…но надо сказать боссу! Пусть лучше он поднимет меня на смех и назовёт некомпетентной, чем что-то плохое случится.
Но я не успела.
Только посмотрела на мощную фигуру босса, затянутую в идеально белый форменный мундир с эполетами. Он всё ещё общался с теми вианами…
А меня вдруг очень быстро и очень технично взяли под руки двое высоких мужчин… оба драконоиды, но не из гостей. А военные. Миг, и меня уже подвели к выходу из зала. Я и ахнуть не успела!
Заполошное "АРОН!” – швырнула в ментальном пространстве в сторону начальника. Но возникло ощущение, что мой зов налетел на невидимую преграду.
И вот я уже на лестнице. Мне рукой зажали рот. Два удара сердца, и я оказалась в маленьком подсобном помещении с двумя телохранители и хищно ухмыляющимся Эвонисом.
– Как это понимать? Пустите! – потребовала я.
Дёрнулась в руках охраны, но хватка была стальной. Ай… на плечах явно останутся синяки.
– Мой друг Арон… пригрел на груди змею! – театрально закатил глаза Эвонис, в его руках засиял планшет с какой-то голо-записью. Но он так эмоционально тряс руками, что я даже не понимала, что там за “обличительное кино".
– Виан Эвонис, – зашипела я, вдруг осознавая, что копирую манеру говорить начальника, – извольте объясниться! Вы ударились этим утром в озере темечком об дно? Или что?! Я жду…
Фух, эта манера конфликтовать, что – передаётся половым путём?!
Ужас и восторг – от собственной наглости меня поразили. Всё вырвалось на автомате. Я столько времени провела с вианом Ароном, что… может, он меня укусил, и я превращаюсь в чванливую атлантианку?
Эвонис уронил челюсть. Целых две секунды шока. Затем – праведный гнев:
– Жалкая человечка!!! Как смеешь!!! Шпионка! ГОД… ты ГОД продавала секреты своего ведомства врагам! Залезла начальнику в штаны и думала, всё – не поймают тебя? А у меня всё записано!!!
Теперь-то я разглядела, что было на планшете. Толстый драконоид и я. Только наше столкновение плечами минуту назад словно изменено нейросетью – теперь мы чем-то обмениваемся и доверительно перешёптываемся.
– Вы умеете создавать запросы для генераций в нейросети, виан Эвонис, я вас поздравляю! – я всё не могла перестать подражать своему боссу, – что вы ко мне пристали?
– Запись подлинная – хищно сощурил глаза Эвонис, – это любая экспертиза подтвердит. И тот, с кем вы тут переговариваетесь — ваш пособник. Шпион и преступник! И вы ему помогали. Помимо этого, у меня есть масса доказательств. Ваши явки, пароли, показания сообщников и куча украденных вами данных, проданных на сторону…
Картинку на планшете Эвониса сменили ряды файлов.
Я распахнула глаза.
Из того, что я могла разглядеть… во всяком случае, названия документов и правда были мне знакомы. Это были бумаги из нашего ведомства.
– Я получу ваше признание виана-человечка, не сомневайтесь! – Виан Эвонис уже протягивал свой накс с чёрным камнем-набалдашником в мою сторону.
Да он же сделает меня овощем.
Босс меня даже не узнает… да я же… И займёт это всё – пару секунд!
И тут снаружи раздался какой-то гул. А потом двери, через которые меня втащили, яростно распахнулись.
В них стоял очень злой виан Арон. Вокруг него – несколько явно пострадавших телохранителей. А также… чуть не пританцовывающий от счастья журналист, почуявший скандальную сенсацию. Выжидательно молчащие гости с бокалами в руках на заднем плане. Ну спасибо, что попкорном не хрустят.
– Мирррра… – прорычал мой начальник, уж в который раз напоминая мне своим диким выражением глаз скорее шиарийца, нежели атлантианца.
Эвонис аж подавился воздухом. Но тыкать в мою сторону наксом перестал. Стало совсем немного легче…
– Очень жаль, друг мой! Боюсь, доказательства виновности этой человечки в шпионаже и госизмене бесспорные.
Эвонис протянул моему начальнику свой треклятый планшет.
