Возрожденная (ЛП) - Ив Джеймин

Очевидно, я никуда не собиралась идти.

Тень слегка сместил наши позы, цепляясь за и без того порванные штаны для йоги и белую рубашку, которые были на мне. Моя одежда раздражала его, и он успокоился только тогда, когда одной из своих больших лап схватил меня за правую грудь.

Вот так просто, этот Зверь держал мои гребаные сиськи, будто они принадлежали ему.

— Не вздумай выкинуть какую-нибудь глупость, пока ты изображаешь египетского бога, — предупредила я Тень своим хриплым голосом в полутемной комнате. — Клянусь, я заставлю тебя пожалеть об этом, если ты это сделаешь. Я не такая, ясно? Мне не нравятся пушистые.

Зверь взвыл, издав низкий, проникновенный звук, по-видимому, разочарованный моим ответом. Однако хватка на моей груди не ослабла, и, если уж на то пошло, Тень просто продолжал слегка цеплять мою одежду, пока, в конце концов, я не осталась почти голой, все еще крепко прижатой к его груди.

К счастью, на этом он успокоился и больше не трогал меня там, где мне было неприятно. Меня устраивала его одержимость моей грудью, и было приятно расслабиться в его объятиях, когда одна его рука лежала у меня на бедре, а другая — на груди, притягивая меня к его обжигающему теплу. Его эрекция упиралась мне в задницу, но, опять же, пока она оставалась снаружи, я могла с этим смириться, потому что для нас это было в новинку.

Мы никогда не обнимались. Ни после секса, ни когда мы чуть не умерли. Никогда.

Это был подарок, и, несмотря на все мои усилия, несколько слезинок скатились по моей щеке и упали на его покрытую шерстью руку. Тень Анубиса, казалось, ничего не заметил, поэтому я позволила себе в этот момент выразить ту глубокую боль, которая терзала меня на протяжении нескольких недель. Тогда я не знала причины, но теперь, и в некотором смысле это ранило меня сильнее, чем когда-либо.

Некоторое время спустя, когда я открыла глаза, поняв, что заснула, так тепло и безопасно было в объятиях моего Зверя. Посмотрев на руки, прикрывающие мою грудь, я коротко вскрикнула, потому что шерсть и когти исчезли.

Тень зарычал у меня за спиной; я разбудила его спящего. Он крепче прижал меня к себе, но мне удалось повернуться к нему лицом. Когда я встретилась с ним взглядом, его глаза стали красными, как лава, и на его лице отразилось замешательство.

— Тень, — тихо сказала я.

Он вздрогнул, сильнее прижимая меня к себе.

— Моя.

То же самое слово, которое я слышала в Торме, хотя и не знала, откуда оно взялось. Услышав его снова, это первое слово, которое он мне сказал, у меня задрожали губы.

— Тень, ты помнишь меня?

Я попыталась дотронуться до его лица, но он держал меня неподвижно, его хватка была неумолимой, как бы я ни пыталась вырваться. Он зарычал и больше ничего не сказал, но я почувствовала, как его свободная рука пробежала по моей коже, пока он снимал последние остатки моего нижнего белья. В этот момент мое тело полностью согласилось с ним, потому что Тень вернулся в свою человеческую форму, а я была возбужденным оборотнем, которого разлучили с единственным мужчиной, который когда-либо прикасался к моему телу.

Я выгнулась в его объятиях, мой мозг почти отключился от ощущений, что я снова с Тень. Если бы только в глубине души я не была расстроена из-за того, что он все еще не помнил меня. Не совсем. Все это было инстинктивно, и хотя мне нравилось, мне было нужно больше. Я была жадной сукой, когда дело касалось моего Зверя.

— Тень. Ты должен попытаться вспомнить меня. Я скучаю по тебе…

Я прервалась, когда его рука скользнула между моих бедер и обнаружила, что там скапливается влага. Снова выгибаясь навстречу ему, я застонала, он возбуждал меня, его сила следовала за каждым прикосновением, пробегая по чувствительной коже. Это было эффективно для того, чтобы заглушить последнюю часть меня, которая хотела бороться, пока он не вспомнит.

Может, сначала я могла бы немного потрахаться? Я ведь не о многом прошу, правда?

