Нью-Йорк (ЛП) - Андрижески Дж. С.

Мужчина оторвал взгляд от лица видящей, на которую смотрел сверху вниз.

Я вздрогнула.

На нём были тёмные очки, которые я видела только на военных, сделанные из того же мерцающего тёмно-зелёного металла, запрещённого к коммерческому использованию. Я никогда не видела, чтобы у кого-то, кроме военных или представителей СКАРБа, были такие очки.

Впрочем, это не единственная причина, по которой я так пристально смотрела.

Из-под защитных очков с толстой оправой и чёрной униформы без видимых знаков отличия на плечи мужчины падали длинные вьющиеся рыжие волосы. Его широкое лицо было так усыпано веснушками, что казалось загорелым. Он улыбнулся мне, сверкнув желтеющими зубами, и я посмотрела поверх его широких плеч и куртки из натуральной кожи с заклёпками, которую он носил поверх форменной рубашки.

Ощущение нереальности происходящего охватило меня, когда я сосредоточилась на его мускулистых руках, сжимающих электрошокер армейского класса.

Джон оттащил меня ещё дальше, борясь с моими всё ещё сопротивляющимися конечностями.

Вокруг упавшей видящей начала собираться толпа.

Они держались на расстоянии, оставляя свободное пространство вокруг неё и мужчины с электрошокером, но на этой разделительной линии они толкались, чтобы увидеть упавшую видящую.

Я продолжала смотреть на рыжеволосого, не веря собственным глазам.

Однако я была уверена, что это он.

Он стоял и смотрел на меня с двумя приятелями у входа в аэропорт SFO незадолго до того, как взорвалась бомба. Конечно, я не могла сказать с абсолютной уверенностью, потому что на нём были эти защитные очки, но это должен быть он.

Та же потрёпанная кожаная куртка. Те же волосы. Тот же рост и телосложение. Те же жёлтые зубы со слишком длинными резцами. Те же татуировки на руках и шее. Та же неряшливая рыжевато-каштановая борода. Те же стальные шипы в ушах.

Бармен сказал, что у парня, который передал ему записку, были рыжие волосы.

Я отбивалась от цепких пальцев Джона, всё ещё пребывая в шоке от нападения на женщину-видящую, не в силах поверить, что это тот же самый парень, и не в силах осознать, что это не он.

— Отпусти её! — услышала я свои слова. — Отпусти её! Она ничего не сделала!

Я посмотрела на её лицо.

Её глаза были широко раскрыты. Я увидела в них страх, почти почувствовала его в ней, пока она тяжело дышала, прижимаясь к асфальту. Она смотрела на меня с мольбой, её тёмно-фиолетовые глаза открыто просили меня о помощи.

Я не была уверена, что она была проституткой, но предположила, что так оно и есть.

Проституция по-прежнему оставалась самой распространённой профессией для видящих.

К тому же, в этой категории легче всего было получить разрешение на ввоз. Несмотря на это, проститутки-видящие были дорогими по сравнению с обычными людьми, поэтому меня до чёртиков потрясло, что парень мог причинить ей боль. Человека могли оштрафовать на огромные суммы за нанесение ущерба видящим с хозяевами, особенно за то, что могло повлиять на стоимость их перепродажи или работы.

Так где же, чёрт возьми, был её владелец?

Никто же не будет настолько глуп, чтобы позволить принадлежащему им видящему разгуливать в одиночестве, не так ли? Я не могла себе этого представить, даже в Нью-Йорке. Они были слишком ценными.

Уставившись на вывеску ближайшего секс-клуба, я подумала, не принадлежит ли она им. Это могло бы объяснить, почему она оказалась на улице одна; это всё равно было странно, но уже не так странно, если она находилась так близко от своего места работы.

Мне пришло в голову, что, может быть, мне стоит зайти внутрь — хотя бы постучать — и посмотреть, не заявит ли кто-нибудь свои права на неё, пока этот придурок с электрошокером не навредил ей по-настоящему.

— Эй, — я повысила голос, обращаясь к парню с рыжими волосами. Прикусив губу, чтобы не накричать на него, я подняла руку, заставляя себя улыбнуться. — Эй, вы можете отпустить её, сэр. Это была моя вина, ясно? Я не смотрела, куда иду. Вам не нужно её наказывать… Мне совсем не больно.

