Тайный дар Шарлотты - Серганова Татьяна

Развернувшись, я свесила ноги с кровати и осторожно наступила на прохладный пол, рассеянно отмечая, что с меня сняли моё шерстяное тёмно-синее платье и переодели в скучную больничную сорочку с мелкими пёстрыми цветочками. Ярко-рыжие волосы растрепались и упали на спину и плечи.

Встала, хватаясь за кровать, но слабости не почувствовала. Боль тоже отступила и даже больше не скалилась из застенков сознания.

«Быстрее!» – торопила интуиция.

– Иду-иду, – привычно пробормотала я, двигаясь вперед.

Шаг за шагом.

Бежать, конечно, не получилось. Всё-таки я была слишком слаба, но двигалась довольно плавно и даже не качалась. Голова не кружилась, тошноты не было, зато неожиданно захотелось есть. Да, я бы не отказалась от куска отбивной с тушёными овощами и пирожком с капустой.

Мысленно представляя себе одно блюдо за другим, добралась до двери, приоткрыла её и выглянула наружу. В тёмном безликом коридоре было тихо и совершенно безлюдно. Окон не было, так что понять, который сейчас час, я всё так же не могла.

Это хорошо. Знать бы, куда теперь идти.

«Направо! Ну же, быстрее!»

– Знаешь, – цепляясь за стену, прошипела я, но идти продолжила, – молчаливой ты мне нравилась больше. И вообще, как такое возможно? Ты же… не умеешь расти и развиваться. И разговаривать тоже не умеешь.

Остановившись, я дала себе немного отдохнуть и перевести дух.

– Хотя, ты не говоришь. Это просто меня лёд по голове стукнул, вот и начались странности, – сообщила сама себе, продолжив двигаться дальше.

«Шевелись!»

Да куда уж быстрее?

Я прошла ещё несколько шагов, когда услышала резкое:

«Стой!»

Послушно замерла, осторожно осматриваясь.

Нас что, застукали? Ничего, скажу, что искала туалет и… еду!

«Слушай!»

– Тебя? – шепнула в ответ, не удержавшись от сарказма.

«Тихо. Слушай!»

Вздохнув, я терпеливо замолчала, даже дыхание затаила и попыталась хоть что-то услышать. Сначала ничего не было, а потом… потом я неожиданно действительно услышала голоса. Едва слышные, не всегда разборчивые, но это были голоса.

Разговаривали трое. Ректора и Итэрию я узнала сразу, а вот третий голос – слегка хриплый, глубокий и вкрадчивый, – скорее всего, принадлежал паладину.

– …совершенно чиста… – это ректор Ятей.

– Подтверждаю, – согласилась целительница.

– Хотите… меня лжецом?

В голосе не было угрозы, легкая насмешка, но этого хватило, чтобы я испуганно вжалась в стену и молчаливо застыла. Не хотела бы я стать врагом этого мужчины. Хотя я сомневаюсь, что в нашем мире был хоть кто-то, кто хотел быть его врагом.

–… блокировка? – это снова ректор.

– Нет следов… заметила…

– … важно… нельзя оставлять… опасно…

– Идет расследование, Росвел. Результаты… сообщат…

– Ждать… увезти…

– … объяснить? – встревожилась Итэрия.

– … мало касается… есть приказ…

– Могут возникнуть… – заметил ректор.

– Они возникнут, если… – отозвался паладин.

Жаль, что концовку я так и не смогла разобрать.

– Может… разбудить? – спросил профессор Ятей.

– Опасно… – тут же выпалила целительница, – может… против.

– Я должен сообщить… – предупредил профессор.

– Ваше право…

И всё. Больше ничего услышать не получилось.

Кажется, пора уходить. Интуиция молчала. Притащила меня сюда подслушивать и пропала! Предательница!

Развернувшись, я медленно направилась назад в свою палату. Обратный путь занял несколько больше времени, да и сил затребовал больше. Кажется, подпитка ректора закончилась. В конце я дрожала от усталости, взмокла от пота и мечтала как можно быстрее оказаться в кровати.

Когда мне это удалось, я легла на подушки, вытянулась и закрыла глаза, пытаясь отдышаться. И ведь вовремя успела.

