Драконья сталь. Том 3 - Геярова Ная

Во многом – благодаря вовремя появившемуся Кайканару.

По поводу Эйлы и ее возвращения к дайкари был собран целый совет.

Маги говорили много, правитель хмурился.

Дерлариан выступал больше всех – обвинял Эйлу в предательстве рода. Мы узнали, что именно его пророчили в будущие мужья нашей целительнице, и ее побег к другому стал для него ударом по драконьему самолюбию.

А еще оказалось, что Дерлариан – капитан драконьей стражи и главный дознаватель дайкари.

Кроме него, в заседании участвовали и другие представители высших семей черных драконов. И после долгих споров, под сильнейшим давлением мага жизни, а также слов Дэя о том, насколько Эйла помогла нашему народу, Совет все же вынес вердикт: в сложившейся ситуации любой дракон необходим стае.

А следом прозвучал приговор – печать снять, магию и крылья вернуть.

Церемония снятия печати должна была пройти завтра.

Официально – мероприятие закрытое, но меня и Дэя пригласили. Лично Эйла попросила.

Я даже представить себе не могла, что там будет происходить, и как изменится Эйла, когда снова обретет крылья.

Любопытно, как она выглядит в истинном облике? Ведь каждый дракон уникален.

Вот, к примеру, правитель Аширашир – огромный, с величественной черной короной и шипастой гривой. Такие встречаются редко.

Дерлариан, которого мы уже видели в образе парящего, отличался острыми шипами на хвосте и небольшими роговыми наростами между ушей.

Сначала нам казалось, что все черные драконы одинаковы, но чем дольше мы жили среди них, тем отчетливее понимали – они разные. Мы научились различать их по мордам, хвостам, лапам, глазам и даже по форме крыльев.

И от этого мне все сильнее хотелось увидеть именно Эйлу.

– Ты у меня в спине дыру прожжешь, – вывел меня из мыслей Зейн.

– А ты чувствуешь мой взгляд? – удивилась я: парень ведь ни разу даже не повернулся ко мне.

– В меня влили драконью кровь, чтобы уничтожить проросшую искаженную магию, – напомнил он сухо. – Так что теперь у меня нюх как у собаки и зрение как у грифона. И да – я ощущаю, как ты пялишься в мою спину.

Я вздохнула и уставилась в тетрадь.

Если честно, все, что рассказывал профессор, я уже знала. Меня всему этому когда-то учил Райш. Правда, слушала я его тогда вполуха – мы ведь были связаны драконьей сталью, а он утверждал, что можно иначе…

Но тогда я не прислушивалась к его наставлениям.

А теперь, вспоминая то время, ловила себя на мысли, что будто снова слышу голос золотого дракона.

Интересно, как он там?

Райш…

После той ночи он снился мне еще один раз.

Я видела его в подземелье, в том самом месте, где оставила перед последней встречей с Дэем, в моей другом будущем.

Дракон лежал, скованный магическими цепями, вытянув голову и тяжело дыша. Свет от редких факелов скользил по золотым чешуйкам – не блестел, а тускнел, становясь серым.

Мне казалось, что и сам дракон сереет, теряя прежний блеск и яркость окраски.

Я шагнула ближе.

– Райш… – позвала тихо, присела перед ним и коснулась ладонью его большой морды. – Прости. Я теперь все поняла. Прости меня. Я виновата – перед тобой и перед всей стаей… Я не имела права так поступать. Если бы я только могла спасти тебя…

Он глубоко вдохнул и приоткрыл глаза. Эхо его голоса, чуть слышное, прозвучало прямо в моей голове:

«Шайра… ты смогла… Верь в себя…».

Он дышал тяжело, с усилием выплевывая хрипы из легких.

Я чувствовала, как ему плохо. Это было так же, как в те времена, когда мы были связаны. Мы чувствовали друг друга.

И сейчас, сидя рядом с ним, у меня в голове начала образовываться странная пустота, и появилось ощущение, будто кто-то упорно пытается проникнуть в мое сознание.

Райш тихо застонал.

«Она пытает меня… она хочет узнать…».

И тут же издал глухой, полный страдания рык.

Я ощутила его боль – пронзившую сначала голову, а следом и все тело. Меня словно ломало изнутри, будто что-то острое впивалось в кости.

