Королева льда (ЛП) - Кова Элис

— Почему ты решаешь, каким тебе быть, но не распространяешь это на остальных?

— Ты ведёшь себя как ребёнок, — отчитал его Оливин.

— Ты всегда видел во мне только его. Ребёнка. — Йонлин прижал ладонь к груди. — Мне восемнадцать, почти девятнадцать. Я мужчина.

— Мужчине не нужно говорить, что он мужчина. — Оливин отвернулся от брата и посмотрел на них. — Думаю, мы найдём что-нибудь достаточно уцелевшее, чтобы расположиться в передней части дома. Оттуда мы сможем спланировать наш удар, ведь другие страны должны начать наступление завтра.

— Ты вообще позволишь мне остаться во Дворе Теней после всего этого? — Йонлин продолжал преграждать Оливину путь.

— Тебе не нужно этого делать. После смерти Ульварта наша жизнь изменится. — По крайней мере, Оливин был последователен в своих представлениях о будущем.

— Тогда ты позволишь мне сразиться с ним? — Йонлин казался почти отчаявшимся.

— Ты знаешь свою роль, — просто ответил Оливин. — Эйра дала тебе пистолет, потому что ты лучше всех нас стреляешь. Тебе нужно найти хорошую позицию для стрельбы.

— Как удачно, что моя роль не связана с самыми ожесточёнными боями. — Йонлин перевёл взгляд на Эйру.

Она открыла рот, чтобы сказать, что ей всё равно, где он будет, лишь бы он смог выстрелить и снять с Ульварта доспехи, но Оливин перебил её.

— Просто так получилось.

Йонлин тихо фыркнул и покачал головой.

— Нельзя сохранить что-то в безопасности, просто спрятав это, брат.

— Я видел, как ты умирал. Я увидел тебя и подумал, что ты мёртв. Я думал, что снова всё потерял. — Оливин схватил брата за плечи и посмотрел прямо на Йонлина. — Если для того, чтобы уберечь тебя от них, нужно запереть тебя в комнате, я так и сделаю. Я сделаю всё, чтобы защитить тебя, потому что они… они уже так много отняли у меня… у нас. Я не позволю им забрать ещё больше. Я не потеряю никого из тех, кого люблю. Не сейчас, когда мы так близки к тому, чтобы вернуть себе будущее, которое они пытались у нас украсть. — Пальцы Оливина впивались в одежду Йонлина.

Йонлин вырвался из хватки брата и отступил на шаг.

— Я не хочу терять шанс жить своей жизнью, потому что вынужден быть всего лишь частью тебя.

— Йонлин…

— Прими меня в свой круг, дай мне право голоса, или я уйду. — Йонлин сверкнул глазами и задержал дыхание. Как только Оливин открыл рот, чтобы заговорить, он развернулся, побежал по коридору и взлетел по боковой лестнице.

— Йонлин! — крикнул Оливин. Он бросился вперёд. — Йонлин…

Эйра схватила его за запястье. Оливин обернулся, но вся его ярость исчезла с его лица, когда он увидел её.

— Дай ему побыть одному, — твёрдо сказала она ему. — Ты ничего не добьешься, если будешь за ним бегать.

— Ты совсем не знаешь, на что это…

— Похоже? — закончила она за него, приподняв бровь и вскинув голову. — Ты хочешь сказать, что я не знаю, каково это — бояться потерять брата или сестру? Может, я и не знаю этого страха, потому что видела, как это происходило прямо у меня на глазах, а я была слишком беспомощна, чтобы это остановить.

— Эйра… — Он расслабился. Но она продолжала крепко держать его.

— Я знаю, каково это, когда люди «защищают» тебя до такой степени, что это сдерживает тебя и мешает тебе. — Она посмотрела ему прямо в глаза. — Ты раздавишь его под тяжестью своих страхов, если не отпустишь ситуацию.

Эйра знала, что на это можно отреагировать двумя способами: ещё больше разозлиться и дать волю ярости. Или принять ситуацию.

К счастью, он выбрал второе. Оливин, по крайней мере, на данный момент, выдохнул, оставив позади своё раздражение. И покачал головой. Эйра отпустила его руку, и она безвольно повисла.

— Пока он остывает, я покажу вам все комнаты, о которых я говорил. — Оливин провёл их мимо лестницы, по которой взбежал Йонлин.

