Леди, охранник и кусочек ткани - Началова Екатерина

Последнее Ровена добавила с неохотой, старательно делая вид, что не волнуется, совершенно не думает о произошедшем и не переживает вовсе; что уж она не превратится в дурочку, которая разинув рот будет бегать за… кем бы то ни было!

Мама положила ложку и чуть нахмурилась. Бабушка молчать не стала.

– Кажется? – леди Агриппина сурово приподняла брови. – Когда кажется, следует перепроверить, девочка. В твоем случае, не помешало бы лучше прислушаться к голосу разума. Я всегда говорила, что все эти ваши родовые соловьи – просто семейная легенда. Весьма непритязательная.

Укол был обращен к невестке. Баронесса Агриппина была абсолютно убеждена, что все эти «те самые» – то, что нужно лечить, а не передавать из поколения в поколение.

– Соловьи далеки от легенд, мама, – дипломатично заметила невестка, не меняя выражения лица и внутренне готовясь к очередному сражению. За последние несколько столетий слов на эту тему было сказано уже немало, но ни одна из сторон так и не приняла точку зрения второй. Агриппина на уступки не шла в принципе. Кроткая внешне леди Дездрона, уперевшись, ничуть не уступала в стойкости скале.

Чета кузенов тактично промолчала. Барон Тиреннис тоже предпочел сделать вид, что крайне увлечен едой. Не отвлекся даже, когда его тяжело смерил мутно-голубой взгляд возрастной матери.

– Может тебе в ухо комар залетел? – не дождавшись поддержки от сына, она обратилась к внучке.

– Сейчас зима, – заметила за Ровену Дездрона.

Ровена пожала плечами. Она давно привыкла к милым семейным перепалкам и чувствовала себя свободно.

– Я не уверена, бабушка, – призналась она, быстро посмотрела на мать и поспешно отвела глаза. – Я что-то услышала, но… Это быстро прошло.

В словах Ровены был скрыт вопрос, который Дездрона услышала.

– Если быстро прошло, тогда не соловьи, – вздохнула баронесса, снова берясь за ложку.

– Зимний комар, – саркастично прокомментировала Агриппина. – Так оставим пернатых. Он из средней ветки?

– Комар? – невинно уточнила Ровена, немного принужденно улыбнувшись. На самом деле она чувствовала странное разочарование, смешанное с облегчением. Если герцог не «он», проще…

«Проще, но… Жаль».

Неожиданно проявившееся разочарование Ровена постаралась незаметно испепелить на корню.

– Соловей. Кажущийся, – леди Агриппина на этот раз решила не углубляться в птичью тему.

– Нет… Не из средней. Из изначальной ветки, – скромно ответила Ровена.

На этом моменте бабушка позволила себе впервые за обед улыбнуться.

– А вот такую высокую птицу я готова слушать, как бы она не пела, – заметила она. – Он может даже вопить как павлин. Обещаю хвалить эту птицу.

Все согласно качнули головами.

– Он совсем не вопит. Очень приятный голос, – сообщила Ровена. Мысленно она досадовала, что вообще заговорила о соловьях и радовалась, что разговор удалось направить в более практичное русло.

– Кто он? Чем он занимается? – деловито вступил отец.

– Герцог Алойзиус, – не без гордости отчиталась Ровена, повернувшись к нему. – Он из рода Длиннохвостых, с юга.

– Герцог! – бабушка не удержалась от восклицания, в котором ясно слышалось максимальная степень одобрения.

– Хм… Возможно, я что-то о нем слышала… – осторожно заметила мама.

– Это те Длиннохвостые, что с длинными хвостами? – уточнил кузен.

Ровена вспомнила длинную, тщательно заплетенную косу Алойзиуса.

– Да. Сказал, что у него семейное дело, не уточнил какое. Что-то связанное с выращиванием…

– Очень может быть. На юге тепло, хорошие урожаи, – подтвердил кузен.

– Да… – со смешком согласилась Ровена.

С долей презрения посмотрев на родственника, в очередной раз сообщившего очевидное, бабушка облегченно выдохнула. Горячий выдох старой драконессы немедленно колыхнул салфетку.

– Хотя бы внучка радует, – прокомментировала леди.

Мама улыбнулась.

– Пригласи его на ужин, – предложила она дочери.

