Жнец Теней (ЛП) - Нони Линетт

Вири почти не услышала вторую часть фразы своего опекуна, застыв после первых же слов. Знакомый голос снова зашептал в её мыслях, настойчивее, чем когда-либо:

«Моя свобода в обмен на ответы».

Медленно, очень медленно Вири спросила:

— Если бы нашелся способ получить нужные нам ответы, может, даже узнать, где прячется Жрец, но цена была бы… высокой… — она сглотнула и заставила себя закончить: — Стоило бы оно того?

Вспышка молнии вдалеке осветила темные круги под глазами Сариэль.

— Честно говоря, дорогая, — голос её звучал так же измученно, как она выглядела, — нет такой цены, которая была бы слишком высокой, если это означает найти Жреца вовремя, чтобы остановить его.

Ком подступил к горлу Вири, а её мысли начали кричать. Она едва заметила, как долго молчала, едва услышала, как Сариэль сказала что-то об отдыхе, едва почувствовала, как опекун поцеловала её в щеку и оставила в одиночестве перед надвигающейся бурей. Всё, что она слышала — это голос Рива, прокручивающийся в её сознании. Но на этот раз это было не только его предложение. Это были финальные слова, которыми он дразнил её:

«Мы оба знаем, что я — твоя единственная надежда найти его. Когда передумаешь, я буду ждать».

— Древние, только бы мне не пожалеть об этом, — выдохнула Вири в темноту, прежде чем развернуться на каблуках и броситься в свою спальню. Она не могла поверить в то, что собирается сделать, но знала, что это её единственный шанс.

Она должна хотя бы попытаться.

Даже если это будет стоить ей всего.

Дневник небесного мага Кадмуса Кастро

Сорок восьмое Солнце, Пятый Цикл, Двенадцатый Век

Мой ритуал на Фестивале Полночи прошел с оглушительным успехом.

Присутствовал Магистрат Гаррин, наряду с другими любопытствующими «пустыми» с Элвердайна, и все они были поражены, когда я черпал силу из затмения, чтобы увеличить их обычно ограниченные запасы элликсена. Пусть этот магический прилив и временный, он во многом поможет им: от повышения силы и энергии до более быстрого исцеления от болезней и травм. Это ничто по сравнению с тем объемом силы, которым обладаем мы, маги, но для «пустых» разница существенна, даже если эффект длится всего несколько дней.

Сказать, что они меня боготворят — значит ничего не сказать, хотя я ясно дал понять, что как их Маг-Жрец я — лишь их смиренный слуга. Это мое призвание, моя цель, моя честь в этой жизни — помогать тем, кому повезло меньше, чем мне. Надеюсь, весть об этом разлетится, и на следующий ритуал придет еще больше «пустых»; он состоится через две недели, когда наступит метеорный поток Драконис.

Должен признать, пребывание здесь, на Элвердайне, — это глоток свежего воздуха. У местных жителей еще не развились магические предрассудки, а это значит, что они не считают небесную магию «бесполезным» или «низшим» ремеслом, в отличие от тех, кто живет на материке. Там население празднует теперь только самые значимые небесные события: оба равноденствия и солнцестояния, сумеречное солнце, луну пришествия и редкие кометы или соединения планет. Но даже они в наши дни — это скорее повод для веселья, чем для освящения. Впрочем, так было не всегда. В прошлые века небесная магия была настолько почитаема, что мои предки-жрецы проводили ритуалы каждый месяц, а иногда и каждую неделю, и «пустые» приходили толпами, чтобы вкусить плоды наших благословений и очищений. Но теперь… не только маги на материке отвергают силу небес, но и сами «пустые», словно смирившись со своим немощным — «пустым» — существованием.

Однако на острове Элвердайн существует захватывающий голод по чему-то большему. Жители слишком долго были изолированы, отделены от магов и огромных возможностей нашей магии. Их жажда того, что я могу предложить им как их Маг-Жрец, лишь усиливает мою приверженность им.

