Мой командор (СИ) - Гончарова Татьяна Викторовна

Поднимаю упрямо подбородок, пытаюсь объяснить:

— Кристан, я только после академии, служу у тебя всего ничего. Только одна операция по замене принцессы, и то с ошибкой, когда вместо того, чтобы задержать дыхание, вдохнула газ. И сейчас только начала работу над ярлыками. Линда же мой начальник, ты сказал выполнять её приказы. Она сказала, что твой приказ отменён, связи с тобой не было, как я могла её ослушаться?

— Не могла, конечно, ты послушная исполнительная девочка, — медленно говорит Кристан, продолжая неспешно ласкать, расправлять и снова сминать обеими руками мои волосы. — И Линда действовала из своей логики. С любым новичком она была бы права.

Он усмехается:

— Только вот ты далеко не простой новичок. Ты совершенно особенная единица у меня на эсминце. И подход к тебе не такой как ко всем.

Кристан захватывает две пряди моих волос, пропускает сквозь пальцы и поглаживает кончики в руках.

— Я не отменял приказ, Мила. И это самое интересное. Похоже, наконец-то сработала одна из моих ловушек в структуре приказов, только в очень странном месте. На тебе. Крайне занимательно. Я разберусь.

Молчу, опустив глаза.

— Мила, почему меня сейчас боишься? — в его голосе до сих пор много злости. — Я ни разу не причинил тебе боль. Не сделал тебе ничего плохого. Наоборот.

Опускаю голову ниже, обнимая себя за плечи.

— Ты сильнейший боец и псионик, и ты сейчас очень зол, мне правда страшно, — признаюсь я. — Мне даже показалось, что ты меня ликвидируешь прямо сейчас.

Длинная пауза.

— Если бы я собирался тебя ликвидировать, то сделал бы это, едва ты вступила на борт моего эсминца, — тихим ровным голосом говорит он. — Знай, что я не сделаю этого, хотя должен.

Вот теперь меня окончательно срывает. От нахлынувших эмоций моё пси вскипает, но с размаху врезается в окружающую меня нерушимую пси-сферу Кристана.

— Почему ты не?.. — вскидываю на него взгляд, переполненный непониманием, болью и замешательством.

— Тшшш, — он обрывает мои слова, обнимает меня и привлекает к себе. — Я продолжаю получать всё больше данных про твою жизнь и тех, кто на неё влиял всё это время. И ты понятия не имеешь о масштабе черной дыры, в гравитационное поле которой ты попала, едва лишь родилась.

В его внезапных объятиях я каменная, напряжена до предела, меня пробивает дрожь. Кажется, от бурного сплава совершенно неосознаваемых эмоций у меня сейчас окончательно сорвёт контроль.

— Но я никому не позволю сделать тебя разменной монетой, Мила, — тихо произносит он, наклоняясь ниже, приближаясь губами к моим губам и прижимая к себе крепче. — Поэтому делай, что говорю, слушай только меня, и мы с тобой пройдём сквозь это всё невредимыми. Верь мне.

— Почему, Кристан? — обречённо шепчу я, не надеясь на ответ. — Почему ты спасаешь меня?

Глава 33. Признание

— Потому что ты та, кто ты есть, — едва слышный шёпот на моих губах. — Та, кого я искал. Потому что, Мила, ты моя.

Не знаю, как реагировать на слова Кристана. Искал меня? Считает меня своей?.. Как мне это понимать?

Он прихватывает твёрдыми губами мои губы настойчивее, я же совершенно оцепеневшая. Настолько перенервничала, что совершенно открыться ему не могу. У меня столько вопросов, и полное непонимание, имею ли я право хоть один из них задать.

Кристан отстраняется. Отпускает меня, не трогает больше, просто стоит рядом, прожигая льдистым взглядом. Меня хватает только на то, чтобы в полном оцепенении смотреть в его ставшее совершенно каменным лицо, запрокинув голову.

И он смотрит в мои глаза пристально, сверху вниз, так холодно, аж дрожь пробирает.

— Кристан, я не знаю, что на это сказать, — осторожно отвечаю я.

— Повтори, что тебе никто не нужен. Никто, кроме меня. А я послушаю твой ответ.

Я ошеломлённо распахиваю глаза, чувствуя, как пси Кристана сминает моё, и взгляд его не упускает ни малейшей моей эмоции.

