Землянка для наемников (СИ) - Солнечная Тина

А потом заиграла музыка. Ритмичная, завораживающая.

И мужчины начали двигаться.

Танец был не просто чувственным — он был откровенно вызывающим. Они вращались бёдрами, наклонялись, скользили ладонями по собственным торсам, приближались к женщинам, приглашая тех в игру. Одна из женщин в зале вскрикнула от восторга, вторая засмеялась и подбадривала танцующего перед ней.

А я сидела, ошеломлённо наблюдая, как в мирно начавшийся женский обед врывается нечто совершенно неожиданное. Это был не просто танец — это был шоу. Стриптиз. На Ранкаре. Только не в клубе, а… на дружеской встрече.

И в какой-то момент один из танцующих ранкаров повернулся ко мне.

И двинулся в мою сторону.

Он шёл, раскачиваясь в такт музыке, словно знал, как именно стоит двигаться, чтобы взгляд невозможно было оторвать. Гладкая кожа поблёскивала от масла, украшения на теле побрякивали при каждом шаге. Глаза — яркие, выразительные — были прикованы ко мне. И чем ближе он подходил, тем сильнее внутри поднималась волна неловкости.

— О, он выбрал тебя! — шепнула кто-то из женщин, хихикая.

— Повезло! — добавила другая, уже хлопая в такт, подбадривая танцора.

А я… я отвела взгляд. Резко, будто удар получился. Смотрела куда угодно, только не на него.

Он не смутился. Лишь улыбнулся, грациозно опустился на одно колено, как будто поклоняясь, и, не дожидаясь приглашения, начал двигаться ближе, скользя руками по своим бёдрам. И вдруг — оказался прямо передо мной, склонился, положив ладони на подлокотники моего кресла, и замер, глядя в упор.

— Не стоит, — тихо прошептала я, стараясь улыбнуться вежливо, но отстранённо.

Он, кажется, воспринял это как игру. Сделал шаг вперёд. А потом — уселся на мои колени, как будто это было нормой. Его движения стали медленнее, провокационнее. Рядом раздался восторженный визг.

— Сними с неё вуаль этой порочной невинности! — крикнула кто-то, смеясь.

Я замерла. Все были в восторге. Кроме меня.

Музыка, смех, женский гомон — всё смешалось в голове, и я чувствовала, как напрягается каждая клеточка моего тела. Это было… чужое. Не моё. Неестественное.

Я не хотела этого внимания. Не от него.

И, кажется, он это наконец понял. Потому что его движения начали замедляться. Улыбка потускнела. А потом он тихо слез с моих колен и отступил назад, продолжая танец уже для других женщин.

А я сидела, всё ещё немного растерянная, ощущая, как во мне копится злость. Не на него. На саму ситуацию. На то, что здесь считалось нормой — позволить мужчине устраивать шоу ради развлечения. Мужчине, который не мой.

Когда танец закончился, некоторые дамы, весело переговариваясь, легко подхватили понравившихся танцоров под руку и, не скрывая намерений, повели их прочь — вверх по лестнице или вглубь дома. Не нужно было быть гением, чтобы догадаться, чем закончится их «вечер». Я скривилась. Приторно. Фальшиво. И почему-то мерзко.

— Ну что ж, — Тарея откинулась на спинку кресла, поигрывая бокалом с розовой пеной. — Развлечение — развлечением, но теперь можно и пообщаться по-настоящему.

Женщины зашумели. Кто-то потянулся за фруктами, кто-то за новой порцией вина, а одна из них, миниатюрная, с густыми рыжими волосами, наклонилась ко мне:

— Поможешь на кухне? Нужно только сладости переложить и салфетки принести. А то хозяйка тут с ног сбилась.

— Конечно, — кивнула я, хотя внутри что-то настороженно сжалось. Улыбка женщины была слишком безупречной.

Кухня встретила тишиной и лёгким ароматом печёного. Я начала аккуратно перекладывать пирожные с подноса на красивую керамическую тарелку, пока она деловито рассказывала, как они делают всё вручную. Потом вдруг замолчала и, будто вспомнив:

— Ах да, салфетки. Они в дальней комнате, в нижнем ящике серванта. Дверь прямо напротив лестницы. Не перепутаешь.

Я кивнула и пошла. Комната и правда была та, что она описала. Я вошла, и в тот же миг за спиной — щелчок. Дверь.

Захлопнулась.

