Плата (СИ) - "Pale Fire"

Эшу тем временем склонился над Станиславом Федотовичем. Откинул крышку реанимационного модуля, осмотрел лежащее там тело. Достал из кармана заколку, собрал волосы в хвост, встал у изголовья и положил ладони на лоб капитана.

— Леди моя, — шепнул Эшу. — Поддержки и помощи прошу.

Уже знакомый запах растущей зелени наполнил воздух, желто-зеленая колышущаяся вуаль окутала лежащего в модуле человека, скрыв и его тело, и ладони Эшу.

Ланс жался к Полине. От творящейся магии у него мурашки пробегали по коже. Тед и Михалыч во все глаза смотрели на гудящий корабль, скорее угадывая, чем видя его за слоями магии. Котька запрыгнула в реанимационный блок и улеглась капитану на ноги. Эшу ее не гнал. Вениамин Игнатьевич с напряженным вниманием наблюдал, как меняется лежащий без сознания друг. Похоже, магия Эшу была чем-то большим, чем просто излечение: седина на висках Станислава Федотовича темнела, сглаживались носогубные складки и морщины у глаз. Капитан дышал ровно и глубоко. Эшу снял повязку с его головы. Рана на виске закрылась, от нее остался только ярко-розовый, стремительно бледнеющий рубец.

И снова Дэн не мог понять, сколько времени творилось волшебство. В какой-то момент Эйрик хлопнул в ладоши, и золотое сияние словно втянулось в него. «Космический мозгоед» уверенно стоял на посадочных опорах, блестящий и чистый, словно только что вышедший с ремонтной базы Альянса.

— Вот и все, — сообщил Эйрик, поворачиваясь к людям. — Ему надо было просто вспомнить, каким он себе больше всего нравился.

Михалыч рысцой обежал корабль, бормоча что-то непонятное и явно нецензурное. Тед глянул вдоль бортов. Маневровые двигатели были в полном порядке, по крайней мере, с виду. Дыр в обшивке не осталось. Все наружные датчики были на месте. Даже заплат на обшивке, оставшихся после столкновения с корветом Ржавого Волка, не было. Корабль выглядел совершенно новым и, как показалось Теду, самодовольным.

Эйрик похлопал корабль по борту и сказал:

— Хороший зверь. Он будет помнить, каким ему нравится быть. И будет восстанавливаться почти сам. Берегите его.

Вернувшийся Михалыч смотрел на Эйрика, как на божество.

— Жвй крбль ж, я всгд гврл! Т влшбнк, чт ли?

— Я маг-предметник, — объяснил Эйрик. — Ты ведь тоже так можешь. Просто слабее.

— Д гд уж мн! — Михалыч смущенно отвернулся.

Эйрик опустил ему на плечо тяжелую руку, заглянул в глаза.

— Можешь, — уверенно сказал он.

Эшу по-прежнему колдовал над капитаном.

— Скоро он придет в себя, — сухо сообщил он. — Ненадолго. На пару минут. Потом будет спать трое суток. Проснется голодный и здоровый. Было бы меньше, но он не просто поломался.

— Ну да, у Стасика были проблемы с желчным и с почками, — согласился Вениамин Игнатьевич, — но разве ж его загонишь лечиться?

Дэн любовался кораблем. Тот сбросил все свои шрамы, обнулил поломки, но все равно выглядел бывалым и опытным. «Космический мозгоед» ощущался выспавшимся и проснувшимся.

Со стороны капсулы раздался стон и кашель. Дэн метнулся туда. Станислав Федотович попытался сесть, но сил не хватило, его поддержал Эшу, пока Вениамин Игнатьевич настраивал капсулу так, чтобы в ней можно было полулежать.

— Стоп-стоп-стоп, никуда ты не пойдешь, я не пущу, пока сил не наберешься…

О том, что сейчас произошло на его глазах, он подумает потом, когда все уляжется… Шутка ли, современное цивилизованное общество давным-давно разоблачило всю магию и прочую эзотерику, и тут появляется какой-то Эшу и все портит! Нет, это наверняка технологии, просто продвинутые. Лет так на тысячу вперед.

Вениамину Игнатьевичу очень не хотелось бы встретиться с наступающей расой, владеющей такими технологиями. В освоенном космосе никто не превосходил человечество, большинство рас было примерно на одном уровне, явных доминантов не было. Разобщенный разумный многорасовый космос не смог бы сопротивляться.

— Венька, брось причитать! Лучше расскажите, что случилось?

— Ой, Станислав Федорович! Тут такое! Такое тут… мы летели, а потом сбой при прыжке, и мы упали. Тед руку сломал, вы… спину.

