Я (не) смогу тебе помочь (СИ) - Киселева Татьяна Васильевна

— А какая мама была в школе? Она мне никогда не рассказывала, — не унимается Алина.

— Васёна была самой красивой и самой умной девочкой в нашем классе, — слышу я и чуть не давлюсь мандариновой долькой.

— Так вы были влюблены в мою маму? — у Алинки от внезапной догадки округляются глаза. Сашка смущённо хмыкает, но отвечает: — Васёну сложно было не любить. Твоя мама, Алина, была очень красивой девочкой. А с возрастом стала ещё лучше. И ты права, да, я был влюблён в неё…

Ну вот зачем он так? Во мне борются два чувства: мне хочется выгнать Сашку и запретить, когда-либо приходить сюда. А с другой стороны, мне льстят его слова, и я помню своё обещание, данное Максиму. Он просил меня, чтобы я дала себе шанс на счастье, словно знал, что меня ждёт впереди эта встреча.

Хотя, может, и знал… Откуда я могу знать, что им там ведомо.

Я сижу, смотрю на Сашку, пью вино маленькими глоточками, и мои мысли где-то далеко в прошлом.

Сашка что-то рассказывает, на его щеках играют ямочки, мне они всегда нравились. Алина с Вадимом смеются, и вдруг до меня доносятся слова дочери: — Александр, мы сегодня после обеда едем на горнолыжку. Мама домик сняла, мы там Рождество встречать планируем, не хотите поехать с нами?

Я вздрагиваю: мне кажется, это неправильным.

Нет, не нужно, чтобы он ехал с нами. Это подарок Макса, и Саша там будет лишним…

— Я боюсь, что у меня не получится сегодня поехать с вами, — Саша внимательно смотрит на меня и продолжает, — но, возможно, у меня выйдет вырваться на денёк и присоединиться к вам на Рождество. Если, конечно, Василиса не будет против.

— Мам, ты же не будешь против? — дочка смотрит на меня умоляющим взглядом. И я теряюсь, не пойму, зачем ей это нужно. Но отвечаю: — Конечно, приезжай, я буду рада.

Посидев с нами ещё около часа, Александр, ещё раз извинившись, за то, что пришёл незваным, уходит домой. А мы ложимся спать.

В десять уже на ногах. Завтракаем, собираем продукты, вещи собраны были заранее, грузим в машину и едем за моими родителями. За рулём Вадим, рядом с ним Алинка, а я сижу сзади и общаюсь по телефону с Березиными. Скидываю им и Женьке, присланную мне Матвеем геолокацию, говорю, чтобы взяли с собой коньки. Матвей сказал, что на озере расчистили каток и можно будет покататься.

Боже, как же круто, все зимние забавы в одном месте. Какой же ты умница, Максим.

Одариваем подарками Вику и её деток: Танюшку и Васеньку. Я сажусь в машину к родителям, и мы едем в посёлок.

Матвей Григорьевич ответственно отнёсся к моим поручениям: место во дворе под машины расчищено, в доме тепло, пушистая ель мигает разноцветными огоньками. Сосенка, растущая во дворе, тоже украшена гирляндами. Я, пожалуй, не сделала бы лучше.

Выгружаем продукты и вещи из машины. Не успели освоиться, подъехало семейство Березиных, а следом и Сухановы: Женька с Жорой. В домике сразу стало шумно и многолюдно. Но мы быстро детей отправили на улицу, осваивать территорию под присмотром Алины, Вадима и Никиты, а сами стали размещаться. Одну из спален на втором этаже, я отвела родителям. Во вторую разместила взрослых Березиных с малышом. В мансарде над гостиной будет ночевать молодёжь: младшие Березины, Алинка и Вадим. Ну и в качестве надсмотрщика — я. А для Сухановых осталась гостиная.

— Васён, сколько ты отвалила, чтобы снять этот домик? — спрашивает меня Женька. — Давай мы с тобой в долю вступим, а? Это же такие деньжищи, тебе вон на свадьбу дочки копить теперь надо…

Вздыхает подруга, Валюха услышав, о чём идёт речь, поддерживает Женьку: — Я тоже хотела тебе это предложить.

— Девочки, давайте отложим этот разговор, уж очень кушать хочется, — улыбаюсь я. Мне приятно, что подруги беспокоятся обо мне.

Мы накрываем к ужину, каждый понавёз сюда, всё, что осталось с праздничного стола. А осталось много, и стол получился богатый.

Валя оглядывает всё это великолепие и, вздохнув, произносит: — А я только-только в прежний вес вернулась. Ну вот как тут устоять, а? Эх, а я, давясь и плача, жрала один салат. Но зато влезает в эску снова зад.