Выражение лица виана Арона, к моему ужасу, изменилось.
Стало бесстрастным. Тем самым, что я видела весь прошлый год, не считая последних дней.
Он больше не рычал и не испепелял взглядом. Виан Арон очень быстро и методично изучал содержимое планшета, смахивая документы и голозаписи на экране.
Затем посмотрел на меня.
Очень тяжёлым взглядом.
– Оставьте нас, – велел босс, – наедине с этой… вианой.
У меня внутри всё заледенело.
Каменная хватка телохранителей отпустила.
Они исчезли из комнаты.
Последним вышел Эвонис. Он позволил себе напоследок коротко и с чувством сжать плечо виана Арона и патетично выдохнуть: “мне жаль, друг!..”
Вскоре дверь за ним закрылась. Блокировочный механизм тихо щёлкнул.
В небольшом служебном помещении мы с вианом Ароном остались наедине.
Глава 13
Арон
Формально – всё сходилось.
Псионику моего уровня достаточно было бы беглого взгляда, чтобы понять: по всем признакам записи, обличающие Миру подлинные.
По всем признакам.
Эвонис рассчитывал на стандарт: что я отреагирую так, как сделал бы любой чистокровный атлантианец. Ведь нам внушалось с малолетства из поколения в поколение: есть причина и есть следствия, есть факты – порой неудобные, но фактами они от этого быть не перестают.
Атлантианцы не подгоняют реальность под удобные им концепции, а вот другие расы этим грешат. Хрупкие люди и эмоциональные шиарийцы. Обеспокоенные будущим всех гуманоидных рас котоиды и злопамятные океанцы, склонные застревать в своих старых обидах. И даже взрывные бестактные драконоиды… Абсолютно все были склонны к передёргиванию фактов. А мы, атлантианцы, – нет.
Потому занять ключевые позиции в Правительстве Союза именно нашей расой – было вовсе не прихотью, а необходимостью. Лидер должен быть холоден и объективен.
И всё-таки если бы я делал как все – не занимал бы свой высокий пост. Тут Эвонис просчитался.
Хотя он и был “с придурью” – но хороший аналитик и к тому же выдающейся силы псионик.
И сейчас он отлично всё разыграл:
По всем предоставленным фактам — Мира виновна – и получается, что я слил государственную тайну шпионке. И не одну. И сейчас я должен по этому ложному навету отформатировать высшую нервную деятельность своей “возлюбленной человечке”. И всё это на форуме по правам людей.
Либо сдать её на руки спецподразделению, которое сожгло бы ей мозги уже без моего участия (этот путь Эвонис держал в уме на случай, если я совсем уж в неё не вовлечён). А такой поступок в средствах массовой информации приравнивается к убийству.
Ведь важно не как на самом деле было. А как пресса это подсветила.
Эвонис отыгрывал хорошо. Но его заносило на поворотах. С другой стороны – именно из-за этого мы когда-то и начали приятельствовать, в юности, во время службы. Не лучший мой выбор. Но Эвонис казался мне более живым и занимательным чем прочие, как раз из-за своих артистических заскоков.
Но сегодня он хватил через край.
Но с ним потом. А сейчас – моя человечка.
Итак, Мира…
Дрожит, пока я медленно приближаюсь к ней, попутно достаю из поясной кобуры накса – раскладываю его в трость и отдаю приказ: закрыть пространство вокруг нас с Мирой непроницаемым куполом.
Накс оживает, обращается фрактальной змеёй и частично растворяется в окружающем пространстве. Скользя между физическим миром, подпространством и территорией псионических энергий.
Я прошу его об этом, чтобы говорить с Мирой без лишних свидетелей.
Чтобы Эвонис, распластавшийся с другой стороны двери, приложивший к делу и уши и свой накс – получил не ту картинку, которая есть в действительности. А ту, что сгенерирует для него мой ментальный помощник.
Эвонис заигрался.
“Лес рубят, щепки летят”, – так говорил мой отец. И я был всегда с ним согласен.
Но почему-то меня не устраивало, когда такой “щепкой” пытались назначить мою человечку. Не нравилось, что на глаза Миры наворачиваются слёзы.
