Сладкое зло - Хиггинс Венди

Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 91

—

Я точно не уверен, но нефы женского пола, кажется, всегда были более чувствительны. Женская интуиция или что-то подобное. Последняя из дочерей моего отца могла чувствовать девственность и период фертильности, как и отец, но я не могу.

—

Это интересно. Хорошо. Что ещё?

—

Ладно. Давай посмотрим. Я полагаю, тебе следует знать, что каждый демон страстно мечтает добиться позиции Князя. Они все хотят иметь возможность побыть в человеческом обличии. Была даже война между темными духами. Люцифер собственной персоной предпочел бы быть на земле, но он заперт в аду вмете со своими правой и левой рукой: Безельбабом и Амадеусом.

—

Они не могут покинуть ад?

—

спросила я, не скрывая прилив облегчения.

—

Нет, не могут. Люцифер живет за счет Князей и Легиона.

—

Почему так мало демонов на земле? Он же может прислать и большее количество, верно?

—

Полагаю, что может, конечно, но вся его деятельность происходит в виде какого-то тайного плана или договора. Что крайне иронично, если учесть, что каждый на небесах знает о том, ЧТО затевается во тьме. Но Люцифер, похоже, хочет все-таки действовать тихо и скрытно.

—

Он напуган,

—

я задумалась.

—

Смысл в том,

—

произнес Кайден, игнорируя мое замечание,

—

что легионеры не могут заставить человека делать все что угодно. Человек волен выбирать свой путь. Демоны просто периодически подкидывают идеи в их головы. Это все. Но люди эгоцентричны по натуре. Очень часто демоны говорят только то, что люди на самом деле хотят слышать

—

поощряя тем самым человеческую эгоистичную натуру.

Эти вещи было неприятно слушать.

Кайден рассказывал обо всем этом бегло, выдавая мне лишь основные факты, которые, впрочем, были взяты прямиком из демонологии.

—

А Князья тоже нашептывают людям? Я имею в виду, что они в действительности делают?

—

Нет, они не могут шептать в человеческой форме, но они имеют определенные возможности вербального внушения. Князья внедряются в общество, добиваются влияния над всеми социальными и политическими верхами.

—

Они никогда не пытались править?

—

Никогда. Запомни, их главная задача

—

поощрять людей пролезать на самую верхушку этой жизни и в процессе этого разрывать свою душу на клочки.

То, как он говорил о людях, огорчало меня. Было невозможно не думать о людях, которыми манипулировали.

Боль в сердце. И факт, что мой собственный отец принимал участие в этой дьявольской игре…

Кайден поднял бровь:

—

Ты пропустила слезу.

Я вытерла ладонью свои мокрые щеки. Ух… я раздосадовано махнула рукой.

—

Я всегда плачу, когда в эмоциях, что бывает почти всегда. Просто не обращай на меня внимание и продолжай, пожалуйста.

Он вздохнул и, обогнав фургон, сделал глоток воды, прежде чем продолжить.

—

Хорошо, Князья стратегически расставлены по всей Земле и перемещаются, когда того требует ситуация. Они встречаются раз в год, чтобы обсудить, кто из них в каком месте может нанести особо ощутимый урон. За исключением тех, конечно, кто находится в заключении, как твой отец.

В Штатах сейчас находится три Князя: мой отец, твой отец и Мальком

—

Князь Зависти. К каждому из Князей раз в квартал является персональный вестник Люцифера

—

Азаэль. Они отчитываются перед ним о своей работе и о состоянии, в котором находится человечество, затем этот отчет передается Люциферу. Я слышал, что он удовлетворен тем, как дела складываются в нынешние дни.

—

Но люди могут быть и хорошими,

—

возразила я.

—

Не сомневаюсь, что многие люди могут устоять.

—

Пожалуй, но даже у самых набожных есть слабости. Демоны имеют индивидуальный подход к каждой культуре, потому что одни больше предрасположены к греху, другие

—

меньше. Здесь весь вопрос в игре слов и форме изложения. Князья разработали что-то вроде маркетингового плана: Ищи наслаждение. Ешь, пей, веселись. Carpe diem.

—

Лови момент,

—

шепотом перевела я с латыни.