Зеранта говорит, что мне нужно быть осторожным и не дать их обожанию вскружить мне голову. Она также постоянно напоминает мне о том, насколько капризна магия в этих местах — об этом предупреждали её и других связанных с магами драконов местные драконы, учитывая нашу близость к незащищенному и до сих пор не обнаруженному «Потоку Халоу». Но их предостережения излишни. Несмотря на мои первоначальные опасения, у меня не возникло никаких проблем с контролем элликсена во время лунного затмения. На самом деле, это было почти слишком легко. И хотя я чувствовал себя иначе после завершения ритуала, это было не «плохое» отличие. Просто… другое.

Лучше.

Сильнее.

Мощнее.

Я не сказал об этом Зеранте. Я знаю, что она чувствует нечто необычное через нашу связь, но она и без того ведет себя как ворчливая наседка, а я не хочу провоцировать её на обеспокоенные нотации. Скорее всего, то, что я чувствую — это просто остаточная энергия, извлеченная из затмения. Она угаснет в моем теле точно так же, как угаснет в «пустых», которых я ею наделил. Небесная магия мимолетна; так было всегда.

Хотя… я не могу отделаться от мысли, что, быть может, это не обязательно должно быть так.

Возможно, на Элвердайне всё будет иначе. Возможно, моя близость к Потоку Халоу изменит всё, что я когда-либо знал о небесной магии. Может, даже о всей магии в целом.

Кажется, здесь возможно всё.

8

Штаб-квартира Nox Custodia в ночное время всегда была погружена в тишину — на это Вири и рассчитывала, пробираясь вперед и с каждым шагом все сильнее сомневаясь в своем решении. Она почти жалела, что вокруг нет лишних охранников: кого-то, кто спросил бы, что она здесь делает, указал бы на то, какой глупостью она занимается, или просто остановил бы её. Но, как всегда, большинство сотрудников Nox патрулировали город, а в штабе оставался лишь минимальный состав на случай чрезвычайных ситуаций.

Охранники на посту привыкли к тому, что Вири приходит и уходит в неурочное время, поэтому они лишь устало махнули рукой, когда она, облаченная в охотничий костюм, промелькнула мимо них и исчезла в лифте.

Её сердце бешено колотилось. План — если это вообще можно было назвать планом — имел столько дыр, что она сама начала подозревать у себя безумие. Часть её отчаянно хотела вернуться домой и вести себя так, будто разговор с Сариэль был всего лишь ярким кошмаром, над которым она посмеется утром. Но она не могла просто игнорировать узнанное и надеяться, что проблема решится сама собой. Пятьдесят пропавших детей рассчитывали на неё, а весь город мог оказаться под угрозой, если Жрец жнецов получит силу Кометы Авроры. Вири не могла допустить этого, даже если ради спасения придется нарушить самое фундаментальное правило охотников.

Она собиралась заключить сделку со жнецом.

Это шло вразрез со всем, во что она верила, со всем, чем она была. И всё же Сариэль сказала, что не существует слишком высокой цены, если это приведет их к ответам.

Вири оставалось только надеяться, что это правда, ведь пути назад больше не было: лифт стремительно опускался глубоко под гору. Как обычно, элликсен, питающий механизм, заставил её кожу покрыться мурашками — а может, это была дрожь от страха, которая усилилась, когда лифт остановился. Трясущейся рукой Вири достала из-под плаща пузырек с черным порошком. Это был еще один эксперимент Уинтер: разрушитель элликсена, способный на короткое время прервать поток магии. Его создали, чтобы Вири могла использовать его против жнецов с зачарованными артефактами или оружием. Но сегодня ночью у неё была другая цель.

Без допуска Сорена, открывающего двери лифта — о котором Вири больше не могла просить — порошок оставался её единственной надеждой добраться до Рива.

— Пожалуйста, сработай, — прошептала она, высыпала половину содержимого на ладонь и сдула порошок на панель управления.

Она ждала целую вечность, но наконец порошок подействовал, и двери лифта открылись. Вири обессиленно выдохнула с облегчением, мысленно поблагодарив Уинтер.

Теперь время работало против неё. Каждая секунда была на счету, если Вири хотела избежать разоблачения. Даже будучи уставшими, двое охранников в приемной заметят, если она задержится слишком надолго. Ей и Риву нужно было исчезнуть задолго до того, как кто-то начнет задавать вопросы.