— Моя, — пробормотал он, прижимаясь губами к моему горлу и поглаживая языком мою кожу, прежде чем провести им по моим плечам, целуя и покусывая меня так сильно, что я едва не оторвалась от земли. Ублюдок.

— Даркор!

Я никогда не использовала это имя, за исключением тех случаев, когда хотела подчеркнуть свою точку зрения. Что это за «точка зрения», менялось в зависимости от обстоятельств, но на этот раз мне нужно было отвлечь его от его текущей задачи — очень успешно соблазнить меня, чтобы я забыла о том дерьме, которое произошло между нами.

Его рука замедлилась, но не покинула меня, пальцы все еще скользили по моим складочкам к ноющему центру. Я была вся мокрая, мое наслаждение стекало по его руке, но я действительно не могла сосредоточиться на этом прямо сейчас.

— Тень, ты очень могущественный бог, — выдохнула я, едва в состоянии думать, но понимая, что это нужно сказать. — Ты знаешь, что чего-то не хватает. Ты знаешь, что у тебя что-то забрали, поэтому ты и разрушил мою библиотеку. И не думай, что мы не поговорим об этом позже, но сейчас мне нужно, чтобы ты вспомнил, что произошло. Твоя мать сделала это с нами. Она украла наши воспоминания и наши жизни. Она потеряла контроль и, насколько мне известно, будет продолжать его терять. До тех пор, пока не разрушит все… Я не смогу исправить это без тебя.

Его пальцы, наконец, замерли, оставив меня буквально на грани оргазма. Мне удалось удержаться от крика и тяжелого дыхания, прикусив язык до крови. Тень пристально наблюдал за мной, его проницательный взгляд видел все, и когда он опустил голову и провел языком по моим окровавленным губам, я наконец сломалась.

Поцелуи были нашим любим занятием. Это был самый особенный момент, который существовал между нами. Те, кто родился в Царстве Теней, приберегали этот интимный акт только для своей второй половинки. Тень преподнес мне этот подарок, и с тех пор, когда его губы касались моих, у меня внутри порхали бабочки.

Оргазм, который я сдерживала, зажимая клитор, разразился во мне, когда я закричала, прижимаясь к нему. Это была долгая, медленная волна удовольствия, исходившая из глубины моего естества, пока я не почувствовала его каждым дюймом своего тела.

С этим высвобождением моя сила ожила. Обычно такое высвобождение сопровождалось потоком пламени вокруг меня, но на этот раз оно обрушилось на Тень. Сила была настолько велика, что нас оторвало друг от друга, и в следующее мгновение он уже был на ногах. Все семь футов обнаженной Тени, его дыхание было таким прерывистым, что грудь вздымалась.

Я тоже с трудом поднялась, и пока Тень несколько раз покачал головой, я пыталась заставить свои подкашивающиеся ноги выдержать мой вес. Этот оргазм отличался от всех, что я когда-либо испытывала. Он был сильнее, но не в обычном смысле. Он был более очищающим, почти как будто…

Последние чары Дэнни были стерты из моей души.

— Солнышко?

Мои колени ударились о землю, рыдания сотрясали мою грудь, когда я оказалась на четвереньках, не в силах собраться с мыслями. Солнышко.

Как я могла забыть про Солнышко?

Как я могла забыть Тень?

— Свет и Тьма, — выдавила я из себя и не успела поднять голову, как по щекам снова потекли слезы. Тень оказался рядом и притянул меня к себе.

Он держал меня так крепко, что мои ребра стонали от напряжения, но я хотела, чтобы это было крепче.

— Солнышко. — Он застонал, а затем запрокинул голову и взревел в небеса. Это был долгий, рокочущий стон боли. Когда он закончил, у меня заболели уши, и я могла бы поклясться, что почувствовала на коже влагу, которая не принадлежала мне, но когда я посмотрела ему в лицо, на нем не было ничего, кроме чистой, неподдельной ярости.

Лицо Тени было маской смерти и разрушения. Маской существа, которое собиралось уничтожить мир.

И я, возможно, просто позволю ему это.

Глава 22

Он обнимал меня так долго, что время, по сути, не имело значения. Могли пройти дни, но ни один из нас не двинулся с места. Возможно, мы соревновались, кто продержится дольше, и на этот раз я надеялась, что мы оба выиграем это соревнование.