Рык Райша оборвался, дракон закатил глаза.

– Райш! – закричала я. – Борись! Ты должен бороться… Райш!

И я проснулась – от собственного крика.

Сердце билось где-то в горле.

Даже проснувшись, я ощущала боль в костях и ту самую дымку в сознании. И до самого утра так и не смогла заснуть.

Больше он мне не снился…

При мысли о Райше и золотых драконах память снова вернула меня к Каю.

Месяц – слишком короткий срок, чтобы привыкнуть к тому, что старосты больше нет рядом.

Первую неделю мне все время казалось: вот-вот кто-то скажет, что он выжил. Что это ошибка. Что мы войдем в целительскую палату – и Ник улыбнется, воскликнув:

– Да он жив, просто… просто…

Просто что?

Разве можно было там выжить? Чем я пытаюсь себя обманывать? Тем, что не видела его тело? Что вообще не видела его там?

Сердце болезненно сжалось.

Многие из нас так и не нашли тех, кого искали, когда пришли в Дайкар.

Я подняла взгляд и посмотрела на Дэя.

Он, как и все, сидел на лекции, сосредоточенно делая записи. Кто бы мог подумать, что я когда-нибудь окажусь в одной группе с самим капитаном?

А вот теперь – сидим рядом за партами, пишем. Он, как и остальные, был аккуратен и внимателен, только вопросы задавал чаще всех, стараясь вникнуть во все до мелочей.

По вечерам после лекций капитан собирал нас в каминном зале и устраивал опрос – с такой тщательностью и усердием, какого не проявляли даже профессора Дайкари.

И я понимала, почему.

Дэй пытался отвлечься от любой мысли о Мей.

Для него это было так же больно, как для меня – думать о Кае.

По крайней мере, я так считала… до того момента, пока однажды не сказала ему сама:

– Если хотите, можете поговорить со мной о гибели Мей и Кая.

Он бросил на меня пронзительный взгляд и хмуро усмехнулся:

– Гибели? Ты так быстро приняла ее?

Я растерялась.

Он покачал головой:

– Нет. Мей жива. Я в этом уверен. Я чувствую: связь между нами не разорвана. Она сама ее создала. И если бы умерла – я бы это ощутил. Но… – он устало выдохнул, – есть какая-то странная пустота. Может, она без сознания. Или где-то лежит, раненая.

Дэй замолчал на мгновение, потом тихо, охрипшим голосом добавил:

– Почему я не обручился с ней раньше… не надел кольцо… Я так обидел ее. Она ведь ждала… Я должен был взять ее с собой.

После этого он сжал кулаки и уже твердо произнес:

– Но я сделаю все, чтобы найти ее. И Кая.

– Кая? – я, конечно, хотела верить, что он жив, но…

Дэй посмотрел мне в глаза:

– Ваше кольцо, Шайра. То, что он подарил вам. Оно ведь теплое?

Я еще больше растерялась.

– Да… оно на руке, и…

– Не имеет значения, где. Это кольцо связывает вас и Кая. И если бы он был мертв, вы не смогли бы его носить – оно стало бы невыносимо ледяным. Значит, Кай жив. Их с Мей просто нужно найти.

После этого разговора я словно ожила.

Но чем больше проходило времени, тем меньше я верила словам Дэя. Все чаще думала, что он просто хотел меня успокоить – вот и все.

В том пылающем аду, что был в Нарларе, выжить было невозможно.

Но… мне, как и ему, все равно хотелось верить в чудо.

Лекция подошла к концу.

Мы вместе с остальными ребятами вышли из беседки – это был последний урок на сегодня.

Грифоны уже курлыкали, готовые спустить нас в город.

О да, мы с ними отлично подружились.

Зал лекций находился прямо в саду замка Эйлы – она сама настояла, чтобы занятия проходили здесь.

Территория вокруг замка была огромной, с множеством беседок, скамеек и аллей.

Заниматься на свежем воздухе – отличная идея, да еще и в таком красивом месте.

Чуть дальше была устроена площадка для полетов на драконах, а рядом с беседкой, где мы занимались, располагался тренировочный полигон – мягкая, ровная, зеленая поляна.

Именно там нас всегда ожидали грифоны.

Мы с Зейном только свернули к ним, как навстречу вышла Эйла, направлявшаяся из замка.