Так вот как он собирается меня слушать сейчас… Он и не скрывает, наоборот, показывает мне. Отчётливо вижу, что командор сейчас — тончайший, совершеннейший детектор лжи. Он малейшую мою ложь или попытку схитрить увидит и почувствует.

Поэтому говорю прямо, чистую правду, как есть:

— Кристан, я хотела бы никого не хотеть. И никого и не хочу… кроме тебя… — решаюсь, будто без страховки в открытый космос шагаю, признаюсь: — с тобой я бы и на личные отношения решилась. И даже детей бы от тебя родила. Жаль, что это невозможно. Поэтому давай просто начнём этот сеанс, чтоб его!

Он каменеет, стискивает моё лицо ладонями, жадно всматриваясь в моё лицо, а я продолжаю в сердцах:

— Кристан, я же понимаю, что ты сейчас со мной из-за пси-сцепки! Её снимут, ты больше не захочешь меня, это нормально. У меня только одна просьба к тебе. Избавь меня, пожалуйста, от поползновений своих людей. Даже когда я перестану быть твоей любовницей. Мне плевать, принцы они, или ещё кто. Просто пусть не трогают меня! Может у вас есть для этого особая обёртка? Для тех, кто точно не конфетки?!

Кажется, я срываюсь на крик.

— Ты не любовница, — вдруг как-то весь выдыхает он. — Ты любимая.

У меня натурально уходит почва из-под ног. Командор Хэлтор? Говорит такое… мне?!

— Я люблю тебя, Мила, — добивает меня Кристан. — Предлагаю тебе официальные личные отношения. Со мной.

Смотрю на него ошарашенно. Кристан же полностью серьёзен. Легко проводит пальцами по моим щекам и отводит пряди волос от моего лица.

Не верю… Любит? Официальные отношения? Этого просто не может быть…

— А как же пси-сцепка… — тихо говорю я. — Может, ты чувствуешь это из-за неё.

— Я почувствовал, что ты моя, ещё до пси-сцепки. Когда её уберём, ничего не изменится. Другое дело, если тебе совсем никто не нужен, даже я. Тогда я буду выстраивать линию своего поведения иначе. Что ты чувствуешь ко мне, Мила?

И снова, весь Кристан — идеальный детектор лжи.

Но мне нечего скрывать от него. От его прямоты мне наконец-то легчает. И в глубине груди, разрастается тёплое уютное чувство. Ведь я тоже его правдивость чувствую всей кожей.

Он не обманывает меня… Он не лжёт… Как же сложно это принять!

Командор ждёт ответа. Надо отвечать.

— Что я чувствую к тебе, Кристан? Хорошо. Я скажу, что чувствую, — горько усмехаюсь я и прямо встречаю его вспыхнувший взгляд. — Совершенно определённо, я влюбляюсь в тебя всё больше и больше. Меня это очень пугает. Я не знаю, что с этим делать.

Наверное, я поступаю совсем-совсем неправильно, но я продолжаю говорить, как есть.

— Кристан… мне правда никто не нужен. Кроме тебя. Я хотела бы ничего к тебе не чувствовать. Но… Ты мне нужен. Я боюсь, что это из-за пси-связки. И очень страшусь невзаимности. Безответного чувства. Последствий того, что откроюсь и доверюсь.

Его пси закручивается вокруг моего, вплетается в моё, пытаясь выискать хоть малейшую крупицу лжи или уловки. Но не получается. И не получится. Потому что нет в моих словах лжи. Это чистая правда.

— Наши чувства не имеют ни малейшего отношения к пси-сцепке, — убеждённо произносит он и добавляет: — Веришь мне?

Набираю воздуха поглубже и решаюсь довериться ему до конца.

— Верю, Кристан. Если ты говоришь, что не из-за сцепки…

Его губы приближаются медленно.

Я прерывисто вздыхаю и инстинктивно отстраняюсь, ведь мой страх перед ним всё равно никуда не делся.

Тут же жалею о такой моей реакции, пугаюсь, что он разозлится ещё сильнее.

Кристан же закрывает глаза, глубоко вдыхает и протяжно выдыхает. Расслабляет плечи. Снова смотрит в глаза. Берёт мои руки и прижимает ладонями к своей широкой груди.

— Не надо меня бояться, — шепчет он, опуская взгляд на мои губы. — Никогда не наврежу тебе.

Обнимает, осторожно гладит меня по спине. Снова наклоняется, приближается губами к моим губам. На этот раз не отстраняюсь, убеждая себя, что это мой командор. Мой Кристан.

Позволяю ему коснуться губами моих губ.