Мы стоит у больших деревянных дверей.
Я нервно сглатываю. Андроид стучит два раза. Открывает дверь.
- Посылка доставлена, - бубнит андроид.
Интересно, кто и зачем запрограммировал в ней едкую ироничность?
- Пока, Клара, - раздается ответ Рейгана.
Я делаю несколько шагов, заходя внутрь комнаты и дверь за моей спиной закрывается.
Я остаюсь наедине со своим мужем.
Я поддался слабости
Рейган стоит у окна. Он переоделся, на нём белая рубашка, свободные тёмные штаны.
В руке высокий бокал с красной густой жидкостью. На подоконнике стоит раскрытая бутылка вина и аромат напитка распространяется по всей комнате.
Раньше здесь пахло цветами и сладостями. Я хорошо помню эту комнату.
Наверное даже слишком много воспоминаний с ней связано.
Именно сюда он привёл меня в первый раз. Это был безумный день, день нашей свадьбы. Я до сих пор думала что все это какая-то дурацкая шутка. Я не могла подумать, представить, что на самом деле стала женой дракона. Его Истинной.
Но вот, после церемоний всё прошло между нами в первый раз.
Рейган был тогда сосредоточенным, осторожным. Я не чувствовала от него какой-то особой любви, нежности или романтики. Но я чувствовала и понимала, что он заботиться обо мне. Он мог просто взять меня, практически силой и никто бы ему слова дурного не сказал.
Но в ту нашу ночь мне было стыдно оттого, что было хорошо. Тело не слушалось моего сознания, которое заявляло что это неправильно. Что Рейган тиран, деспот, захватчик и чудовище. А я должна любить того, за кого меня сосватали родители.
Тело же наполнялось удовольствием, и я нехотя, издавала стоны наслаждения, показывая «захватчику» и «деспоту» что отдалась ему. Не насилуемая им пленница, а его жена.
Здесь же мы занимались любовью. Здесь же, я обнаружила в его постели Амели. Здесь же он предал меня, на этой самой постели.
Зажмуриваюсь. Нельзя об этом думать сейчас. У меня иная задача.
Рейган смотрит на меня, делает приглашающий жест рукой. Я подхожу ближе.
- Почему ты так боишься меня? - спрашивает он.
- Простите, милорд, - заплетаясь, отвечаю я. - Я… наверное, ещё не привыкла к тому, что я здесь.
Не могу смотреть на него. На его слегка расстегнутую рубашку, открывающую сильную грудь, на тёмные длинные волосы, наглый и хищный взгляд. Что-то внутри сжимается, щемит и не от ненависти. Не от того чувства, что я взращиваю в себе годами, как дерево. Нет, щемит от нежности, от того, что я скучала по нему.
Ненавижу! Ненавижу его. И ненавижу себя, за то, что не могу ненавидеть полностью. Так, как это было бы правильно!
Всё должно кончится быстро. Потом будет время сожалений, слёз и мыслей о том, что всё могло быть иначе. Потом. Не сейчас.
- Подойди ближе, - голос Рейгана становится мягче. Я знаю этот тон.
В первую ночь он вызывал он во мне ужас. А позже, с каждым новым вечером проведенным вместе я, к своему стыду понимала, что жду его. Что жду, чтобы он позвал меня. Чтобы голос стал нежным, обволакивающим, тихим но при этом не теряя властности, силы.
Я послушно приближаюсь. Стараюсь думать о самом худшем. О том, что у него целый гарем. О том, что он предал меня.
Может быть, он меня не любил никогда. Наверное, так и было. Это я, дурёха, полюбила, потому что иначе не могла. Не могла отдаваться тому, кого не люблю, не уважаю, не принимаю, не доверяю. Не могла засыпать в объятьях горячего тела того, кто безразличен. А то и омерзителен.
А он - мог.
Интересно, я была ему омерзительна? Как женщина, как любовница?
Поэтому он стирал мой след со своей постели другой девушкой?
- Выпьешь? - он протягивает бокал.
- Я не пью, - качаю головой. Он хмыкает.
- Послушай, ты из Кизара, да? - уточняет он.
- Да, - я отвечаю максимально уверено.
Да, я из Кизара, там мои родители, там мой дом.