– Завтра мы договорились встретиться на прогулке, – Ровена изящно ткнула вилкой кусочек зайца. – Там и приглашу.

Благодаря интересной новости о герцоге, настроение за обедом сменилось с возмутительного на относительно доброжелательное. Бабушка еще несколько раз повторила, как возмущена поступком Дранниса, Ровена еще несколько раз отметила, что в отличие от двоюродного брата «не такая», чем заслужила новую порцию любви привередливой бабушки. Барон Тиреннис еще несколько раз дипломатично промолчал, а кузен – вставил три новых очевидных замечания. Все шло традиционно, даже о соловьях больше не вспоминали. Закончив обед, семья переместилась из-за стола в гостиную, где им подали крошечные порции фруктового щербета.

– Да, вот еще… Королевская служба контроля рекомендовала мне обзавестись… сотрудником. На время, – непринужденно заметил барон, без аппетита поскребывая ложкой свой щербет. Глаза на семью не поднимал. Для новости он специально выбрал момент, когда все наполнят животы, наговорятся и притихнут.

– Каким сотрудником? Наблюдающим? – вопросительно повторила его жена, откладывая щербет. Вся ее стройная фигура в одно мгновение стала напоминать знак вопроса.

Барон не двинулся. В крупных мужских пальцах шевелилась только ложка, старательно ломая оранжевые льдинки, призванные остужать драконий огонь.

– Они хотят дать тебе охрану? – впервые высказал дельную мысль кузен.

– Можно так сказать, – так преувеличенно небрежно признал барон, что вся женская часть немедленно навострила уши. – Это чистая формальность, до проведения переговоров.

– Но от кого нас нужно охранять? И кто может нам навредить? – всплеснула руками жена.

Тиреннис почти застенчиво пожал плечами.

– Таковы правила. Настоятельные рекомендации королевской службы государственного контроля и безопасности, – туманно прокомментировал он. – Мы не можем отказаться.

Баронесса Агриппина подняла брови и немного подумала.

– Ну и ну, Тирен… И кто? Ворон, Волк, Бык, Змеи? Крайне слабо представляю зайцев, охраняющих волка, – иронично заметила она, намекая на огнедышащий род присутствующих. Ни один из великих родов не может сравниться по силе с Драконами.

– Действительно, – согласился дипломат. – Поэтому за волком будет присматривать волк. Так решило ведомство.

– Теперь будешь летать с охраной? – прыснула Ровена. – И спать?

– Пригляд больше требуется семье, – прозрачно проговорил барон, поднял глаза и твердо посмотрел на дочь, а затем на жену. – Моя работа сейчас весьма ответственна, на меня обращают внимание, а значит – и на вас. Я согласен с королевской службой – вам не помешает надзор и инструкции.

– Пф! Папа! Мы что, дети? – презрительно обозначила свое мнение по вопросу надзора Ровена.

– Ты как раз не вышла из под опеки, Вена! Тебе всего восемьдесят! – тут же укоризненно осадила ее мать.

– Люди в этом возрасте уже умирают от старости! – парировала дочь.

– …а сравнивать себя с людьми неприлично, – настоятельно порекомендовала Агриппина. – Или вы, юная леди, вознамерились закончить жизнь в жалкие восемьдесят?

– Я надеюсь дожить до ваших восьмисот, бабушка, – скромно ответила «юная леди».

– Мирн, позови бэра Кэйлуса, – решительно обратился к лакею Тиреннис, оставляя в покое истерзанный щербет. – Девочки, вопрос сотрудника ведомства не обсуждается. Придется потерпеть.

Уютно устроившись в мягком бархатном кресле, Ровена продолжала аккуратно лакомиться щербетом.

– Если за мной будет везде летать Ворон, – нежно заметила она, – я его поймаю и по одному вырву все…

– …вырвала бы все перья, – кивнул отец. – Поэтому не Ворон.

В этот момент дверь открылась, и в гостиную вошел светловолосый мужчина в длинной серой куртке. Резко вдохнув, Ровена закашлялась, одновременно роняя ложку, а затем и все блюдце. Девушке показалось, что незнакомец не просто вошел, что вся стена надвинулась вместе с ним на нее, прижимая, придавливая, лишая воздуха и контроля. Она узнала: перед ней прямо стоял тот самый незнакомец, который вчера упал в лужу на другой стороне улицы.