остальных, если бы не могла использовать свои способности? — Наконец спросил Гриз.

Стыд обжег мне лицо.

— Все, что могла, как обычный лекарь, но в основном я просто наблюдала, как они умирают.

— Они знали, что у тебя есть способности?

— Нет, — сказала я, затем уточнила: — По крайней мере, несколько недель назад.

Когда Джак привел меня в свою банду и представил как нового целителя, изумление и возмущение на лицах присутствующих не было неожиданностью. Я ждала объяснений, но он просто ушел, потянув меня за собой. Сердитый ропот преследовал нас, и я не понимала, почему он не говорит им, что я не просто ребенок, что у меня есть целебные способности. Я пыталась набраться смелости и спросить, когда он затащил меня в свою палатку и сказал, что я могу использовать свои целебные способности только на нем.

— Ты мой маленький Ангел, — шептал он, гладя мои волосы. — Никому не говори. Если бы они узнали, они бы причинили тебе боль и использовали тебя, но я защищу тебя, хорошо, Ангел?

В тот момент он казался добрым, и я пристально посмотрела на него, задаваясь вопросом, не было мое мнение о нем неверным. Он улыбнулся, когда я встретилась с ним взглядом, но от его холода у меня по коже побежали мурашки.

Его рука, гладившая мои волосы, сжала их в кулак, удерживая мою голову болезненной хваткой, от которой у меня перехватило дыхание.

— Ты никого не тронешь, пока я не скажу. Ты меня слышишь?

Я слышала его громко и отчетливо.

Я не была уверенна, почему продолжала говорить, но тем не менее.

— Один из людей Джака принес мне все медицинские учебники, которые смог найти, и я перечитывала их снова и снова, пока не выучила наизусть. Остальное — опыт. — Я глубоко вздохнула и вытерла влагу с глаз. — Мне нужны кое-какие припасы. Мыло для начала. Немного спирта для стерилизации…

Я обернулась, перечисляя, и запнулась, когда поняла, что Трей стоит рядом с Гризом. Я не знала, сколько он услышал. Я отвела взгляд и заставила себя продолжать, как будто мне было все равно.

— Одеяла, фонарик, если они у вас есть, пару раскладушек и смену одежды.

Гриз кивнул, но затем взглянул на Трея. Я проследила за его взглядом, чувствуя, как мой желудок сжался от беспокойства на лице Трея.