Меня зовут Мелоди.
Совсем не Эсме из Марида. Я не знаю, никакой Эсме из Марида.
- А у тебя нет родственников или знакомых из Марида? - дракон отпивает из бокала, не спуская с меня внимательного взгляда.
Вот он о чём! Боже, я иду будто по тонкому канату а внизу не пропасть. Внизу остроконечные пики направленные на меня.
- Нет, не знаю, - я качаю головой. - А… а что?
- Ты очень сильно мне напоминаешь одну женщину. И внешностью и манерами… она такая же была пугливая. И тоже не пила - он усмехается, а мне совсем не до смеха.
Он говорит обо мне. Боже! Он говорит обо мне.
- И… эта женщина, она… - я не знаю, что спросить, горло пересыхает.
Наш диалог идёт явно куда-то не туда. Мне кажется, я готова сейчас на любую отчаянную глупость, чтобы прекратить разговор. Но с другой стороны, какая-то часть меня безумно хочет услышать хоть что-то от Рейгана обо мне.
- Она была моей женой, - бросает Рейган.
Если бы ко мне был подсоединен какой-то датчик телесных показателей, он бы зашкаливал. Меня будто окунули в горячую воду и сразу облили ледяной. Я начинаю дышать сознательно, чтобы дыхание не сбилось. Вдох, медленный, спокойный, такой же выдох.
Вдох.
Выдох.
- И где она теперь? - спрашиваю я. - Ваша жена?
Его лицо меняется.
- Очень далеко. Она мертва, Мелоди, - он делает ещё один глубокий глоток вина. Из вальяжного и расслабленного Рейгана он превратился в сосредоточенного, погруженного в себя. - Прости меня, я не люблю врать а ты… как соль на рану. Смотреть на тебя, даже больно. Особенно в твои глаза. У вас очень взгляд.
Он опять оборачивается на меня.
- Хотя глаза другие, у неё были такие синие, глубокие. У тебя зелёные как трава. Свежая. Как и ты - свежая, - он опять улыбается, но эта улыбка мягкая, успокаивающая. - Ты не рассчитывала, что придешь ко мне, верно? Тебе так сказали други в гареме.
- Да, милорд, - лучше ему не врать.
- А я поддался слабости. Именно потому, что ты так напоминаешь её.
- Но, вы сказали, что вам больно смотреть на это, - я опускаю голос до шепота.
- Да, больно. Видимо, во мне есть что-то от тех, кто наслаждается болью. В конце концов, - он снова наливает себе. - Когда ничего не чувствуешь, даже боли начинаешь радоваться.
- Я сочувствую вашей потере, - мягко говорю я. Это, наверное то, что должна была сказать любая нормальная девушка.
- Не стоит. Если бы она была жива, я бы сам её убил.
- Что?! - вырывается у меня.
Эти слова будто пощечина моей душе.
Как?!
За что?!
- Предательство не прощается, Мелоди. А она предала меня. Ужалила так, как никто другой не мог. Ей повезло, что она умерла своей смертью.
Он мог отреагировать на тебя
Мне сложно успокоить сердце, что кажется, хочет выбежать из груди.
Я - предательница?! Я?!
Я провела ночь с другим? Может быть, это я позволила погибнуть матери и ребёнку «пожалев ресурс».
Чертову йому!
Нет-нет. Не я. ОН! Он предатель! А рассказывает девушкам, что это я в чем-то виновата?!
Как же... как же это мерзко!
К счастью, Рейган не замечает ужаса в моих глазах. Он отходит от меня, делает несколько глотков вина.
- Не слишком ли вы много пьете? - спрашиваю я и тут же осекаюсь.
Я ему никто. Я лишь наложница. Да и какая мне разница, сколько он пьет?
До завтра он вообще не доживет. Я должна думать об этом.
Но там ещё сложнее. Я не убийца.
Как бы я не злилась на него... убить это очень сложно.
Надо думать о малыше. О ребёнке, как он там. И как я делаю всё, чтобы спасти его. Ведь его отец отказался от этого!
Рейганхмыкает, не злится, только оглядывает меня.
- Ты беспокоишься за меня? Или не хочешь ложиться с пьяным? Думаешь, буду мерзко пахнуть и засну?