Полина всхлипывала через слово и, не сдержавшись, повисла на шее у капитана, насколько позволяла капсула.

— Гвзднлсь мы знтн, — подтвердил Михалыч. — Всмтку!

— Я не справился с управлением, — хмуро буркнул Тед. — Нас неожиданно вышвырнуло из прыжка и сразу — в атмосферу.

Станислав тяжело вздохнул. У него замечательная команда с тягой к самобичеванию и… мозгоедству, да. Только она, оказывается, и себе мозг есть умеет, а не только любимому капитану.

Станислав с надеждой посмотрел на Дэна. От Ланса толку было мало: он старался держаться подальше от Эшу и Эйрика, а потому не подходил к капсуле.

— Котька, хоть ты-то ни в чем не виновата? — капитан потянулся и погладил лежащую на коленях кошку. Та замурчала еще громче.

— Виновата, — покаялся Дэн. — Наелась вчера бизоньего легкого, и потом ей было плохо. Мыли за ней по очереди. Начали с вашего кресла.

Капитан вздохнул. Подождите…

— Бизонье легкое?

Дэн кивнул.

— Водятся тут такие рогатые и большие. Вылитые бизоны, только рога другие. И больше раза в два.

— В три, — поправил Тед и показал в сторону.

Белый кот тащил тушу. Она сопротивлялась всей массой, но коты на то и коты, чтобы переупрямить любую добычу. Дэн подумал, что если вчерашнюю они разделывали почти полдня, то эту…

Котька встрепенулась, повела носом и с громким мявом поскакала к коту и туше. Капитан капитаном, но желудок ближе к телу. Белый кот, бросивший добычу недалеко от корабля, вылизывал морду, лапы и Котьку.

Станислав Федотыч малодушно пожалел, что очнулся. Его неумолимо тянуло в сон, но надо было еще многое спросить: выяснить, что за черноволосый парень, откуда тут гигантские коты, почему корабль так яростно сияет обшивкой, словно только что с верфи, почему…

— Давайте перенесем капитана на корабль, — предложил Ланс. — А потом займемся бизоном.

Эйрик забрал у Эшу нож и сказал:

— С бизоном помогу.

Дэн повернулся к Эйрику и Эшу.

— Спасибо. За все.

Йодзу, недовольно ворча, подтащил тушу к самому кораблю. Проводил взглядом реанимационный блок и плюхнулся набок, вспугнув множество насекомых. Котька скакала по бизону и норовила сунуть морду ему в пасть. Этого бизона Йодзу убил, просто сломав ему шею, так что крови на нем не было, а прокусить толстую шкуру Котьке не хватало сил.

Ланс и Дэн закатили модуль со спящим капитаном обратно в медотсек. Вениамин Игнатьевич шел за ними. Корабль даже пах иначе — чем-то новым, как пахнут новые флайеры.

Дэн обратил внимание, что на чашке Ланса, забытой с вечера на столе, исчез скол. И заплатки на полу пультогостиной больше не было. Даже потрепанный жизнью розовый диванчик выглядел новым.

— Маша, проверка систем, — скомандовал Дэн.

— Уже провожу, дорогой, — промурлыкала Маша, одетая в юбочку из проводов и держащая в руке универсальный тестер.

Когда Дэн вернулся из медотсека, перед пилотским пультом стоял Эшу. Маша строила ему глазки.

— Красавица и умница, — похвалил ее Эшу.

Маша польщено улыбнулась.

— Тебе чего, котик?

— Когда выйдете на орбиту, пошли вот этот сигнал, — Эшу быстро и привычно набил на клавиатуре длинную цепочку символов. — Вы оказались в секторе Вуалей, ее нет в ваших лоциях. После сигнала вам ответит навигатор Вуалей и проложит для вас курс.

— Мы летели на Актинию, котик, когда с нами случилась неприятность, — Маша утерла слезу кончиком пальца.

— Сектор Вуалей? — спросил Дэн.

— Да, — не оборачиваясь, кивнул Эшу. — Ты не сможешь проложить курс отсюда. Слишком далеко. Это не ваша галактика и даже не какая-то из соседних.

Он закончил набивать код и развернулся к Дэну.

— Сейчас мы с Йодзу пойдем поохотимся, мы голодны. Вернемся к вечеру. Вы как раз разделаете тушу. Съедобной растительности в этой климатической зоне в это время года еще нет, так что твоя команда будет обходиться мясом. Вам хватит. Когда мы вернемся, будь готов выдвигаться. Мы уйдем, как только корабль стартует.