Мужчина улыбнулся мне, показав свои длинные резцы.

— Элли, — Джон наклонился ближе и прошептал мне на ухо. — Он из СКАРБа. Заткнись на хрен.

Я стиснула зубы.

Не обращая внимания на Джона, я попробовала ещё раз.

— Эй! — повторила я громче. — Правда. Она не сделала ничего плохого. Я налетела прямо на неё. Спросите любого здесь. Кто-нибудь ещё, должно быть, видел, что произошло…

Мужчина с электрошокером придавил её ботинком, всё ещё улыбаясь мне.

Видящая захныкала, и я сжала челюсти.

— Мы все это видели, мисс, — сказал он, ухмыляясь ещё шире.

— Тогда уберите свой грёбаный ботинок с её шеи! — огрызнулась я.

Джон сильнее потянул меня за руки. Когда я взглянула на него, он покачал головой, в его глазах читалось предупреждение.

К тому времени толпа увеличилась.

Мы перешли Пятую авеню и оказались неподалеку от того места, где вдоль Центрального парка выстроились в ряд конные экипажи. Было уже почти десять утра, и весь район был запружен туристами, уличными художниками, продавцами безделушек, тележками с едой и виртуальными терминалами. Лошади в старомодных шорах и сбруе стояли вокруг и ели кормовую смесь из торб, терпя то, как дети теребили их липкими руками и дёргали за уши.

Часть толпы туристов была оттеснена на проезжую часть, когда они остановились поглазеть на упавшую видящую, из-за чего машины начали сигналить, а роботы-такси притормаживали, объезжая их.

Я оглядела кольцо людей, уставившихся на тротуар.

— Серьёзно, — я адресовала свои слова всем и ни к кому. — Кто-нибудь ещё видел, что произошло? Она ничего не сделала!

Никто из прохожих, казалось, не хотел обращать внимания на мои слова или даже встречаться со мной взглядом. Позади меня Джон всё ещё пытался вывести меня из круга вокруг видящей. Я знала, что он хотел сделать меня менее заметной.

Я даже понимала, почему — мне просто было всё равно.

Я оглянулась на рыжего, который всё ещё держал свой ботинок на шее видящей.

Судя по его форме, он мог быть сотрудником службы безопасности компании или даже какого-нибудь специального подразделения полиции Нью-Йорка, но я подозревала, что Джон прав. Судя по защитным очкам и электрошокеру, он, скорее всего, был из СКАРБа. Взглянув на его пояс, я увидела два пистолета в кобурах, а также свисающий с его пояса стеклянный проводной механизм, который я никогда раньше не видела.

Я не могла заставить себя поверить, что его появление здесь было простым совпадением.

Я просто понятия не имела, что это значит.

Я всё ещё смотрела на него, когда рядом с ним появился ещё один человек.

На втором парне не было ни формы, ни защитных очков, поэтому я сразу узнала его.

Его бритая голова блестела на утреннем солнце над длинной, заплетённой в косичку чёрной бородой. Татуировка в виде дракона на его шее выглядела именно так, как я запомнила, когда мы были в аэропорту. Он улыбнулся мне, как и рыжеволосый, и я увидела единственный серебряный зуб в форме заострённого клыка.

Он был одет так же, как и в Сан-Франциско: тёмная футболка с белым рисунком в виде трёх спиралей, поношенные чёрные джинсы и мотоциклетная куртка из искусственной кожи. Я увидела рукоятку пистолета, торчащую у него из-под куртки, а в руках он держал второй пистолет, на вид автоматический, с большим количеством зелёного металла, вплетённого в ствол.

Если бы не первоклассный армейский пистолет, он мог бы сойти за полицейского в штатском, только на самом деле он на него не был похож. Он направил модифицированный пистолет на видящую, и я увидела, как рыжий в военной форме что-то сказал ему, в то время как он ударил видящую ботинком в лицо.

Затем к ним присоединился третий мужчина, и я почувствовала, как моё сердце сильнее забилось в груди.

Глава 10. Излишняя сила