Землянка для наемников (СИ) - Солнечная Тина

Келлар молча вышел вперёд и остановил его движением руки, начав что-то негромко, но весьма настойчиво объяснять. Я не слышала слов, но по лицу собеседника было ясно — он недоволен. Щёки напряглись, губы сжались в тонкую линию, взгляд метался между Келларом и нашей маленькой группой, как будто он не верил, что видит. Но Келлар не отступал. Он стоял спокойно, но твёрдо, и в какой-то момент тот, наконец, сдался — отстранился, поморщился и махнул рукой другому павлину, стоявшему чуть поодаль.

— Представьтесь, — прозвучал чуть надтреснутый голос, когда второй подошёл ко мне. Взгляд его был оценивающим, слишком резким, слишком пренебрежительным.

Я посмотрела прямо ему в глаза. Не дрогнув. Не отводя взгляда.

— Виола, — ответила спокойно. — Виола Ар’Кейнар.

Взгляд павлина дрогнул, как будто он услышал нечто неожиданное, а потом скользнул в сторону Келлара, словно ища подтверждение. Келлар кивнул. Медленно, будто подчеркивая: да, моя. Полноценно. Без возврата.

— Пройдемте, — чуть сжав губы, произнёс тот. — Вам нужно оформить временную регистрацию. Сопровождающие допускаются.

— Отлично, — сказала я, развернувшись к своим мужчинам. — Идемте?

Рядом прошелестели хвосты. Мои ранкары двинулись следом — молча, сдержанно, но я чувствовала их взгляды.

Но не успели мы сделать и пары шагов, как один из представителей альянса, всё тот же «павлин» с тонкой шеей и сверкающими украшениями, поднял руку.

— Только один сопровождающий, — отчеканил он, с трудом скрывая раздражение. — Не устраивайте демонстрации, пожалуйста.

Я остановилась, а за мной остановились и мужчины. Они переглянулись. Несколько молчаливых взглядов, быстрых и насыщенных каким-то внутренним диалогом, в котором я не участвовала — но который, кажется, знала на вкус.

— Я пойду, — спокойно сказал Келлар и шагнул вперёд. Его голос был твёрдым, спокойным, как гранит. — У меня уже оформлен доступ. И именно я зарегистрировал брак.

Павлин смерил его взглядом, потом скользнул по мне.

— Проходите, — бросил он, отступая в сторону.

Я оглянулась на остальных. Дрейан подмигнул мне, Вэлк кивнул с лёгкой улыбкой, Саэт — хмыкнул и отвернулся, а Риан просто ободряюще сжал кулак, будто желая мне удачи. Я улыбнулась — по-настоящему — и повернулась к Келлару.

Он подал мне руку, и я вложила в неё свою.

— Готова? — тихо спросил он.

— С тобой? — я взглянула на него снизу вверх. — Всегда.

Административный блок планеты оказался монументальным и выхолощенным до блеска. Высокие потолки, прозрачные панели, холодный свет и тишина, будто всё здесь происходило не с людьми, а с данными. Каждое движение дежурных было чётким, выверенным, и даже тени ложились с точностью, от которой мурашки бежали по коже.

Со мной пошёл Келлар. Остальные остались ждать снаружи. Он держался прямо, как всегда — чуть напряжённо, но уверенно. Я то и дело бросала на него взгляды, будто пыталась напомнить себе: я не одна.

Мы подошли к стойке регистрации. За ней сидел один из местных администраторов — утончённый, почти эфемерный на вид мужчина с длинными пальцами, закрученными в кольца прядями волос и слишком равнодушным выражением лица.

— Представьтесь, — безэмоционально проговорил он, не отрывая взгляда от экрана.

— Виола Ар’Кейнар, — ответила я.

Он вздрогнул, впервые подняв на меня глаза, и в тот же миг, похоже, запустил проверку.

— Согласно имеющимся данным, у вас зарегистрирован только временный идентификатор. Брак с Ар’Кейнаром Келларом… — он замолчал и нахмурился. — Не подтверждён. Запись о нём аннулирована системой.

Я замерла. Сердце екнуло. Но Келлар шагнул вперёд и спокойно произнёс:

— Она назвала себя нашей. Это было публично, и мы признали её. По законам Ранкара, она наша жена. Пусть Альянс этого пока не признаёт, мы требуем регистрацию на уровне планеты.

