Мой командор (СИ) - Гончарова Татьяна Викторовна

Жахать по флоту вардиранцев предполагалось из кают-компании.

Всё-таки я не ошиблась, когда во время офицерской встречи заподозрила куполообразную форму помещения в фокусировке объединённого пси-удара.

Сюда же Линда меня и привела.

Сейчас здесь только спецы из тех-персонал — они рассыпают в специальный жёлоб вдоль округлой стены странное белое вещество, больше напоминающее большие гель-кристалы.

Кают-компания полностью лишена любой мебели, ни диванчиков, ни-че-го.

— Ты с Кристаном будешь стоять здесь, — говорит Линда, выходя в самый центр. — Сейчас я проявлю линии, чтобы тебе было понятно.

Она пробегает пальцами по комму на предплечье, и на полу начинают светиться круги, поделённые на сектора.

— Тебя интересуют только белые линии, — продолжает Линда, показывая мне, куда вставать. — Это векторы воздействия Кристана. Если мало ли нас шатнёт, эсминец пропустит удар и пропадёт искусственная гравитация, то твоя задача вцепиться в Кристана и не отпускать его. И продолжать ему открываться. Пусть всё берёт, всю энергию, которую найдёт у тебя.

Линда показывает на куполообразный потолок.

— Если всё же грави-установку выбьет, если тебя из-за этого или по любой другой причине отшвырнёт от Кристана, постарайся добраться до ближайшего белого узла. По белым векторам Кристан до тебя доберётся своими пси-потоками, не разрушая узор объединения с другими псиониками.

Она пристально смотрит на меня.

— Собственно, Мила, у тебя три задачи. Открываться Кристану, держаться за него. Если отшвырнёт, то пробиваешься к ближайшей белой линии, лучше узлу, и ждёшь, пока Крис сам до тебя не дотянется своим пси.

Я киваю. В целом, понятно.

— А третья? — тихо спрашиваю я.

— Выживи, — цедит она сквозь зубы и резко отворачивается, отходя к соседнему световому узлу.

Пока я ошеломлённо смотрю ей вслед, Линда даёт мне ещё несколько нейтральных инструкций по поводу координат и расположения пси-потоков.

Я всё внимательно слушаю. Надеваю специальную сетку, повышающую чувствительность пси к полям других псиоников. Встаю на указанное мне место и жду.

Постепенно кают-компания наполняется другими офицерами. Линда подходит к каждому, выстраивает по векторам — синим, красным, зелёным, жёлтым, пурпурным, чёрным. Инструктирует каждого, проверяет пси-сетки.

Я стою в центре, чувствуя, как сетка на теле усиливает связь с другими псиониками.

Взгляды у всех нейтральные, но я легко ловлю раздражение и ожидание, чтобы это всё поскорее закончилось.

Яркие индивидуалисты и одиночки, псионики терпеть не могут соприкасаться с другими псиониками своими полями без крайней на то необходимости.

Объединение полей — крайняя необходимость.

Линда проверяет каждого. Странно, но она не надевает на себя сетку. Останется вне объединения?

А потом я ловлю её задумчивый напряжённый взгляд на меня, и до меня окончательно доходит — я сейчас на её месте! Это она должна сейчас быть здесь и ждать Кристана.

Время тянется. Все уже на своих местах. Линда проходит вдоль стены, проверяет посыпку вокруг стены. Снова задумчиво смотрит на меня и приказывает техникам досыпать ещё.

После этого взгляды на меня изменились. Если до этого на меня поглядывали нейтрально, то сейчас все стали смотреть чётко перед собой, напряжённые и сосредоточенные.

И что это значит? Я всмотрелась. Незнакомый материал. Но очень напоминает тот песок, который насыпали на пси-тренировках в академии. Его применяли для экранирования остальных помещений академии.

Крайне дорогое удовольствие, его использовали только, если присутствовали псионики из первой двадцатки по потенциалу. Здесь явно что-то похожее, только более продвинутое.

Если Линда приказала досыпать экран-материала, посмотрев на меня, то подозревает во мне ещё более высокий потенциал?.. Лучше спросить, конечно, но Линда уже отошла к специальному месту у стены и активировала подсветку в кают-компании.

Раздалось низкое гудение — узнала это характерное давление под ложечкой и сухость во рту. Пси-установка, она делает пси вязким, более пластичным. Легче работать.

