Адское пламя - Померой Мариэль

Дрогнет ли она, взглянув в лицо смерти?

И узнав, что она не дрогнула, Ариок пришел в восторг. Нет, она не сдалась, она не повернула обратно, даже когда он предоставил ей такую возможность, приказав теням отступить, совсем немного, только для того, чтобы направить ее в другую сторону. Но вместо того чтобы повернуть к Нейтральным землям, она побежала к границе Алхиры, глядя на черную стену так, словно за этой преградой ее ждало блаженство. Никто никогда не смотрел в сторону его владений с таким лицом.

Сейчас Ахейя стояла перед ним, держась прямо, несмотря на рану на правой ноге. Он смотрел, как темно-красная жидкость капает на камень, и его магик, магия теней, которая жила под кожей, от этого зрелища ожила и начала извиваться.

Перспектива игры с девицей-диоскуром не должна была так сильно его возбуждать. Но надежда в ее взгляде – она надеялась на его помощь, на спасение, хотя смотрела на него снизу вверх, ведь он был в полтора раза выше нее, – эта надежда была восхитительна. Ему захотелось крушить эту надежду, давить, душить ее своими тенями до тех пор, пока жертва не поймет, что совершила ошибку, придя сюда. Ему хотелось увидеть страх в глазах девицы, который родится в тот момент, когда она догадается, кто он такой.

Она бежала в его страну, и это говорило о последней степени отчаяния. Ариок понял, что других вариантов у нее не было, что у нее осталась только Алхира. Девушка собиралась попросить его о милости – они все просили о милости, – и он готов был помочь ей. Не бесплатно, разумеется.

Потом он сыграет в эту игру и разузнает, зачем она понадобилась Офиону. Она покинула столицу страны света по какой-то веской причине. И существовала не менее веская причина, по которой малеки, крылатые существа, правившие в Келосеросе, объявили награду за ее поимку. За этой голубоглазой девушкой охотилась половина Лирии. Очевидно, маленькая богиня совершила какой-то серьезный проступок, и Ариок знал, что рано или поздно за ней придут.

Конечно, он понимал, что, укрывая беглянку, сильно рискует. Если об этом узнают, размышлял он, его поступок не только поставит под угрозу хрупкое перемирие между Алхирой и Келосеросом, но и вызовет политическую бурю в темном царстве.

С другой стороны, проблемы, которые он мог навлечь на себя, позволив Ахейе остаться, интересовали Ариока гораздо меньше, чем перспектива поиграть с девицей и подразнить Офиона.

– Мне нужна помощь, – всхлипнула Ахейя, и он ощутил приятный холодок, словно она проводила своими божественными пальчиками вдоль его позвоночника.

– Ну надо же.

Его губы медленно раздвинулись в ухмылке; девица, хромая, подошла ближе и умоляюще заглянула ему в лицо.

Ариок мысленно приказал варколаку приблизиться, внимательно наблюдая за реакцией Ахейи. Все это было рассчитано заранее. Погоня, страх, боль. Ему необходимо было, чтобы она боялась хищника-преследователя сильнее, чем хищника, которого видела перед собой.

– Я не занимаюсь благотворительностью.

– У меня есть деньги.

Трясущимися руками Ахейя отвязала кошелек от пояса, который перехватывал на талии ее отрепья. Потом распутала шнурок, и он заметил, что она слегка покачивается, опираясь на здоровую ногу, заметил выражение боли, застывшее на ее белом лице. Она вытряхнула из кошелька несколько эйридов и какие-то блестящие бесцветные и синие кристаллы; все это, вероятно, заинтересовало бы другого нефилима, но только не его.

На этот раз Ариок сделал шаг вперед, взял драгоценный камень, повертел в руке и уронил обратно на ее ладонь.

– Нет.

Ее глаза сверкнули, и он был ошеломлен, потому что не увидел в них страха.

Он увидел гнев.

– Что значит «нет»? – Она шагнула ближе. – Это настоящие камни.

Ариок слегка приподнял брови и придал лицу снисходительно-насмешливое выражение.

– Мне не нужны твои побрякушки. – Он медленно оглядел ее с головы до ног, потом взглянул ей за спину, на существо из теней, которое застыло на месте, повинуясь его безмолвному приказу. – Ты знаешь, где выход.