— Мы внесём временный статус, — медленно ответил администратор. — Внутренний. На Альянсе это не будет иметь силы, но вас смогут принять на планете как законную супругу группы. Однако вы должны пройти собеседование. Стандартная процедура.

Я уже расслабилась было, когда он продолжил:

— Без сопровождающего.

Келлар напрягся.

— Она не обязана.

— Это условие процедуры. Только она.

Я обернулась к нему. Его взгляд был настороженным, тяжёлым, но я всё равно успокаивающе коснулась его руки:

— Всё хорошо.

— Если что-то пойдёт не так — зови. Любым способом.

Я кивнула.

И уже в следующую секунду шагала по холодному коридору вслед за представителем администрации — высоким, изящным, в светлой униформе и с лицом, не выдающим ни капли эмоций.

Глава 29

Интервью проходило в маленькой комнате без окон. Стены — светлые, почти ослепительные. Воздух — прохладный, как в лаборатории. Передо мной сидел всё тот же утончённый представитель администрации, с идеально выглаженной формой и выражением лица, будто я перед ним не человек, а таблица данных. Он включил запись, и началось.

— Вас принуждали к вступлению в физический контакт? — ровно, без интонаций.

Я на секунду задумалась. В голове тут же всплыли образы: горячий взгляд Саэта, его рука на моём горле — по моей же просьбе. Сильные пальцы Дрея, сжимающие бёдра, пока он шепчет в ухо, что я сама это хотела. Келлар, хмурый, угрожающий отдать меня остальным, если я не уйду… а ведь тогда он пытался защитить меня от собственной привязанности. Ни разу — ни разу — они не сделали ничего, чего я бы не хотела. Я знала это каждой клеточкой тела. Я улыбнулась.

— Нет, — спокойно сказала я.

Он кивнул и продолжил:

— Угрожали ли вам? Давили психологически? Манипулировали?

Я снова замерла, на этот раз чуть дольше. Да, Келлар говорил резкое. Иногда специально — чтобы оттолкнуть. Иногда — чтобы проверить, выдержу ли я. Саэт… он и не скрывал своей жесткости. Но это не было насилием. Это были страх и защита. Они боялись любить. А я — их потерять. Это была игра боли и нежности, танец страха и привязанности.

— Нет, — повторила я, всё так же уверенно.

— Причиняли ли вам физическую боль?

Снова всплыли воспоминания: засосы, ссадины, лёгкие синяки, которые я просила не жалеть… Их руки, сильные, цепкие, страстные. Я закусила губу — не от волнения, а от того, как приятно было это вспомнить.

— Нет, — произнесла я, глядя прямо в глаза собеседнику.

Он записал ответы, отключил запись и, наконец, откинулся на спинку кресла.

— Вы свободны.

И я вышла с лёгкой улыбкой на губах, с чувством… почти триумфа. Они — мои. А я — их.

Я вылетела из помещения, сердце стучало в висках, будто я только что пробежала марафон. Глаза метнулись в сторону — и тут же нашли его. Он уже ждал. Стоял прямо напротив выхода, в одной руке держал тонкую папку с моими новыми документами, а в другой — едва заметное напряжение, как будто боялся, что меня могут не отпустить.

Я не стала ни говорить, ни объяснять. Просто подбежала и влетела в его объятия. Он поймал меня мгновенно, уже почти привычно, надёжно — будто всё это время ждал именно этого момента. Я поднялась на цыпочки и поцеловала его — быстро, жадно, с облегчением и благодарностью, которую невозможно выразить словами.

Он ответил мягко, чуть приподняв брови в удивлении, но не отстранился.

— У тебя получилось, — прошептал он у самого моего уха, прижимая к себе.

— У нас, — поправила я, чувствуя, как во мне расправляются крылья.

Вокруг царило напряжённое молчание. Несколько прохожих в причудливых костюмах одарили нас откровенно неодобрительными взглядами. Один из представителей администрации даже фыркнул и, не скрываясь, закатил глаза. Но мне было всё равно. Абсолютно.

Пусть смотрят. Пусть завидуют.

Я знала, кто я. Знала, с кем. И знала, чего стоило нам добраться до этого момента.

— Ну что, жена? — хмыкнул Келлар, проводя пальцем по моей щеке. — Пойдём домой?

Я улыбнулась, сжимая в руках тонкую обложку с именем и его фамилией, которая теперь была и моей тоже.