Мы с Женькой переглядываясь, хохочем: — И что, даже ночью не ела?

Валя хмуро смотрит на нас, и с трагичным видом произносит: — Я не ела ночью, нечего мне есть. Чтоб не есть ночами, всё сжираю в шесть (1).

Мы уже ржём в голос, Валюха прыскает вслед за нами.

С улицы заходят мужчины, Иван поднимается наверх, чтобы уложить уснувшего Серёжку. А Жора возвращается на улицу, чтобы позвать к столу нашу молодёжь. Дети раздеваются, идут, моют руки, и мы усаживаемся за стол.

Первый тост за Новый год. Дети пьют сок, а мы шампанское.

Потом поднимаюсь я и, проглотив комок в горле, говорю: — Сегодня за этим столом собрались самые близкие и дорогие мне люди. Спасибо вам всем, что вы есть у меня. Буквально несколько минут назад, мои подруги предложили мне разделить плату за аренду этого дома. Спасибо вам, мои хорошие, за вашу заботу. Но дело в том, что я не снимала этот дом. Это мой дом, он записан на моё имя.

Я вижу удивлённые взгляды, и голос дочки взрывает установившуюся тишину: — Ты его купила, мам?

— Нет, я не покупала его. Мне подарили этот дом…

— Кто? — спрашивает мама, — Кто тебе сделал такой подарок,

дочка?

— Кто? — слышится от подруг, и от дочери.

Как я не старалась сдержаться, голос мой сел, и на ресницах задрожали слёзы. Я сморгнула их и произнесла: — Мне подарил этот дом, Максим.

— Папа? — ахнула дочка.

— Как? Когда?

Я видела в глазах своих друзей и близких: изумление, удивление, тревогу…

— Я перед Новым годом решила навести в квартире порядок. А когда добралась до шкафа, то подумала, что надо сразу достать коробку с игрушками для ёлки. Вот за этой само́й коробкой я и нашла папку с документами. Максим готовил мне подарок ко дню рождения и спрятал её там, чтобы я раньше времени не раскрыла его сюрприз. И ехал в день аварии он отсюда.

Вот так вот и рассказала я, родной мой, о твоём подарке своим близким. После застолья дом и территорию осматривали уже совсем по-другому. И вынесли вердикт, что подарок очень хорош.

А я и не сомневалась, что так и будет. А главное, он нравится мне и Алинке.

***

На следующий день мы все вместе ездили кататься на тюбингах. Через пару часов, я, Валюшка с сыном, и мои родители вернулись в дом, чтобы приготовить обед для всей честной компании, да уложить на дневной сон младшего Березина. Правда, малыш был категорически против, на что Валя выдала: — С грустью вспоминаю, как спала я днём. Но сказали, в садик, в сорок не берём.

А остальные после нашего отъезда переместились на лыжную трассу. Вернулись домой только часа через три, мокрые, уставшие, голодные, но довольные.

Поев, молодёжь притихла, забравшись на мансарду, взяв с собой настольные игры. Через какое-то время сверху послышались взрывы хохота. А вечером мы все вышли на каток, который освещался разноцветными прожекторами.

Побыв с нами ещё два дня, Березины и Сухановы уехали домой, пообещав вернуться, чтобы вместе встретить Рождество.

Родители на следующий день тоже решили съездить, проверить свой дом.

— Вика, конечно, обещала, что будет следить и протапливать, но проверить лишним не будет, — виновато улыбаясь, произнёс отец.

Ну а для нас с Алиной нашлась работа, нужно было навести порядок, после такого количества гостей.

Нашлось время и для разговора по душам. И я задала дочери вопрос, что мучил меня: — Алин, а зачем ты пригласила Александра? Ты же его совсем не знаешь и первый раз видела.

Дочка помолчала с минуту, а потом начала говорить: — Мам, я тебя очень люблю и никогда не брошу. Но я скоро выйду замуж, и жить, мы планируем отдельно, а ты опять останешься одна. А ты у меня ещё молодая и красивая.

Я хмыкнула: дочка заделалась в свахи. А она помолчала ещё немного и продолжила: — Ты, наверное, мне не поверишь, но я накануне Нового года видела папу во сне. Он вначале поздравил меня и сказал, что Димка — отличный парень, и он одобряет мой выбор. А потом показал мне этого Александра и попросил, чтобы я не возражала, если он вдруг будет за тобой ухаживать. И это он посоветовал позвать его с нами. Я поэтому даже не удивилась, увидев дядю Сашу возле нашей двери…