Я подняла глаза на полку, где якобы лежали салфетки, и только успела потянуться, как за спиной раздался новый щелчок. Дверь. Захлопнулась второй раз.

— Что за… — пробормотала я, поворачиваясь.

И замерла.

В комнате были двое. Почти раздетые, в тех же костюмах, что и танцоры. Один из них прислонился к стене, лениво скользя по мне взглядом. Второй подошёл ближе, ухмыльнулся:

— А мы-то думали, когда же нас пригласят к тебе, красавица.

— Мне нужны были салфетки, — я выпрямилась, сжав кулаки.

— Мы — твои салфетки, — усмехнулся второй. — Особые, влажные… с эффектом расслабления.

Он сделал шаг. Я — тоже. Назад. Ровно настолько, чтобы оказаться у стола и нащупать за спиной сервировочный нож.

— Это шутка? — спросила я спокойно, но внутри уже собиралась в кулак.

— Никто не будет тебя трогать, если ты не захочешь, — сказал один из них, чуть мягче. — Но… нам сказали, что ты любишь погорячее. А твои мужья… не единственные, кто может доставить удовольствие.

Я усмехнулась. Холодно, устало и с отвращением.

— Знаете, что интересно? Я думала, здесь уважают женщин. А оказалось — просто красиво прикрывают свои извращённые игры глянцем.

Они переглянулись. Один сделал шаг ко мне, будто хотел что-то доказать — или проверить.

— Только попробуй, — прошептала я, выпрямляясь и глядя прямо в глаза тому, кто оказался ближе. — Я не ранкарка. И если хоть один из вас дотронется до меня, я закричу так, что вас выкинут отсюда раньше, чем вы поймёте, в какую ошибку вляпались.

Мгновение напряжённой тишины. Потом один из них отступил.

— Психованная, — пробормотал второй, скривившись.

Я улыбнулась и резко повернулась к двери.

Сердце колотилось, но шаг был уверенным. Я дёрнула за ручку — дверь открылась. Кто-то явно не удосужился её запереть надёжно.

Я вышла в коридор, холодно оглядевшись. Рядом никого не было. Только тихий шелест голосов в соседней комнате. Быстро направилась туда, сделав вид, что всё в порядке. Но внутри бурлило.

С этим надо было что-то делать. И очень скоро.

Глава 35

Я выпрямилась, провела ладонями по платью, словно стирая с себя не только складки, но и неприятные ощущения последних минут, и вернулась в главный зал. Некоторые женщины всё ещё разговаривали, смеялись, кто-то потягивал лёгкие напитки. Тарея с лёгкой улыбкой кивнула мне, не задавая лишних вопросов, и я ответила ей вежливым поклоном.

— Мне пора, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Спасибо за приглашение.

— Конечно, Виола. Надеюсь, тебе было интересно, — с той же вежливостью ответила хозяйка.

Я попрощалась с остальными — короткими кивками, отстранённо, но без грубости, и вышла. Воздух снаружи был свежим, как глоток жизни. Я сделала глубокий вдох и тут же заметила знакомую фигуру.

Риан ждал меня у калитки, прислонившись к ограде. Завидев меня, расправил плечи и сделал шаг навстречу.

— Всё хорошо? — спросил он мягко.

Я не сразу ответила. Просто подошла ближе и прижалась лбом к его плечу.

— Уже да, — выдохнула я.

Он обнял меня крепко, всей грудью, как будто хотел спрятать от всего мира. И я, не сказав ни слова больше, позволила себе на мгновение раствориться в этом тепле.

Когда мы вернулись домой, солнце уже клонилось к закату, заливая улицы мягким золотым светом. Я шагала чуть позади Риана, молча, с опущенными плечами. Он открыл дверь и пропустил меня вперёд. Внутри было уютно, знакомо — и от этого почему-то хотелось заплакать.

В гостиной были все. Увидев меня, мужчины почти одновременно поднялись с мест. Дрейан первым подошёл ближе, его взгляд мягко скользнул по моему лицу.

— Как всё прошло? — спросил он.

Я заставила себя улыбнуться, но получилось плохо. Слишком натянуто.

— Я… не хочу об этом говорить, — ответила тихо и отвела глаза.

Они переглянулись. Саэт что-то хмуро пробормотал себе под нос, но вслух никто больше ничего не сказал. Я знала, что они чувствуют — беспокойство, непонимание — но за это я их и любила. Они не стали давить, не засыпали вопросами.