Об огне и заблуждениях (ЛП) - Уимс Кортни

Я копирую его позу, скрещивая свои руки и перенося вес на одно бедро. — Это всё от твоей любовницы?

Он хохочет. — Нет. А что? Ревнуешь?

Я морщу нос и качаю головой. — Абсолютно нет.

— О боги, ты на самом деле… ревнуешь? — Он снова смеется.

— К чему мне ревновать? — Желвак гуляет на моей челюсти, и я стискиваю зубы. Разворачиваюсь и иду к двери. — Ты такой заносчивый.

— Тебе придется постараться посильнее, чтобы меня оскорбить, — кричит он мне вслед.

— Я не оскорбляю тебя, я тебя описываю, — огрызаюсь я и с силой захлопываю за собой дверь.

Придется придумать другой способ заполучить карту. Такой, который не включает в себя повторный секс с Дэрианом.

Глава 32. БРАТЬЯ

Впервые в жизни я мысленно умоляю Мардж оставить меня в крыле лекарей. Она освобождает меня на сегодня, но я не знаю, как попросить остаться, не вызвав подозрений или лишних вопросов. Она настаивает, чтобы я шла на тренировку — поддерживать форму.

Я направляюсь к тренировочному рингу и устраиваюсь на противоположной стороне от места, где сидит Коул. Он резко вскидывает голову, впиваясь в меня взглядом. Я не думала, что это возможно, но мешки под его глазами стали еще темнее. Волосы всклокочены, будто он не спал несколько недель. Я силой отрываю от него взгляд; жалость подступает к горлу, точно желчь, и я переключаю внимание на спарринги.

Дэриан в центре круга вместе с Арчи — показывает комбинации еще нескольким солдатам. Вместо того чтобы безжалостно кромсать Арчи, Дэриан двигается медленно: поправляет его стойку, учит блокировать и наступать. Глаза Арчи сияют от восхищения, в то время как Дэриан раздает приказы коротко и хрипло.

Арчи бросает улыбку в мою сторону. Дэриан отчитывает его за потерю концентрации, но прослеживает за его взглядом, и наши глаза встречаются. Капля пота стекает по моей шее, когда он бесстыдно осматривает моё тело сверху вниз и обратно.

— А ну-ка подмени этого щенка, раз он слишком отвлекается, — окликает меня Дэриан, кивая на Арчи.

Арчи хмурится и пытается возразить.

Я качаю головой. — По-моему, у него всё отлично получается.

— Тогда вставай вместо меня, — приказывает Дэриан.

Арчи с энтузиазмом кивает. Со вздохом я повинуюсь и, обнажая меч, выхожу на середину поляны.

— Если вот так потеряешь фокус в бою — либо сдохнешь, либо лишишься руки, — выговаривает Дэриан Арчи, когда я подхожу ближе.

— То, что нас не убивает, делает нас сильнее, верно? — Арчи выдает свою самую оптимистичную улыбку.

— Нет. Тому, что меня не убило, лучше, чёрт возьми, бежать со всех ног, — ворчит Дэриан.

Арчи в замешательстве поджимает губы. — Я… кажется, там говорится по-другому.

Прежде чем Дэриан успевает добавить что-то еще, я встаю между ними. Мы с Арчи отрабатываем медленные вращения, повороты, удары и блоки. Дэриан едва ощутимым касанием задевает мою талию, поправляя стойку, и носком сапога толкает мои ступни, заставляя расставить ноги шире. Дыхание перехватывает, ладони потеют; я стараюсь смотреть только на лицо Арчи. Мы возвращаемся к спаррингу, но, как бы сильно я ни сжимала рукоять меча, он выскальзывает из рук, когда я блокирую атаку Арчи.

— На сегодня хватит, — бесстрастно роняет Дэриан и уходит.

Я обмениваюсь удивленными взглядами с остальными солдатами. Похоже, не я одна была ошарашена внезапным решением Дэриана заняться обучением каждого.

Я подбираю меч с земли, бормоча под нос: — Я всё еще полный ноль в этом деле.

— Ага, я тоже, — признается Арчи.

Я бросаю на него взгляд. — Ты даже спорить не будешь?

Арчи моргает. — О… ну. Ты не полный ноль!

Я смеюсь над этой очевидной ложью.

Он закатывает глаза. — Ладно, признаю. Но знаешь что? Мы можем быть «нолями» вместе. Это лучше, чем поодиночке.

Я закидываю руку ему на плечо, стараясь не слишком на него наваливаться. — Как твоя рука?