Ещё томительные пять минут ожидания. Наконец, дверь распахивается и входит командор Кристан Хэлтор.

Он стремительным шагом пересекает кают-компанию, осматривает построение псиоников, делает несколько замечаний, меняет нескольких офицеров местами.

Только после этого Кристан окидывает всех пристальным взглядом, переглядывается с Линдой. Та кивает и слабо улыбается ему.

Кристан с совершенно неподвижным лицом вдруг подмигивает ей, а затем встаёт напротив меня и протягивает мне обе руки ладонями вверх.

Я глубоко вздыхаю, опускаю свои руки на его. Центры наших ладоней соединяются и… кают-компания растворяется!.

Перед моим мысленным вздором возникает бархатисто-чёрный космос, из глубины которого вспышками гипер-прыжков появляются ощетинившиеся орудиями корабли наших врагов.

Глава 39. Чудовище

На чернейше-чёрном безжизненном фоне — бесчисленные вспышки, словно загорающиеся звёзды.

Всё новые и новые вражеские корабли.

Где-то там, где ещё существует моё тело, касаясь ладонями ладоней командора Хэлтора, я испытала бы страх… Наверняка мои губы, и пальцы онемели бы от зрелища всё увеличивающейся армады, выстраивающейся стройными звеньями, конусами, шарами в наиболее эффективный боевой порядок.

Только мой разум сейчас не там, где наши тела, не в кают-компании. Он между двумя скоплениями кораблей — нарастающей армадой вардиранцев и неподвижным имперским флотом.

Наш — не менее величественен и многочислен. Ждёт, уже принял боевой порядок. Только вот вардиранцев всё больше. Беззвучная неотвратимость их прибытия ужасает.

«Мила, чей флот сейчас прибывает?» — голос Ведущего звучит в моей голове.

«Вардиранцев», — отвечаю я мысленно.

«Кто они?» — новый вопрос.

«Враги», — мой уверенный ответ.

«Почему враги?»

Пауза. Странный вопрос, почему? Они вторгаются в наши границы, на переговоры не идут, уничтожают планеты, выискивают псиоников и забирают в рабство.

«Это раса поработителей», — отвечаю я. — «Отказываются от переговоров. Когда пробиваются до планеты, даже густонаселённой, мирной, без военной инфраструктуры — они всё ровняют с землёй. Наша империя живёт мирно, растёт за счёт взаимовыгодного сотрудничества с новыми территориями. Вардиранцы сразу развязывают войну на уничтожение. Не считаются с жертвами. Статистическую погрешность в виде выживших забирают в рабство. Те из наших, кого удалось освободить, рассказывают жуткие вещи. Они враги, потому что угрожают нашему существованию. Мы имеем полное право защищать себя».

«Верный ответ», — после паузы отвечает Ведущий. — «Ещё ты должна понимать, что в этом флоте, вошедшем в наши границы, нет живых людей. Там только железки. Ими управляют издалека. Мы сейчас с тобой не будем убивать, наш совместный импульс уберёт их механизмы. Мы защитим наших людей. Империю. Это понятно?»

Слова проникают в самую сердцевину моего «я». Вот, что меня на самом деле пугало, когда я смотрела на всю эту вражескую армаду.

Не нужно забирать жизни… Облегчение накатывает такой силы, что где-то там, где моё тело ещё стоит в центре кают-компании, мои ладони начинают дрожать, и их крепко сжимают горячие руки Кристана.

«Это понятно?» — с нажимом спрашивает командор.

«Да…»

Восприятие Кристана как Ведущего в нашем пси-объединении плывёт, расслаивается, и принимает новую форму.

Теперь это мой Кристан, и Ведущий, и друг, и возлюбленный, и муж, и вся моя жизнь.

«Спокойнее», — голос Кристана звучит отовсюду и везде. — «Я сейчас присоединю других псиоников. Но ты слушаешь только меня. Фокус на мне, Мила. Подтверди».

«Фокус только на тебе».

Вся моя теоретическая подготовка летит в бездну, едва вокруг меня и Кристана вспыхивают неоновыми огнями проекции других псиоников.

Невероятно сложно сохранять сосредоточенность. Всё равно, что без кожи, оголёнными нервами среди сгустков пылающей плазмы.