Элис замерла, глядя на лестницу. Эйра тоже остановилась. Взгляд Элис метался между ней и вторым этажом. Йонлина нигде не было видно.

— Ты права, — скорее прошептала, чем произнесла вслух Элис. Эйра решила, что она имеет в виду необходимость дать Йонлину побыть одному, и Элис последовала за остальными в прихожую и в боковую гостиную.

Эта комната была соединена с другой гостиной, а за ней располагался кабинет. Двери были заперты, а окна закрыты ставнями. Мебель была накрыта брезентом, который отяжелел от пыли.

Но благодаря тому, что за этими комнатами следили, пока они были закрыты, они не были в таком плачевном состоянии, как остальная часть дома.

— Это были покои моей мамы, — объяснил Оливин, хотя никто его об этом не спрашивал. Он провёл пальцами по одному из приставных столиков у кожаного дивана. — Она была бы в ужасе, если бы увидела их сейчас. Она всегда поддерживала в них порядок.

— Мы будем благодарны, если сможем остаться здесь, — мягко сказала Элис.

— Хочешь, я приведу их в порядок для тебя? — предложил Дюко. Оливин резко обернулся, на его лице отразилось изумление. — Судя по твоим движениям, это предложение… тебя удивило?

— Сдвиг, — прошептал Оливин.

— Что есть, то есть. — Дюко кивнул. — Если хочешь, я могу переделать весь дом.

— Давай начнём с этого места, — решил Оливин после недолгого раздумья. — Здесь есть кое-какие напоминания о том, за что я сражаюсь, о том, что я потерял, и я хочу это сохранить.

Дюко принялся за ремонт комнаты. Это было похоже на то, как смотришь на зеркало, которое превращается в воду. Его поверхность колыхалась на ветру, и в каждой ряби Эйра видела что-то новое. Само время склонялось перед мощью магии Дюко.

— Всё так, как я и помню. — Оливин глубоко вдохнул, словно пытаясь вдохнуть остатки духов своей матери. Эта мысль натолкнула Эйру на одну идею.

— Оливин, хочешь услышать эхо? — Она задала этот вопрос как бы в знак примирения. Остальные отвлеклись на что-то другое, сразу поняв, что то, что сейчас произойдёт, будет личным.

— Эхо? Здесь?

— Вы же семья чародеев. — Она обвела рукой комнату. — Рискну предположить, что что-то могло зацепиться.

— Я… Да.

Эйра позволила своей силе распространиться по комнате. Конечно, там было множество отголосков, но она выбрала более слабый в зеркале. Ведя его за руку, Эйра провела пальцами по позолоченной раме. За ними тянулся иней. Магия была слабой, и ее было немного сложнее уловить. Но она справилась с собой, сосредоточившись лишь на мгновение.

«Оливин, Йонлин, мы опаздываем», — окликнула женщина — как она предположила, их мать.

«Всё будет хорошо». — Мужчина усмехнулся. «Есть вещи похуже, чем опоздание ко двору».

Мы всегда опаздываем ко двору».

«И всё же все мечтают быть на нашем месте».

Она рассмеялась.

«Ты такой высокомерный».

«И за это ты любишь меня ещё сильнее».

На этом Эйра остановила эхо. Сразу после этого вошла Уинри. Но даже этого было более чем достаточно. В уголках глаз Оливина выступили слёзы. Какое-то время он просто смотрел на себя в зеркало, почти с тоской. Будто он мог увидеть мальчика, которого когда-то позвала с собой его мама.

Похоже, у них действительно была счастливая семья. У неё скрутило живот. Может быть… может быть, не так уж плохо, что ему хотелось вернуть то время. Или, по крайней мере, что он хочет этого для Йонлина.

— Йонлин должен это услышать. — Оливин глубоко вдохнул, пытаясь взять себя в руки.

— Я пойду его поищу. — Элис вскочила на ноги.

— Я пойду с тобой. — Оливин шагнул вперёд.

Эйра крепко схватила его за руку. Возможно, это был самый подходящий момент, чтобы застать его одного, и прежде, чем они отправятся сражаться с Ульвартом, она хотела поговорить с Оливином наедине. Она надеялась, что её поведение показало ему, что она настроена серьёзно.

— Или… почему бы тебе не пойти одной, Элис? — неохотно предложил Оливин. — Держу пари, он пошёл в свою комнату. Я уверен, что он запомнил дорогу. Это вторая дверь после того, как ты поднимешься на третий этаж.