Вспышка (ЛП) - Бил Хизер

— Вы уже видели одного из них?

— Да, целую толпу. Пришлось убить двоих.

— Да… — Повисает долгая пауза, пока осознание тяжести нашей новой реальности оседает в головах. — Мы потеряли Вайпера. Это было паршиво, Призрак. Я никогда не видел такой жуткой лихорадки. Температура подскочила так сильно, что у него началось кровотечение прямо из ебаных глаз. Он умер, чувак. Я держал его за руку, когда он сделал свой последний вздох. Я копал для него могилу, а он просто… встал и бросился на меня. Мне… мне пришлось его упокоить.

— Блядь, — рычит Призрак, ударяя по рулю и тяжело вздыхая.

— Просто доберитесь до хижины. Мы будем там в безопасности, пока… — Помехи заглушают его слова.

— Рипер? — спрашивает Призрак, прежде чем телефон пищит и звонок обрывается.

— Блядь! — Он снова бьет по рулю, заставляя меня подпрыгнуть на сиденье, и мое сердцебиение учащается, когда он швыряет телефон на приборную панель. — Что ж, прощай, сотовая связь. Ебаный SOS.

— Эй. Успокойся, пока мы не разбились. Кто это был? — спрашиваю я, пытаясь успокоить нас обоих, чтобы мы не оказались в кювете под грудой мертвецов.

— Друг, — напряженно отвечает он.

— И мы встречаемся с ним в хижине?

— Да, — его голос по-прежнему отстранен, напоминая мне мой собственный.

Мы едем в тишине; оба, несомненно, пытаемся понять, как переварить то, что мира, каким мы его знали, больше нет. Это тяжелое чувство. У меня не выходят из головы слова его друга. Что он вообще имел в виду? Мэлори и Ноа всё еще в Луизиане.

— Твой друг… то, что он сказал о Луизиане. Думаешь, мои друзья мертвы?

— Я… э-э, я не знаю, — говорит он, и я ценю то, что он не лжет мне, чтобы смягчить удар. Менее больно от этого не становится. Я чувствую себя так, словно из меня только что выбили весь дух. Слезы текут по моему лицу без моего согласия. Я никому не позволяла приблизиться к себе с тех пор, как…

Нет. Только не думай об этом сейчас.

Я позволила себе сблизиться с ними, и на этот раз я бросила их, когда они нуждались во мне.

Они умерли в одиночестве.

Я была им нужна. Я могла бы им помочь. Мы могли бы выбраться вместе. Я могла бы… Я должна была… Я…

Забытый поводок, свободно свисавший с моей шеи, натягивается, рывком притягивая всё мое тело к середине салона и впечатывая в центральную консоль.

— Мне нужно, чтобы ты дышала, Ру. Ты снова паникуешь. — Голос Призрака пробивается сквозь густой туман в моей голове. — Вот так. Следуй за моим голосом. Возвращайся ко мне. Дыши.

— Они мертвы, — тяжело дыша, произношу я; мое дыхание сдавленное и прерывистое, воздух с трудом протискивается сквозь сужающееся горло. — Мои друзья… мертвы.

— Ты этого не знаешь. Они могли выбраться.

— Мэлори не смогла бы отбиться даже от малыша, не говоря уже о взрослом мертвеце! И Ноа. О Боже, Ноа! — Тьма сгущается перед глазами, пока я, задыхаясь, кричу на него. Он их не знает. Если они не выбрались вовремя…

— Тебе нужно успокоиться. Ты сейчас в обморок упадешь.

— Не могу! — Мое тело бьется на сиденье; мне хочется вылезти из собственной кожи. Я не могу дышать.

— Нет, можешь. Если ты можешь кричать, значит, можешь и дышать, — говорит он, натягивая поводок еще туже вместо того чтобы дать мне слабину, в которой я так отчаянно нуждаюсь. — Послушай меня. Я могу тебе помочь. Откинь спинку сиденья.

— Ч-что? — заикаясь, выдавливаю я.

— Откинь. Спинку. Сиденья, — медленно произносит он, четко выговаривая каждое слово своего приказа, пока моя рука сама по себе не тянется к рычагу сбоку сиденья, откидывая меня назад.

— Хорошая девочка, — рычит он, и туман рассеивается еще чуть-чуть. — А теперь засунь руку в штаны и потрогай себя.

Я определенно сошла с ума. Не может быть, чтобы он только что сказал то, что, как мне кажется, он сказал.