— Слушай, Мардж — настоящая волшебница. Она ноет, конечно, но я могу ею махать. Она просто сказала мне «не напрягаться»!

Я выгибаю бровь, указывая на тренировочный круг, пока мы идем к остальным зрителям. — И… это по-твоему «не напрягаться»?

Он нервно смеется, похлопывая меня по плечу. Улыбка быстро исчезает, а голос падает до шепота: — Пожалуйста, не говори ей. Я её до смерти боюсь.

Я откидываю голову назад в искреннем смехе.

Когда мы возвращаемся в лагерь, Коул решительным шагом направляется прямиком к нам через всю площадь.

— Эй, я пойду проведаю Мардж. Увидимся за ужином? — Я улыбаюсь Арчи.

Он кивает, и я срываюсь в сторону крыла лекарей, успевая шмыгнуть в дверь до того, как Коул меня настигнет.

— Я разве не сказала, что ты на сегодня свободна? — Мардж подозрительно щурится.

— Я просто хотела убедиться, что вам больше не нужна помощь…

В комнату входит Коул. — Привет.

Мой взгляд дергается в его сторону, челюсть невольно сжимается. Чёрт, всё-таки не успела.

— Не хочешь пойти поесть со мной? — спрашивает Коул.

Я качаю головой, избегая его взгляда. — Я в норме, спасибо.

Он пробует снова: — Тебе всё равно стоит…

— Я сказала, что я в норме, — отрезаю я, пригвождая его тяжелым взглядом.

Он вздрагивает. — Хорошо, — шепчет он. Его взгляд побеждено падает на пол, после чего он нехотя разворачивается, чтобы уйти. Дверь за ним закрывается.

— Братья бывают навязчивыми, верно? — спрашивает Мардж у меня за спиной.

Я выдавливаю смешок, не зная, что ответить. Когда я вспоминаю своего брата, он был каким угодно, но только не навязчивым. Он был добрым, милым, сильным и независимым. — Да… откуда вы знаете? У вас есть брат?

— Было двое. Я самая младшая. Мы все были лекарями, кроме старшего. Он пошел в армию.

Я смотрю на неё через плечо. — Вы были близки?

— Были. Старший погиб в битве против короля много лет назад.

— Ваш брат был мятежником?

Она кивает. — Он ушел на север, когда нам было за тридцать. Это чуть не разбило сердце второму брату. Они были близнецами — связаны неразрывно, словно одна душа, разделенная на два тела. Когда старший погиб в бою, другой… немного помешался. Начал баловаться магией крови, надеясь его вернуть. Но потерял себя и умер в этих попытках.

— Я знаю, каково это — потерять брата. Мне очень жаль, Мардж.

Грустная улыбка смягчает её взгляд. — Иногда любовь — наша величайшая сила. А иногда — величайшая слабость. Всё зависит от того, как ты ею распорядишься.

Мы стоим в тишине, позволяя словам раствориться в моменте.

Она приносит стакан воды и протягивает его мне. — Стресс, горе и шок погубят твой аппетит. Перехватывай то тут, то там по кусочку, чтобы оживить его. Мне всё еще нужна твоя помощь. Позаботься о себе. Иначе Коул сам с ума сойдет, пытаясь тебя вылечить.

Я улыбаюсь и киваю, прежде чем сделать глоток.

Она упирает руки в бока, наблюдая за мной. — Так… ты вернулась, чтобы узнать, чем еще можешь помочь? Нам никогда не помешает лишний имбирь. Посмотри, нет ли его в лесу.

Когда я покидаю крыло лекарей и прохожу мимо обрушенной стены лагеря, моё внимание привлекает какое-то движение. Краем глаза я замечаю кошачью походку Дэриана на другом конце площади. Его взгляд ощущается на коже как интимное прикосновение. Я ускоряю шаг, и он делает то же самое. Мы добираемся до деревьев, и он уже дышит мне в затылок — достаточно близко, чтобы я могла запустить в него этой корзиной. Или ударить локтем. Я начинаю всерьез рассматривать оба варианта.

— А-а, значит, мы перешли к стадии игнорирования? — Голос Дэриана мягкий, как бархат.

— Ты ждешь какой-то благодарности за то, что соизволил тренировать солдат, ради которых тебя сюда и прислали? — бросаю я через плечо. — От меня ты её не дождешься.

Он хмыкает за моей спиной, кладет руку мне на плечо и разворачивает к себе лицом. — Одной ночи с тобой было более чем достаточно в качестве благодарности.

Я кривлюсь. — Ты невыносим. Есть хоть одна причина, по которой ты не можешь оставить меня в покое?