Отель в Альбуркерке был большим прогрессом, по сравнению с тем, в котором мы ночевали первую ночь.

Кайден включил плеер и положил его на тумбочку между нашими кроватями. Я уже начала воспринимать его музыку, как саундтрек к нашему путешествию.

Я плюхнулась на кровать и решила позвонить Пэтти, испытав удивление, что мне пришлось для этого включить телефон Кайдена. Он скорее всего отключил его в какой-то момент нашего путешествия. Теперь, обнаружив это, я поняла, что без постоянного дилиньканья день прошел спокойнее.

Пэтти, казалось, почувствовала облегчение, услышав мой голос. Я могла только теряться в догадках, какие ужасные вещи она представляла весь день.

Кайден выключил музыку и, пока мы говорили, вышел на балкон.

—

Завтра и в субботу я буду все время на юбилее,

—

сообщила Пэтти.

—

Как насчет того, чтобы я звонила тебе следующие два вечера около одиннадцати часов сразу по возвращению домой? Это будет, примерно, восемь часов на Западном побережье.

—

Отлично. Я буду все время держать телефон при себе.

—

Анна?

—

Да?

—

Как там Кайден? Он все еще ведет себя достойно?

Я свернулась калачиком, почувствовав бабочек в районе живота, когда подумала о нем.

—

Да,

—

ответила я.

—

Пожалуйста, не беспокойся о нас. Мы узнаем друг друга. Он многому меня научил.

—

Хорошо,

—

одобрила она.

—

Я рада, но все же… Просто будь осторожна и не теряй бдительности.

Пэтти продиктовала мне номер телефона монастыря, и мы договорились, что я позвоню туда, как только доберусь до Калифорнии, чтобы узнать, была ли сестра Рут в состоянии принимать посетителей.

Мы отключились после имитирования забавных звуков поцелуя и смеха. Потом я сбегала к автомату в конце коридора и добыла нам две бутылки воды. Вернувшись в комнату, я вновь включила музыку.

Подойдя к открытой двери балкона, я наблюдала за Кайденом, стоявшим ко мне спиной. Холодная вода в бутылках замораживала мои пальцы.

Я представляла, как обнимаю его плечи и прижимаюсь щекой к его спине. Но… он не был моим, чтобы я могла позволить себе подобное. Вчерашний поцелуй был всего лишь счастливой случайностью. Сейчас казалось, что с тех пор прошла целая вечность. Я не могла позволить себе растрачивать эмоции подобным образом. Тем более сейчас, когда меня "официально" предупредили.

Я подошла к нему ближе и прижала бутылку с водой к его предплечью.

—

Спасибо,

—

сказал он, взяв бутылку в руки.

Мы облокотились на перила, вглядываясь в спящие здания и вдыхая теплый сухой воздух. Наши руки касались друг друга, и я, невольно, улавливала легкий запах его манящего одеколона. Мое дыхание опьяняюще участилось, и я предусмотрительно удалилась в комнату.

Мне нужно было чем-то срочно отрезвить свой мозг. Возможно, выйти на пробежку. Схватив свое спортивное обмундирование, я направилась в ванную, чтобы переодеться. Открыв дверь, я остановилась. Мой взгляд упал на сумку с туалетными принадлежностями Кайдена. Я изнемогала от любопытства узнать каким одеколоном или лосьоном после бритья он пользовался, потому что я никогда раньше не чувствовала подобного аромата ни от кого другого.

Понимая, что поступаю ничтожно, я все же поддела кончиком пальца бортик сумочки и заглянула внутрь.

Никакой бутылочки с одеколоном. Только бритва, пена для бритья, зубная паста, зубная щетка и дезодорант. Я вытащила дезодорант, сняла крышку и понюхала его.

Нет, это не он.

Звук тихого грудного смеха Кайдена рядом с дверью, заставил меня вскрикнуть. От ужаса я с грохотом бросила дезодорант прямо в умывальник.

Прижав одну руку к груди, я схватилась за умывальник другой.

Теперь уже он смеялся во весь голос.

—

Ладно, это, должно быть, выглядит очень плохо,

—

пробормотала я в сторону его отражение в зеркале. Потянувшись, я подобрала упавший дезодорант. Я защелкнула крышку и бросила его в сумку.

Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 91