Глава 3

Прошло всего несколько минут, как дверь открылась и вошла целительница с подносом. Судя по запахам, мне принесли еду. Правда никакого куска отбивной с овощами и пирожка я не дождалась. На подносе был довольно жидкий суп и небольшой кусочек хлеба.

– Тебе обязательно надо поесть, Шарлотта, – с улыбкой произнесла она, заметив мою недовольную гримасу, и поставила поднос на кровать. – Просто так силы не восстановятся.

Гримасу она заметила. Но не поняла. Я была не против поесть. Только мечтала о другом.

– Спасибо.

Я очень старалась есть аккуратно и никуда не спешить. Но голод становился всё сильнее, так что с супом я расправилась очень быстро, а как съела кусочек хлеба, вообще не помню. Желудок сжался, явно требуя еще.

– Надо же, я думала придётся тебя уговаривать, – произнесла Итэрия.

– Да, сначала подташнивало, а потом проснулся аппетит, – отозвалась я и задала вопрос, который мучил меня всё это время: – А это правда был паладин?

Вполне естественное любопытство. Я же девочка, а все девочки сходят с ума по мрачному паладину, изображение которого иногда публикуют в газетах. Да я сама лично знаю троих, которые засыпают с его снимком под подушкой.

Красивое лицо с резкими чертами лица, прямой нос с горбинкой, тёмные брови, пронзительные чернильно-тёмные глаза, вечно недовольно поджатые губы и белоснежные волосы, которые мужчина собирал в низкий хвост. Мрачный, решительный, опасный и лишенный каких-либо эмоций и чувств. И как такой может нравится? С таким же успехом можно было влюбиться в совершенную статую. Красиво, но пусто.

– Правда, – нехотя отозвалась целительница, забрав у меня поднос и поставив его на тумбочку.

– И он меня спас?

– Ну, конечно. Тебе очень повезло.

Опять эта фраза. Про то, что мне повезло. Радости она мне не внушала, а лишь страх. За все надо платить, и за это тоже.

Молодая женщина принялась водить ладонями надо мной. От неё снова пошло целительское тепло, а глаза слегка засветились.

– Ага. А который сейчас час?

Это был следующий вопрос, который меня волновал.

– Половина восьмого.

Значит, прошло не так много времени.

– А мои друзья? Я могу их увидеть?

– Завтра. Ты восстанавливаешься даже лучше, чем я рассчитывала, – нахмурившись, призналась она. Радостной она при этом не выглядела.

– И чувствую себя лучше. Целебный суп, наверное, помог, – широко улыбнулась я, стараясь выглядеть при этом максимально невинно. – Так я могу увидеть друзей? Я волнуюсь, как они там. И они за меня волнуются и переживают. Хочу сама сказать, что со мной всё хорошо.

– Я подумаю, – уклончиво отозвалась целительница, отступая.

Её пальцы слегка дрожали, но это все, что выдавало её волнение и усталость.

– А пока отдыхай.

Я послушно легла на подушки и даже закрыла глаза. Но просто так отдыхать было как-то странно. Мне действительно стало легче, голова прояснилась, и я отчаянно попыталась вспомнить, что же на самом деле произошло.

Но как ни старалась, ничего не получалось. Пустота. И темнота. Только голова вновь разболелась. Ещё и интуиция молчала, отказываясь показываться.

– Ну и ладно, – прорычала я, в бессильной ярости ударив кулаком по кровати.

В этот момент в коридоре послышались шаги. Не знаю, кого я ожидала увидеть. Может сам паладин соизволит почтить меня своим вниманием? Или опять ректор с его странными вопросами и явным разочарованием во взгляде. А может целительница. Я бы не отказалась ещё от еды.

Но дверь распахнулась, и на пороге возникли девчонки. Встревоженные, неуверенные, с обеспокоенными выражениями на лицах. Они застыли в дверях, словно боялись сделать шаг. Пришлось их немного поторопить.

– Привет, девочки, – улыбнулась я и даже рукой махнула.

И это простое движение словно послужило толчком для них.

– Рыжик, – выдала Селина и первая шагнула ко мне. – Мы так волновались.

Оказавшись рядом, она осторожно, но довольно крепко пожала мою руку.

– Девчонки, – прошептала я, счастливо улыбаясь. – Я так рада вас видеть.

– А как мы рады, – произнесла Астея, присаживаясь на единственный стул.