— Я, блядь, не заикаюсь. Тебе нужна разрядка, а я сейчас не могу остановить грузовик. Так что ты доведешь себя до оргазма, а я буду смотреть. Выбрось всё остальное из головы и сосредоточься на моем голосе. Сможешь быть хорошей девочкой и потереть свой маленький клитор для меня?

И самое пиздецовое во всем этом — то, что я даже не протестую. Моя рука скользит вниз по черным легинсам, пальцы легко проникают к обнаженной щелочке. Мне даже не нужно разогреваться. Призрак удерживал меня в постоянном состоянии возбуждения по самым ебанутым причинам.

— Расскажи мне, насколько мокрая моя красивая киска, Ру.

Стон вырывается против воли. У него такой грязный рот. Он не ждет моего ответа, только моего повиновения, пока я начинаю выписывать круги по своему клитору.

— Если бы я сейчас не был за рулем, я бы связал тебя сзади и зарылся лицом в твою пизду. Я хочу узнать, насколько сладкая твоя киска на вкус, когда ты течешь из-за незнакомца, которого не знаешь. — Он бросает мне в лицо мои же слова, но мне плевать. Он так сильно накалил меня, что я уже больше чем на полпути к тому, чтобы сорваться с обрыва, в чем так отчаянно нуждаюсь.

Каждая мышца в моем теле кажется туго натянутой тетивой, ожидающей, когда стрела вырвется из плена и вонзится прямо в цель. Не думаю, что мне когда-либо был так нужен оргазм, как сейчас. Я чувствую это: напряжение звенит в нервах, выжигая здравый смысл, который кричит, что это полный пиздец. Он прямо здесь, балансирует на краю моего оазиса. Я не могу говорить. Не могу думать. И когда Призрак грубо дергает за поводок, долгий, содрогающийся стон наполняет кабину грузовика — я рассыпаюсь на части на его переднем сиденье.

Я крепко зажмуриваюсь и пытаюсь отдышаться, когда Призрак выдергивает мою руку из штанов и практически перетаскивает меня через центральную консоль. Его глаза не отрываются от дороги, пока он подносит мою руку к своему лицу, быстрым движением приподнимая маску над губами. Его язык обвивается вокруг моих истекающих соками пальцев, словно змея, скользя и пробуя на вкус, насколько сладка моя киска из-за незнакомца.

— На вкус… — рычит он, засасывая мои пальцы в рот, не теряя ни единой капли. Он выпускает их со звонким чмоканьем. — Как моя.

ГЛАВА 20

Призрак

Я чуть было не сказал ей. Почти сорвал эту маску и не показал ей, что она знает меня — нуждается во мне. Звонок Рипера прервал меня, и я думаю, что это только к лучшему. Даже с учетом новых откровений о состоянии мира, я еще не готов к тому, чтобы она узнала, кто я. Думаю, в глубине души я боюсь ее реакции. Она солгала мне. Использовала меня. Предала. Я не могу этого забыть. Пока нет. Я еще не готов этого простить.

Но, к счастью, Рипер не дал мне всё проебать. Я не ожидал его звонка. Не могу поверить, что Вайпера больше нет. Мы же все практически братья. Когда приемный отец Ру показал мне доказательства ее предательства и мне пришлось разбираться со своими проблемами, Рипер и его команда приютили меня, когда я пустился в бега. Они помогли мне разгрести мое дерьмо и дали работу. Вайпер был таким же новичком, как и я. Мы были из совершенно разных слоев общества, но испытывали взаимное уважение к нашему прошлому и к тому, как оно привело нас туда, где мы оказались.

Глядя на спящую Ру, я даже представить себе не могу, каково это — потерять ее вот так. Я и так потерял четыре года с ней из-за своей глупой гордости. Больше я не потеряю ни дня. Мне просто нужно довезти нас до хижины и составить план вместе с Рипером. Должно же быть место, куда мы можем отправиться, не затронутое вирусом. Он же не может уничтожить весь мир, верно? Такое место должно быть. И если кто-то и знает, где оно, так это он.

Мы снова в пути уже несколько часов. Я видел еще больше мертвецов, слоняющихся вокруг. Мы проехали через пару небольших городков, которые были заколочены и фактически вымерли. Я рад, что Ру их не видела. Она уснула после того, как наконец отдышалась. Я всё еще чувствую ее вкус на своем языке — привкус ее сладких соков никуда не делся, позволяя мне вдыхать ее запах даже через маску.