И он развернулся на каблуках. Все его тело трепетало, каждый нерв был напряжен; он буквально спиной чувствовал ее движения. Требовалось подтолкнуть ее еще немного, заставить переступить черту, заглушить голос разума, мешавший ей произнести вслух слова, которых он ждал.

Девушка-диоскур, стоявшая у него за спиной, переступила с ноги на ногу, потом он услышал какой-то звук – не то всхлип, не то стон. Этот звук доставил ему наслаждение. Ему захотелось увидеть ее лицо в следующий раз, когда с губ сорвется такой стон.

– Подожди!

Он остановился и оглянулся.

– Я сделаю все, что ты хочешь. – Ахейя сунула свои сокровища в кожаный кошелек и сделала еще один шаг; теперь она находилась на расстоянии вытянутой руки от него. – Я отдам тебе все, о чем ты попросишь.

Ариок придал лицу безразличное выражение и отвернулся. Его варколак, застывший за спиной девушки, зарычал. Демон молчал, зная, что она сходит с ума от неизвестности; прошло несколько долгих мгновений, прежде чем он обернулся снова. Проклятье, она была так соблазнительна… Ему хотелось увидеть ее лицо, когда она начнет умолять по-настоящему; он был уверен в том, что тогда она станет еще привлекательнее. Эта садистская мысль доставила ему удовольствие, и Ариок принялся следить за эмоциями, отражавшимися на ее исхудавшем, осунувшемся лице. Такая белая, светлая, чистая, она была полностью готова к тому, чтобы ее совратили. Это было так мило, эта ее наивность; ей даже в голову не приходило, что он, ее предполагаемый спаситель, отдавал приказы кровожадному монстру, который ее преследовал.

– Ты сама не знаешь, о чем говоришь. – Его голос был тише, чем ему хотелось бы, и в нем прозвучал явный акцент.

Она сглотнула.

– Мне просто… Мне просто нужна помощь. – Ахейя стиснула зубы.

Ее пальцы разжались, кошелек упал, монеты покатились по земле. Видимо, она истекала кровью. Ее глаза остекленели.

– Ты отдашь мне все, о чем я попрошу? – хрипло произнес он.

Она приоткрыла рот, но промолчала – видимо, размышляла. Секунда тянулась за секундой. Ариок подозвал варколака; из черной массы теней донеслось зловещее рычание. Диоскур взвизгнула, чуть ли не прыгнула к Ариоку и вцепилась в его рубашку с таким видом, как будто собиралась забраться под нее и спрятаться. Он чувствовал прикосновение костяшек ее пальцев сквозь ткань, ее локти касались его живота, она была так близко, что воздух между ними раскалился и задрожал. Тени трепетали у него под кожей – они хотели прикоснуться к ней, и он тоже хотел этого. Поэтому он обхватил ее за талию, растопырив пальцы. Она была ужасно худой и холодной… холодной, как мертвец. И у него в мозгу промелькнула странная мысль: сможет ли он согреть ее?

– Отвечай, – прорычал Ариок.

У него кончилось терпение; он потратил на нее уже слишком много своего драгоценного времени.

– Все что угодно, – наконец сказала Ахейя.

Ариок усмехнулся.

– Твоя душа, – бесстрастно произнес он, наслаждаясь потрясенным выражением ее лица.

– Нет, – прошептала она, глядя на него широко раскрытыми глазами. – Все, кроме этого… я…

– Мне больше ничего от тебя не нужно, – оборвал он Ахейю, играя ее косой.

Она смотрела на него, не веря своим ушам, как будто он только что лишил ее последней надежды.

– Ну же, отвечай.

Он слегка наклонил голову набок, ожидая ее ответа; может быть, Ахейя откажется, рискнет вернуться в пустыню, попытается спастись от варколака? Ему было интересно, сообразит ли она, что единственный путь к свободе для нее – это смерть. Вернуться означало попасть в лапы к чудовищу или к тем, от кого она бежала, а согласиться на его предложение значило отдать себя ему во власть.

– Это существо проголодалось, – лениво протянул Ариок, кивая на волка. – И кто я такой, чтобы отнимать у него честно заработанный обед?

В ее глазах вспыхнула ярость.

Интересно.

– Моя душа… – неуверенно произнесла Ахейя, словно пробуя эти слова на вкус. – В обмен на…